Возвращение Остапа Крымова
Шрифт:
Что же делать, Жора, что делать? Надо немедленно делить наличность и бежать отсюда. А то и того не останется. Я сегодня должен был оплатить объявления.
Какие объявления! Какая справка! — закричал Жора, закипая, как чайник.
— Не смешите меня, Нильский. Не говорите, как идиот!
Я говорю всегда так, чтобы меня понимали, — гордо заявил Нильский. — Я всегда знаю, с кем разговариваю. Ладно, не будем ссориться. Тем более, что я солидарен с вами. Я не могу не согласиться, что все это похоже на кидалово компаньонов. Без этого сейчас немыслим ни один совковский бизнес. И вообще, какой нормальный человек сможет понять логику Крымова? Вы посмотрите на эти услуги, на эти объявления. Вот, к примеру, послушайте этот перл: «Считаю до трех. Цена договорная». Это же полнейший бред! Или вот: «Рожу ребенка мужского пола. Сезонные скидки для недоношенных». Почему мужского? Какие скидки? Это же просто издевательство! А как вам эта услуга: «Узнаю прикуп. Полная гарантия». Шарлатанство! А что он имел в виду под этим сервисом: «Возвращаюсь за вознаграждение. Владельцев домашних животных просьба не беспокоить». Ну, скажите мне, какие животные? Кто-то один из нас, или он, или я, — идиот. И я догадываюсь кто. Во всяком случае, я не позволю делать дурака именно из меня!
Нильский бросил короткий изучающий взгляд на Жору и с пылом продолжил свой монолог, возбуждаясь от фразы к фразе и переходя на фальцет:
Когда человек хочет позадрачивать публику, его с трудом, но можно понять. Но не за такие же деньги! Мы втюхали в электронную аппаратуру без малого десять тысяч. Да за такие деньги я загоняю до смерти стаю воробьев в чистом поле! Или я полный кретин, или Крымов знает о людях что-то, чего не знает больше никто.
Жора махнул рукой.
Неужели вы не видите, что это блеф? Я не хочу быть самым последним лохом! Я не думаю, что вас интересует, сколько дней может перевариваться мясо антилопы гну в желудке у нильского крокодила. К черту его справочную услугу и сервис для умалишенных! К черту его любезных студентов с китайским дерьмом в сумках! За нами еще наши законные десять процентов от суммы. А учитывая такое поведение, я вообще забрал бы все!
После этой фразы, сказанной Жорой сгоряча, — он и в мыслях не мечтал забрать все, в его планы вначале входило раскрутить Нильского только на кассу, — воцарилась гнетущая тишина. Нильский чувствовал себя подобно Герингу, получившему от Гиммлера неожиданное предложение свергнуть фюрера.
«Это провокация, — в панике подумал Нильский. — Как поступить?» Сан Саныч начал говорить, но никак не мог сдвинуться с первой буквы.
Э-э-э… — подбирая разбежавшиеся мысли, начал он.
Что вы мычите! — рявкнул Жора, решив, что после сказанного назад пути нет. — Надо забирать деньги. Другого такого момента может больше и не быть. Собираем бебехи и рвем когти. Пока шефа нет, мы все успеем провернуть.
Что вы такое говорите, Жора? Как можно, в самом деле? — отделался ничего не значившим вопросом президент.
Надо забрать у него печать и снять бабки!
Вспомнив бицепсы Остапа, Нильский подумал, что его берцовая кость не выдержит даже половинной силы удара маэстро.
Это невозможно! — выдохнул он.
Возможно! Еще и как возможно. Вот! — и Жора достал из кармана пузырек с бесцветной жидкостью. — Это клофелин. Крымов всегда пьет рюмку коньяку перед обедом, я знаю, где стоит его бутылка. Мы усыпим шефа и отнимем печать.
Нильский со страхом посмотрел на Жору.
Вы что, давно это задумали?
Да нет же, у Клавки с Новых домов сегодня как раз забрал. Еще б немного, и вляпалась бы, зараза.
Нильский уронил голову на руки и затих, сидя в ночной рубашке. Изобразив позу отчаяния, он лихорадочно соображал, как поступить. На секунду он заглянул в себя и вышел оттуда с чувством омерзения.
Делайте, что хотите, — сказал в очередной раз ушибленный жизнью президент и опять замолк. Жора метнулся к серванту и обнаружил там пустую бутылку из-под молдавского коньяка.
Это вы вылакали? — злобно выпалил Жора, зная привычку Остапа всегда держать дома спиртное. Нильский, не поднимая головы, виновато пискнул.
Ладно, дайте денег, я смотаюсь за новой бутылкой. Скоро Крымов должен вернуться.
Нильский скорбно махнул рукой в сторону своей одежды Жора схватил брюки за штанины и с энергией, достаточной, чтобы вытрясти из штанов самого Нильского, встряхнул несколько раз. Из кармана посыпались мелочь, мелкие купюры и несколько фотографий с голыми девицами.
Эх, вы, Сан Саныч! У вас только одно на уме. Если вы мне не поможете…
— Жора, не найдя продолжения, бросил на Нильского испепеляющий взгляд, показал кулак и убежал.
Через двадцать минут, тяжело дыша, Жора ввалился в комнату.
Эй, вы, фельдмаршал, покажите, сколько вчера оставалось?
Нильский подошел на ватных ногах и царапнул ногтем на бутылке в районе одной трети. Жора запрокинул бутылку и залпом влил себе в горло лишнюю жидкость. Выдохнув пары коньяка, распространившиеся по носу, ушам и прочим полостям его тела, Жора начал рыться в кармане, ища пузырек со снотворным.
В это время открылась дверь, и в комнату вошел Крымов. Младшие компаньоны застыли, как гусеницы, прикидывающиеся веткой при виде синицы. У Нильского сперло дыхание. У Жоры с противным звуком откуда-то вышли остатки коньячных паров.
Остап был в хорошем настроении. Он благодушно взглянул на застывших подчиненных и весело спросил:
Ну что, орлы, наверное, уже задумали заговор против меня? Делу время, интриге час.
Нильский почувствовал, как у него вспотели ладони и с шумом выпало с десяток волос. Жора, мгновенно решивший, что, пока он бегал за коньяком, Нильский успел заложить его, затянул гнусноватым голосом:
Вам, наверное, наговаривают на меня, Остап Семенович, всякую чушь…
Вы что, диктофон, что ли, чтоб на вас наговаривали? — резонно поинтересовался Крымов и, рассмеявшись собственной шутке, пошел к вешалке, чтобы избавиться от пиджака.
Воспользовавшись тем, что маэстро повернулся спиной, Жора резким движением кинул в открытую форточку флакон, который, казалось, нестерпимо жег ему руку. Нарушенная коньяком координация подвела Жору. Пузырек ударился о раму и отскочил обратно в комнату.
У Нильского мелко затрусились коленки. У Жоры закрутило в животе, и он подумал, что коньяк оказался ряженым.
Остап наклонился, поднял пузырек и посмотрел его на свет:
Это что — клофелин?
Компаньоны ответили одновременно: Жора сказал «нет», Нильский — «да».
Очень модная штука, — сказал Остап, выбрасывая пузырек в окно. — Хотя мне лично известны более действенные препараты. Вся эта пошлятина — для такого контингента девиц, как ваши знакомые, Жора. Дорогой Пятница, вы занимаетесь сомнительными вариантами. Халява у вас в плоти. Особенно крайней. Не позволяйте инстинктам вести вас по жизни за ваши слабые места.
Остап сел в кресло и с довольным видом посмотрел на соратников.
Как говорили древние, только тот, кто не имеет слуг, не может быть обманут. Ну что же, президент, отчитывайтесь о проделанной работе, а вы, Жора, налейте коньячку.
Все в полном порядке, — затараторил Нильский, не веря чуду легкого избавления от расплаты за заговор. — Осталось только оплатить объявления, и уже послезавтра можно начинать. Я поражаюсь вашей дальновидности, маэстро, это замечательная идея, просто великолепная. Жора тоже считает, что с канадской фирмой — это здорово. Он набрал мировых ребят.