Возвращение
Шрифт:
Браслет был разблокирован.
«Колин ты где?!»
«Не кричи, я в мансарде!»
«Спускайся! Быстро!!»
«Да что с тобой…» - проворчал брат, а волчишка босой вернулась в гостиную и принялась ждать, когда Колин спустится, а потом снова спохватилась и вызвала Берилла.
«Берилл, я немного задержусь. Селене передала, что мы в беседке!»
«Объяснишь потом, почему задержалась?»
«Объясню!»
С последним словом связи с лестницы скатился Колин. Немного сердитый, а потому Ирма сразу поняла, что оторвала его от переводов.
Она молча вцепилась в его руку и оттащила в темноватый коридор с бельевой. Шёл послушно: знал, что будет, если начнёт сопротивляться.
– Ты видел новенького?! – чуть не рявкнула она на него.
– Видел, - удивился Колин. Судя по ошарашенному взгляду, уж такого-то вопроса он не ожидал от неё.
– Хорошенько разглядел его?!
– Ну… да.
– Колин, я его знаю! Откуда?! Может, ты плохо разглядел его – и он из нашего приюта? Ну, из бывшего?! Из которого мы в войну сбежали!
– Что-о… - Колин уставился в начало коридора, будто надеясь, что новенький вот-вот появится – и можно будет снова внимательно его рассмотреть. – Ирма, где он сейчас? Точнее… Ирма, как ты могла его запомнить, если дело было почти шесть лет назад?!
– А сколько ему?
– Около шести!
– Не может быть! Я его знаю!
– Ничего не понимаю, - прошептал мальчишка-оборотень, растерявшись.
– Иди и посмотри на него ещё раз! – чуть не со слезами велела Ирма. – Почему я его помню, а ты нет?!
Колин вдруг бесстрастно взглянул на запястье, к которому съехали все его блок-браслеты братства. И уже мягче сказал:
– Успокойся, Ирма. Я схожу, посмотрю на него. А если не узнаю, попросим Коннора посмотреть твои сны.
– Зачем?! – поразилась она.
– Коннор как-то сказал, что всё, что человек ни видел в своей жизни, отражается в его снах. Просто мы не всегда видим это. Если я не узнаю этого мальчика, значит – зовём Коннора и просим его погулять в твоих снах. Как с Айной – помнишь? Когда он узнал из её снов её же имя. Согласна?
– Согласна. – Голос волчишки ещё дрожал от напряжения и даже потрясения, но она сама почувствовала, что постепенно и впрямь успокаивается. – Иди. Он играет с машинками. А я подожду тебя здесь.
«Он играет с машинками» – это адрес, и старший брат это прекрасно понял.
Ирма следила за его тёмной фигуркой, исчезающей за поворотом, и лихорадочно вызывала перед внутренним взглядом снова и снова лицо новенького: а вдруг сама вспомнит? Но ничего не вспоминалось, и волчишка начинала дрожать от нетерпения.
Негромкий топоток подсказал, что брат возвращается бегом. А когда остановился перед ней, встревоженно и с ожиданием смотревшей на него, отрицательно покачал головой. Отдышавшись, подтвердил:
– Я его не знаю. Ирма, а ты? Уверена?
– Уверена. Я… как будто видела его чуть ли не… вчера!
– упрямо сказала волчишка и с подозрением взглянула на брата: - Колин, а ты точно скажешь Коннору?
– Прямо сейчас, - сказал Колин, и она поверила ему.
– Мы немного посидим в беседке, а потом придём на ужин, - на всякий случай предупредила его Ирма. – Потом сбегаем к Вади – и всё.
Они вместе, взявшись за руки, вышли из коридора, и здесь разделились: Колин побежал по лестнице в мансарду, а Ирма поспешила к своим, заждавшимся её. В темноте, легко проницаемой при помощи магического взгляда, она бежала и упорно думала о главном: рассказывать своим или не надо? Ну, не надо, пока Коннор не посмотрел её сны. А вот интересно, как он входит в эти сны? Спросить, что ли у него? А если он ответит, что такие приёмчики для неё изучать слишком рано? Что они из тех, которые опасны для жизни? Ну, если просто спросить – ответит, и тогда надо будет решать, стоит ли этим проникновением в сны заниматься.
– Ты где так долго?! – накинулись на неё друзья. – Мы тут ждём, ждём, а тебя всё нет. Что случилось-то?
Она шагнула было к скамье – устроиться и поболтать, но неожиданная мысль опять заставила оцепенеть: а если спросить у друзей? Вдруг кто-то из них знает?.. И тут же отказалась от этой мысли. Они все мельком, но видели новичка, но никто не сказал, что он им знаком. Наверное, будет лучше, если сначала узнать самой, а уж потом подумать, стоит ли им об этом рассказывать.
– Ничего, ответила она. – Брата встретила, и он велел не задерживаться в саду.
Враньё прошло легко. Колина знали.
Но и сумели поговорить о том, за чем пришли сюда. Вспоминали страшные эпизоды из недавнего путешествия, пытались даже анализировать собственное поведение с точки зрения: вот сделали так, а ведь надо было по-другому!
Три браслета завибрировали одновременно – у Гардена, у Берилла и у Ирмы.
Посмотрели, вздохнули и помчались в Тёплую Нору – делать до ужина домашнее задание. Хоть и мало пока задавали (Мика всё завидовал!), но задание надо сделать.
Потом был ужин, на котором новичка Ашнира снова представили уже всем.
Ирма смотрела на него, вставшего, пока с ним знакомились, и поражалась: он стоит – она его не знает! Но, когда он посмотрел на неё снизу… Она видела его, этот взгляд, и в самом деле чуть ли не вчера! Да что такое…
Домашку сделали быстро: в конце концов, они трое из одного класса! Потом прибежал Гарден и тоже сказал, что у него всё. Осталось дожидаться Берилла, который застрял на чтении: надо было не только прочитать рассказ, но и ответить на вопросы по нему. А у мальчишки-вампира была особенность: он не умел отвечать, да ещё и ответы в тетрадь записывать. Что ж, не впервые волчата помогали бедняге. Пришлось посидеть, послушать, как читал этот рассказ Гарден, а читал он быстрее всех. Быстро ответили на вопросы, а Берилл их тщательно записал.
– Бежим к Вади? – спросил Тармо.
– Бежим! – твёрдо ответила волчишка.
Мальчишке-оборотню обычно объясняли материал двойняшки, так что Ирма сидела вместе со всеми в его временной комнате, но мысли об Ашнире не оставляли, хотя Ирма и старалась сосредоточиться на повторении математики.
Вернулись в Тёплую Нору под проливным дождём. Уже в тамбуре пожалели, что Вади остался лежать в одиночестве и так, что к нему не прибежишь посидеть, хотя у него комната здоровская для «посидеть». Берилл предложил поговорить с Селеной, чтобы в следующий раз оставлять болезных в одной из пустующих комнат пристроя.