Возвращение Проклятого
Шрифт:
— У вас есть вопросы, мастер-демон? — спросила она от дверей.
— Да, — ответил он, поднимаясь, — узнайте, когда я смогу встретиться с мастером?
— Вы можете встретиться сегодня или завтра, в зависимости от вашей готовности, — ответила волшебница.
— В Старкворде? — спросил Миша, он почти не удивился тому, что ответ был получен так быстро, уже давно привык, что чародей не любит попусту тратить время.
— Да, — ответила девушка.
— Благодарю вас, Виара, — он слегка поклонился, как того требовала вежливость, и прихватив со стола кувшин с водой, вернулся в свою комнату.
Заперев дверь, плеснул водой на стену и уже через полминуты шагал по изнанке.
Старкворд встретил его привычной тишиной. Проклятый конечно подозревал, что после того как покинул эту башню, вместе с ним отсюда уехали и большинство слуг, но никогда не спрашивал Магреса об этом.
Прошел по пустым коридорам и поднялся в кабинет чародея. На пороге замер и постучал, негоже открывать с ноги дверь в кабинет высшего.
— Проходи! — услышал он.
— Здравствуйте, мастер, — Проклятый поклонился и остался стоять.
— Садись, посторонних нет, поговорим без церемониала, — Магрес указал на кресло в глубине кабинета, сам же остался стоять у окна.
Мише показалось, что чародей выглядит уставшим, но он оставил при себе свои наблюдения.
— Я так понимаю, ты ознакомился с документами и у тебя есть вопросы? — перешел в делу чародей.
— Да, мастер, — он слегка помешкал, подбирая слова, — я не могу понять откуда в Этании такая информация о Земле? Как тут вообще узнали, что есть такой мир, Земля, ведь маги не особо интересовались технологическими мирами?
Магрес улыбнулся, в нечеловеческих глазах чародея блеснули озорные искорки, он подошел к шкафу, извлек непрозрачный кувшин и пару высоких бокалов.
— Разговор предстоит долгий, — сказал он, поставив все это на стол, — разливай, а я пока начну.
Миша слегка растерялся. В последние годы Магрес не фамильярничал с ним, но быстро пришел в себя и разлил темное вино по бокалам.
— Ты много путешествуешь, — начал чародей, — в своих странствиях слышал ли ты когда-нибудь легенду о смене эпох?
— Ничего такого не помню, — ответил Проклятый после недолгих размышлений, — да и мне казалось, что смена эпох это вроде естественный процесс.
— Тогда, пожалуй, начну издалека, — усмехнулся Магрес и отпил из бокала.
Миша последовал его примеру и с трудом сдержал готовое слететь с языка ругательство, ему показалось, что он отхлебнул прямо из костра. Но ощущение жара быстро прошло, оставив терпкое послевкусие. Он лишь покачал головой. Много чего он пивал в этом мире, но такое пробовал впервые.
— Все миры, — продолжил чародей, — и магические и технологические и даже демонические и божественные живут по определенным законам. Есть некая основа, базис, на котором все построено. Он неизменен. Часть ограничений нельзя обойти, невозможно нарушить основы мироздания. Тех, кто попытается, ждет поражение и скорее всего бесславная смерть.
Он замолчал, но Миша не задал, ни единого вопроса, и не издал, ни единого звука. Лишь снова пригубил тот жидкий огонь, который плескался в его бокале, и с неким удивлением почувствовал легкий шум в голове.
— «Насколько же это крепкая штука?» — подумал он, но вслух ничего не сказал, решил лишь попросить у чародея, пару литров этого вина.
— Но есть легенда о том, — сказал Магрес, — что рано или поздно наступит эпоха великих перемен. У нее много названий — Эра хаоса, Час петли, Смещение основ, да не в названиях суть. Важно то, что в это время может измениться все. Структура магии, суть веществ, гравитация…
— Физические законы, — прошептал Проклятый.
— Именно, — кивнул Магрес, — думаю, что как и во всякой легенде, тут есть преувеличения, но и правды тоже хватает. Так, например, начинают появляться новые врата, открываются новые проходы между сопряженными мирами. В лояльных феодах вспыхивают бунты, активизируются демоны и серые территории.
— Я думал серые территории никогда и не были слишком спокойны, — не удержался от ремарки Проклятый.
— Бывает по-разному, — Магрес не обратил внимания на бестактность, — есть местности типа бывшего Шаарна, где всегда можно было ожидать атаки, а есть Старкворд, где сотни больших тактов серые территории спят. И вот когда они становятся активны в таких местах как эта башня… — чародей не закончил, да это было и не надо, Проклятый прекрасно его понял.
На этот раз Миша обошелся без ремарок и Магрес продолжил.
— Вернемся к легенде, — Магрес говорил спокойно и тихо, но Мише почему-то показалось, что под этим спокойствием скрывается буря.
Похоже, разговор был важен и для чародея.
— Все эти изменения не происходят просто так, им сопутствуют сильные потрясения, и главное, за всем этим стоит, или должен стоять некий враг,
— Враг? — переспросил Проклятый.
Он сумел задать вопрос нормальным голосом, но для этого ему пришлось приложить просто неимоверное усилие. Уж очень отчетливо вспомнился разговор с «немым», и его слова — «появился новый враг, она должна быть среди своих».
— Враг, не совсем корректное определение, — чародей замешкался, подбирая слова, — правильнее, иная сила, некая стихия. Та, которая хочет принести новый мир, новый порядок. По легенде они пытались сделать это во время прошлой эпохи перемен, и у них почти получилось, но в финале они исчезли. Исчезли, но не были уничтожены.
Магрес замолчал и сам разлил вино.
— Вы говорите стихия, но в тоже время упоминаете о каких-то…
Проклятый на миг задумался и продолжил:
— О каких-то существах, которые пытались. Эти существа представляют эту стихию? Несут ее?
— Мы мало знаем. Под мы, я имею ввиду вообще всех людей живущих сейчас. Скорее всего да, это некто вроде забытых богов, или их последователей, которые пытаются изменить миропорядок. — Магрес покрутил в руках опустевший бокал, и Миша охотно налил ему, да и себе.
— Благодарю, — чародей едва заметно улыбнулся и продолжил, — очень давно это было, и теперь понять, кто или что несет в мир перемены крайне сложно. Думаю, мы об этом узнаем лишь в боях.
— И один из этих богов, это бог смерти? — Проклятому хотелось перевести разговор к поискам сына, — поэтому украли Валика? Готовят… — он не закончил, Магрес жестом остановил его.