Чтение онлайн

– Если бы они узнали в имплантатах Кирка оборудование Борга, они забрали бы его на Звездную Базу 324 для изучения, как они поступают со всей технологией Борга. Если бы они его казнили, то не забрали бы никуда – они бы распылили его тело и рассеяли молекулярную пыль в космосе – или же возобновили план возвратить его домой для похорон.

Сэлэтрель изо всех сил старалась быть терпеливой со старым солдатом.

– Мне нужна третья возможность, мой друг.

– Он собирается встретиться с Пикардом.

Сэлэтрель в тревоге выпрямилась.

Тран сделал шаг к центуриону.

– Невероятно!

Трасиус заложил руки за спину. Сэлэтрель узнала эту позу. Это было неосознанное подражание тем дням, когда он изучал Вулкан в стремлении понять врага ромуланского народа. В этой позе центурион не шевельнулся.

– Таковы факты, – напомнил он Трану. – Из всех доступных компьютерных сетей Звездного Флота пропали сведения о местонахождении Пикарда. Наши специалисты не могут найти о нем никаких сообщений. Возможно допустить, что это каким-то образом связано с усилиями Звездного Флота выстроить защиту против Борга. – Трасиус многозначительно посмотрел на Сэлэтрель. – И где же лучше скрыть продолжающиеся и, возможно, незаконные программы по изучению оружия, как не на удаленной звездной базе, до которой никому нет дела?

Тран тоже не шевелился.

– Защита против Борга создается на Звездной Базе 324.

Центурион стоял на своем.

– В сотрудничестве с засекреченными командами клингонских и ромуланских специалистов. С точки зрения Федерации это не самое безопасное место. Особенно если оружие, которое они создают, может быть использовано против Звездной Империи.

Тран с Трасиусом повернулись к Сэлэтрель.

Она приняла решение быстро.

– Ложитесь на курс к Звездной Базе 804, но держитесь подальше от сенсоров «Челленджера»

Тран не сделал ни движения, чтобы вернуться к штурвалу.

– Полагаю, о…новом направлении следует проинформировать Вокса.

Сэлэтрель выдержала его пристальный взгляд, принимая вызов, брошенный ее лидерству.

– Внимания Вокса требуют другие вопросы. Я сообщу на базу Данте.

– Другие вопросы! – запротестовал Тран. – Вы даже не знаете, где он. Вы даже не знаете, что он делает. Вы такая же марионетка, как и Кирк.

Сэлэтрель вскочила на ноги. Тран не отошел. И на виду у всего экипажа на мостике она ударила его рукой, отчего тот рухнул на палубу.

Тогда она поставила сапог ему на грудь, носком на горло.

– Если бы это был клингонский корабль, тебя уже скормили бы капитанскому таргу. Если бы это был корабль Федерации, над тобой проводили бы медицинские эксперименты, прежде чем уволочь с мостика. Но это мой корабль. А мы – ромуланцы. И мы сможем сокрушить наших врагов, только если научимся делать это вместе. – Она нажала на гортань Трана сильнее, чтобы удостовериться, что он, как и весь экипаж, обратил на это внимание. – Вы ПОНЯЛИ, подкомандор?

Тран замычал. Сэлэтрель поняла это как «да».

Она убрала ногу с его груди и вернулась к своему креслу.

Тран проковылял к рулю и проложил курс, следуя за «Челенджером».

Когда Сэлэтрель снова села в кресло, Трасиус наклонился поближе.

– Чтобы удержать экипаж и корабль, тебе придется четко продемонстрировать, во что им обойдется вызов тебе. И скоро.

Сэлэтрель знала, что Трасиус прав, но сейчас ее заботило только одно – выследить Кирка.

Она совершенно не представляла, зачем он собрался – или его забрали другие – на Звездную Базу 804.

Но если история Федерации и научила чему-то, так это тому, что все, имевшее отношение к Кирку, являлось не тем, чем кажется.

Проработав так долго с Боргом, она совсем было решила, что этот недостаток ясности… соблазнителен.

Пикард обогнул остроугольный куб механических компонентов, что выступал из палубы борговского коридора, словно забытая вмятина от давнишнего столкновения. Рядом с ним Беверли настроила на дальность медицинский трикодер.

Темный коридор станции-гиперкуба отдавался монотонным звоном от рабочего экипажа Борга, идущего позади. Это были виды, которых Пикард никогда прежде не видел. Полтора метра ростом, с серой кожей и одним огромным миндалевидным темным глазом, установленным под раздутым черепом. Был ли второй глаз таким же, Пикард не знал. Имплантаты Борга скрывали половину лица у всех существ.

Беверли передала ему трикодер. Показания сказали Пикарду, что не только он не знает этих существ, но и отчеты ксенобиологов Звездного Флота не содержат ничего похожего. Но Борг плотно укоренился и собирал жертв в секторах, которые не были известны Федерации.

Когда рабочая команда прошла, Пикард с Беверли вновь возобновили движение по коридору.

Далеко впереди коридор словно закручивался в штопор, но они с Беверли уже определили, что это всего лишь иллюзия расстояния на борту – иллюзия, вызванная протяженностью станции-гиперкуба внутри. Большей частью они теперь пытались сосредоточиться взглядом лишь на том, что рядом.

Они подошли к перекрестку. Проходы изгибались, как лопасти колеса, в шести разных направлениях. Пикард изучил трикодер. Отсек станции-гиперкуба, где находились ромуланские корабли, которые они видели до стыковки, был справа.

Они торопились. И чем ближе они подходили к сектору, в котором, как думал Пикард, держали пленные экипажи ромуланских кораблей, тем сильнее становился надоедливый запах гниющей плоти.

Еще один перекресток привел их к огромному огороженному проходу, который опоясывал кромку открытого резервуара по меньшей мере километр в поперечнике.

Пикард заглянул за ограду и тут же в ужасе отшатнулся назад.

Этот резервуар был озером, в котором, казалось, корчились внутренности. Хлюпающих, сосущих звуков, что поднимались оттуда, было достаточно, чтобы Пикард зажал себе рот.

Беверли просканировала эту сцену из ада с помощью трикодера. Голос ее был тих и неровен.

– Это резервуар рециркуляции, Жан-Люк. Очищает воздух и удаляет ненужные примеси из воды.

Пикард понял идею. Но большинство колоний полагались на растительные системы рециркуляции воды и воздуха. Видеть тот же процесс, производимый переделанной плотью животных – это лишало присутствия духа.

Они шли по дорожке, отмеченной на их трикодерах, не обращая внимания ни на что, прячась от рабочих команд, дыша ртом, чтобы избежать вездесущего зловония.