Возвращение
Шрифт:
Между тем движения рук бабы Поли замедлялись.
Селена взглянула ей в лицо.
Женщина, наконец, увидела, в каком состоянии кухня. Не вынув из пакета последних продуктов, она внимательно осмотрелась, цепляясь взглядом за сияющую раковину, за пустой и чистый кухонный стол, даже за подоконник единственного окна, поверхность которого не захламляла грязная посуда. А потом обернулась к Селене и ехидно спросила:
– И что теперь? Нянькой для них будешь? Прислугой? На меня не надейся – платить не буду.
– Тёщенька, а с чего на тебя вообще надеяться? – спросили от входной двери на кухню. – С того, что твоя Танька тебе отдала мою карту, на которую пересылает деньги для твоих внуков? Так ты не забудь мне её вернуть. Как и ключ от квартиры, кстати.
Резко развернувшись, баба Поля учащённо задышала открытым ртом.
Старший брат успел не только переодеться во всё чистое, но и побриться, и даже… Селена усмехнулась: он всегда любил парфюм, который из-за сквозняка она учуяла сразу. И выглядел… ммм… почти франтом, вид которого слегка портили лишь пока ещё впалые щёки и мешки под глазами. И стоял он в дверях, держа за руку подпрыгивающего Стена.
– Стен, малыш, иди ко мне, - позвала она.
– Когда-а-а ты-и… - заикалась баба Поля, вылупив квадратные глаза на зятя. – Это что ж такое, а-а?
– Да ничего особенного, - хмыкнул тот и подошёл к столу, чтобы сесть.
Это тёща не замечала, ошарашенная внезапным преображением зятя, а Селена видела: брат ещё настолько слаб, что ноги у него при ходьбе подрагивают. Но промолчала. Если Андрей почувствовал себя здоровым, чтобы привести себя в порядок и начать интересоваться тем, что вокруг него происходит, мешать этому восстановлению или тормозить его она точно не станет…
А брат ласково проследил за топотанием Стена к матери, которое закончилось бегом и утыканием в ноги Селены, и снова обратился к бабе Поле.
– Ну? Карту на стол! – И сам засмеялся от неожиданной двусмысленности.
Кругленькие мягкие щёчки бабы Поли даже пообвисли, пока женщина приходила в себя. Невероятно высоким, на грани визга голосом она завопила:
– Татьяна приедет – с ней разбирайся! А со мной нечего… нечего тут!
И, прихватив с собой все сумки, кинулась из кухни – явно в прихожую.
Селена, пока брат поспешно вставал, вполголоса буркнула:
– Запрись!
Оставлять брата без финансов она не собиралась. А пока Андрей разбирался с тёщей, она взялась готовить чаепитие для тех, кто вернётся первым к полднику. Имела в виду Мирта с Колином и Романом. Зная Мику, давно махнула рукой на время.
Ржавая, но всё ещё прилично висевшая на петлях гаражная дверь, открываясь, важно проскрежетала. Мика первым перепрыгнул высокий, узкий порог и со вздохом предвкушения огляделся.
– Я предупреждал, что, кроме машины, тут ничего интересного, - заметил Антон, перешагивая порог следом. – А машину мама забрала.
Он оглянулся на Коннора и удивился: тот бесшумно рассмеялся и приложил ко рту палец. Заинтригованный Антон обернулся к Мике. Тот уже стоял возле одной из полок. Самодельные стеллажи, словно странные обои, обрамляли всё помещение гаража.
– Мике и не нужны машины, - тихо сказал на ухо Антону Коннор. – Дома он уже три машины отремонтировал. Его интересует всё, чего нет у нас. Даже сломанное.
– Отремонтировал? – прошептал Антон, охрипнув от внезапной информации. Отдышавшись, он повторил: - Сломанное… Тогда… Мика, а у вас есть утюги?
И началось.
Коннор уселся на прочный (он проверил) ящик у входной двери в гараж и с улыбкой наблюдал за тем, как Мика с горячим научно-исследовательским интересом анализирует всё, что ему показывает Антон. А младший племянник Селены всё доставал и доставал с полок запылённые коробки с какими-нибудь приборами, которые давно сломались, а выбросить которые у хозяев не поднималась рука…Вскоре мальчишка-некромант настолько привык к ровному бубнёжу Антона, показывающему Мике очередной прибор, и всплеску: «Ого!» от мальчишки-вампира, что глубоко задумался… Странно. Мир абсолютно новый для него. А он всё беспрестанно думает о доме… Братья рядом, Селена со Стеном – тоже. Кажется, только и занимайся изучением необычного мира, где, кроме людей, нет и не было никаких других разумных существ… А его беспокоят дела в Тёплой Норе. Беспокоит, как там, в школе…
Странный писк заставил вырваться из размышлений. Поднял голову, взглянул.
Антон стоял у одного из стеллажей, удивлённый. Мика – в паре шагов от него – прижимал к себе небольшую коробочку, которую чуть ли не нежно баюкал своим сладчайшим писком.
– Что у вас там?
– Фотик, - пожал плечами Антон. – Фотоаппарат. Только он тоже сломанный. Да и у нас сейчас им никто не пользуется. Все привыкли фотать на мобильники.
– Коннор! – завопил Мика, победно вскидывая коробочку. – Здесь даже инструкция есть! Селена мне прочитает! Антон, тебе точно этот… фотик не нужен?!
– Да никому он не нужен!
– То есть ты возражать не будешь, если я его тоже заберу?!
И мальчишка-вампир бросился к углу, где стояли один маленький, два громадных и прочных пакета, раздутых от положенных в них предметов. Остановился на полдороге, покачал головой.
– Не! Это я туда не положу!
– провозгласил он, ласково гладя коробочку.
– Фотоаппарат – Микина давняя мечта, - объяснил огорошенному Антону Коннор. – У нас, как ты говоришь, фотики есть, но они очень громоздкие. А этот…
Глядя на Коннора, и Антон начал посмеиваться над азартной жадностью Мики. Правда, посмеиваться осторожно, поскольку Коннор успел рассказать ему не только об отремонтированных мальчишкой-вампиром машинах, но и о дельтапланах и прочей технике, возрождённой Микой к жизни в своём мире.
Пока Коннор и Антон уминали в пакетах Микину добычу, чтобы нести груз нераздутым, мальчишка-вампир куда-то делся. Осмотрев гараж, ребята пришли к выводу, что мальчишка-вампир вышел. Антон этим воспользовался, чтобы быстро спросить:
– Коннор, не обижайся… Мика – вампир. А… ты?
– Я человек, - улыбнулся тот.
– Я, вообще-то, другое хотел спросить… - признался Антон. – Вот Мика… Он, как я понял, технику обожает…
– Не только. Он мастер всего, за что ни возьмётся, - покачал головой Коннор. – Видел бы ты, какие он ковал артефакты. Хотя… Могу показать. Видишь этот медальон? Как его сделать – придумал именно Мика.
– Ну, ладно… - опешил Антон, хлопая глаза на незнакомые буквы изысканной формы. – Но Мирт, например. Он травник. Колин любит читать и языки. А ты?