Чтение онлайн

— А мы же, кстати, тогда даже и не задались вопросом о том, кто был отцом тех двух мальчишек, которых Тома в своем видении опознала как собственных сыновей.

— Это ты не задался, а мы с девчонками потом полдня это обсуждали! Ты даже не представляешь, как тогда Тома была ошарашена от того, что у нее действительно могут родиться дети.

— Офигеть!

— А то! — хихикнула Света. — Так что нам надо найти хорошее место, где мы могли бы прожить спокойно хотя бы несколько лет. Беременность плюс хотя бы годика три на то, чтобы малыши малость окрепли, а то ведь их маленьких с собой в приключения не потаскаешь!

— М-да-а-а, вот ты меня озадачила…

— А ты как хотел! Ты должен обеспечить меня хорошим домом для пополнения семейства.

— Хорошо, буду думать, — согласился я и чмокнул любимую жену в щёчку.

Демонстрация наших возможностей по переселению высокопоставленных старичков в молодые тела для нас с Ланой была не особо интересной. По сути это было то же самое, что раннее мы сделали с супружеской парой школьных учителей, но только в этот раз все проводилось на глазах у целой толпы сильных мира сего.

Процедура прошла без каких-либо затруднений, и вся эта толпа правителей сразу двух Империй континента Техно, находясь под сильнейшим впечатлением от увиденного, начала терзать вопросами наших ветеранов магического фронта, расспрашивая о том, что континент Мэджик еще может им предложить. Ну и, естественно, также интересуясь нашими потребностями, которые имперцы могли бы удовлетворить своими товарами и услугами. В общем, начались переговоры, на которых закладывался фундамент для взаимовыгодной торговли между двумя континентами.

Нам со Светой политика была неинтересна, поэтому мы сразу же постарались улизнуть. Уединившись на балкончике, выходившем на какой-то спокойный переулок, мы с женой стали вспоминать события последних лет и Света меня вдруг спросила:

— Серёж, а откуда в тебе вдруг взялась эта крутизна? Ты же в Москве был такой тихий, мягкий, совершенно неконфликтный. Я в какой-то степени тебя и выбрала за то, что ты сформировал у меня уверенность в том, что никогда не ткнешь пальцем близкому человеку в чувствительное место, причиняя ему боль, пусть даже и ненароком. А здесь я вдруг узнала, что ты способен быть грубым и жестким, даже жестоким. Когда мне рассказывали, как ты убивал бандитов и мальчишек-плохишей, я не могла поверить, что речь идет о моем Серёжке! Да и потом, когда сама видела, как ты действуешь в экстремальных ситуациях, я просто поражалась произошедшим в тебе изменениям.

Причем, ты знаешь, меня эти перемены в тебе совершенно не напрягают, потому что со мной ты остался все таким же нежным и добрым, каким и был все те годы, что я тебя знала. Наверное, всему причиной стало то время, которое ты провел в теле Мили, да? Все те ужасы, что вам двоим пришлось пережить, ожесточили тебя, но при этом вся эта жёсткость и жестокость оказывается направлена только в сторону тех, кто заслуживает такое обращение. Я правильно тебя понимаю?

— Возможно, все так и есть. А может быть еще и потому, что я в последние годы стал намного сильнее. Знаешь, трудно быть крутым, когда ты дохляк, а не какой-нибудь там Собчак Норрис или Жан-Клод Вимбильдам. Блин, надо будет как-нибудь рукопашкой и холодняком заняться, а то я вроде бы сейчас стал здоровым и крепким парнем, а драться так и не научился!

— Да ну, мне кажется, у тебя совершенно нет к этому интереса! Сколько раз мы смотрели, как Фурлет и Краст занимаются с Милей подобным, но я никогда не видела у тебя желания присоединиться к ним.

— Ну, в принципе, да — какой-то я недрачливый получился. Никогда не тянуло меня кулаками помахать. Как-то я сразу на колотушку и проклятия перескочил, минуя мордобойную стадию своего развития! — рассмеялся я. — А вообще наша магическая реальность в чем-то неправильная, потому как совершенно не похожа на сочиняемую нашими фантастами. Никаких тебе магических дуэлей! Да и в наших Академиях магии я ни разу не видел, чтобы студенты с холодным оружием занимались.

— Может, это потому, что на нашем континенте Захар искусственно устранил причины для войн? Вот и не готовят наших магов в этом направлении!

— Тоже верно — правильно мышляешь!

— Серёжа, опять ты с этим словечком! — расхохоталась Света.

— Раз смеешься — значит слово зачётное! — расплылся я в довольной улыбке.

Деловые переговоры сильных мира сего продолжались до поздней ночи, но зато Захар после их окончания заявил, что на следующий день уже можно вылетать домой, потому как все основные вопросы уже согласованы. Поэтому с утра нам оставалось только обновить запас еды и воды на несколько дней полета и наконец-то отправиться в путь.

В этот раз лететь было немного тесновато, поскольку наш экипаж вместе с Шаурегом и Теяно насчитывал уже шестерых членов, но были в этом и плюсы — для пилотирования Жука мы теперь могли подключать пятерых магов, что должно было облегчить преодоление грозового барьера. Мы быстро перешли на режим «двое спят, четверо бодрствуют», поэтому в Жуке тесно не было. Единственный минус — у сидящих на заднем диване не было возможности откинуться на спинку, поскольку та постоянно пребывала в горизонтали в качестве спального места. С этим неудобством мы по-разному боролись — Света много времени проводила у меня на коленях, когда я сидел впереди, или же наши дамы вдвоем устраивались на переднем сиденье, благо всех троих нельзя было назвать широкозадыми. В таком случае четвертый бодрствующий мог улечься на диване и подремать вне графика.

Я предложил еще один, как по мне, отличный вариант, но меня чуть не побили всей толпой за эту идею, а ведь выглядело все очень гармонично: двое сидят в креслах впереди, трое спят и один сидит с книжкой в руках в читальном зале, в смысле, в туалете! В общем, не оценили мой талант эргономики — сказали, что сам я… и шутки у меня такие же.

Те десять часов, что мы летели сквозь грозу, Шаурег и Теяно буквально не отрывались от окон, разглядывая потрясающе красивые виды что над водой, что в верхних слоях океана. Но больше всего старый целитель наслаждался насыщенным магическим фоном, чего он не испытывал уже тысячу с лишним лет. Как он сам нам признавался, время от времени ему приходилось устраивать заплывы на своей собственной яхте вдоль границы грозовой стены, а с появлением дирижаблей он перешел на полеты с той же целью. Это позволяло ему хоть как-то поддерживать свой магический потенциал на приемлемом уровне, заодно и запасаясь магической энергией на некоторое время. Но, учитывая, что у него было не так много накопителей, магией на континенте Техно ему приходилось пользоваться крайне экономно. И вот наконец Шаурег дорвался до магического изобилия, когда энергии вокруг было столько, что хоть задницей хлебай!

Когда мы наконец-то вылетели из грозы в сторону магического континента, Шаурег чуть умом не тронулся, заорав диким воплем с вытаращенными глазами, перепугав свою внучку чуть ли не до ус… ну в общем, сильно напугал девочку! Радость от того, что он все-таки дождался исполнения своей тысячелетней мечты, не отпускала его несколько минут, пока он полностью не проорался и не выплакался. А потом еще долго сидел молча, уставившись в одну точку и практически не реагируя на попытки окружающих хоть как-то его растормошить.

Увидев берега нашего континента, старый маг попросил нас сделать остановку, после чего полчаса бродил туда-сюда как сомнамбула, ложился на землю, срывал травинки, гладил деревья и лишь улыбался, как выживший из ума дедок. Но мы его не торопили, прекрасно понимая состояние истосковавшегося человека.

На привычном уже месте посадки Жука нас встречала целая толпа наших близких родственников, друзей и знакомых. А в центре этой большой группы метались, как безумные, три наших собаки. И после того, как мы вылезли из Жука, нам со Светой пришлось вытерпеть несколько минут визгливо-слюнявой собачьей радости.