Чтение онлайн

— Какой странный камень! — удивился Леша. — Я никогда раньше такого не видел.

— Считай, что это её приданое! — пошутил подошедший к корзинке Костя. Он сразу же притих, заметив обращённый на него недовольный взгляд Ольги.

— Рано ей ещё украшения носить! — сказала Лена и попыталась снять колечко, но оно не снималось, а лишь крутилось на маленьком пальчике.

Лена и Лёша оставили Улиту у себя и никому никогда не рассказывали о том, что она была найдена в лесу. Её и Данилу стали называть двойняшками и отмечать их дни рождения в одно время. По случайному совпадению их разница в возрасте составляла лишь около недели.

Улита оказалась симпатичным, но очень своенравным ребёнком. У неё были голубые глаза, губки бантиком и маленький слегка вздёрнутый носик. Её длинные каштановые волосы пышной копной лежали на плечах и спине. Она не любила косички и бантики, и все попытки Лены её причесать заканчивались скандалом и слезами.

Данила тоже был очаровательным ребёнком: русоволосый, зеленоглазый, с очень приятными чертами лица. Но, в отличие от сестры, он имел спокойный характер, слушался родителей и никогда не капризничал.

С самых ранних лет Данила и Улита были очень дружны. Как и все дети, они играли, ссорились и даже дрались, а затем мирились и быстро забывали все обиды. Обычно первым на мировую шёл Данила, а Улита в знак примирения или просто, чтобы порадовать брата, устраивала представления, участниками которых были их игрушки.

Это было самое настоящее волшебство: оловянные солдатики маршировали, куклы пели и танцевали, а кубики сами собой складывались в домик. Но, услышав за дверью детской шаги родителей, Улита сразу же останавливала чудесный спектакль, и летавшие, плясавшие и маршировавшие игрушки в беспорядке падали на пол. Затем с помощью все того же волшебства девочка расставляла игрушки по свом местам.

Однажды, когда Улита не успела навести порядок, к ним в детскую вошла Лена.

— Что у вас здесь произошло? — спросила она строгим голосом. — Почему игрушки разбросаны по всему полу?

В ответ ей детишки только заговорщически перемигивались и улыбались.

— Почему вы смеетесь? Я не вижу здесь ничего смешного! Быстро за уборку! — сказала Лена и покинула детскую.

Улита три раза покрутила колечко, и валявшиеся на полу игрушки моментально разлетелись по своим местам.

Возвратившись через десять минут, Лена от удивления не могла вымолвить ни слова: в комнате был идеальный порядок, а дети, лёжа на полу, раскрашивали картинки.

— Как они успели все сделать? Даже у взрослого человека на это ушло бы не менее получаса! А они ведь ещё такие крохи! — покидая комнату, размышляла Лена.

— Улита, как ты это делаешь? — часто спрашивал сестру Данила.

Девочка только пожимала плечами

— Я не знаю, — отвечала она каждый раз, — но стоит мне о чем-либо подумать, а затем покрутить колечко, всё и происходит.

— А откуда у тебя это колечко? — интересовался Данила. — И почему ты его никогда не снимаешь?

И на эти вопросы Улита ответить не могла.

Много раз дети пытались снять кольцо, но упрямое украшение так и осталось на своём месте.

— Мама, откуда у меня это кольцо? — как-то раз спросила Улита у Лены.

— Ты с ним родилась, — Лене не хотелось рассказывать девочке правду, и она ответила первое, что пришло ей на ум. — Я обязательно расскажу ей всё, когда она станет старше, — оправдывалась она сама перед собой. — Незачем забивать ребёнку голову странными историями.

— А почему у Данилы нет такого же кольца? — допытывалась Улита.

— Когда твой братик был совсем маленьким, его колечко потерялось.

— А как же оно могло потеряться, если его невозможно снять?

— Так это твоё колечко невозможно снять, а его, напротив, всё время спадало и, наконец, потерялось. Так что лучше не пытайся его снять, а то тоже потеряешь.

— Хорошо, мама, не буду, — пообещала Улита и никогда больше не спрашивала Лену о кольце.

Лена заметила, что загадочное украшение всегда было Улите впору, а это говорило о том, что оно росло вместе с рукой.

Становясь старше, Улита придумывала все новые развлечения. Одной из её любимых забав было превращать книжные картинки в забавные мультики. И когда они с Данилой вместе читали какую-нибудь детскую книгу, то все иллюстрации в ней по желанию девочки оживали. Ребятишкам было весело наблюдать, как по страницам ходят и разговаривают рисованные человечки.

— Данила, смотри какой смешной рыцарь, а как важно себя ведёт, — Улита смотрела в книгу и смеялась. — А теперь он никак не может сесть на коня, и так забавно сердится!

— А ты смогла бы вскочить на лошадь, если бы, так же как и он, была облачена в доспехи? — упрекнул сестру Данила. — Так что не смейся, а лучше помоги ему.

Улита не стала спорить с братом, а, покрутив колечко, быстро решила проблему сказочного персонажа.

Данила и Улита прочитали много книг и помогли многим героям повествований. Заходившие в это время в детскую Лена или Алексей не могли понять над чем смеялись и что обсуждали их дети, склонившись вдвоём над ни чем не примечательной книгой с картинками.

Чем старше становилась Улита, тем изощрённее были её проказы. В двенадцать лет она устраивала представления с предметами домашнего обихода. Было особенно весело, когда Лена поручала им с Данилой провести генеральную уборку. И как только за родителями закрывалась дверь, в квартире начинали происходить чудеса. По дому сами собой носились вёдра, тряпки и щётки, то там, то здесь гудел пылесос, перелетая из комнаты в комнату. Время от времени Улита дирижировала всей этой командой, направляя её в наиболее запылённые уголки.

— Ох, Улита, это что-то невероятное! — не переставал удивляться Данила. — С тобой что-то не так, ты не такая, как все!

— Да, ничего особенного, — лениво отмахнулась от него сестра, а затем, на всякий случай добавила: — Только никому об этом не рассказывай, даже родителям.

— Ты меня обижаешь, — нахмурился Данила. — Разве я тебя когда-нибудь выдавал?

— Нет, не выдавал. Не обижайся. Но мало ли, что может случиться.

Однажды, причёсываясь перед зеркалом, Улита почувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд. Оглядевшись вокруг, девочка убедилась, что в комнате, кроме неё, никого нет, но ощущение, что кто-то внимательно её разглядывает, не проходило.