Чтение онлайн

— Так ты, дружок, полагаешь, что занят чем-то серьезным и важным, общественно или, на худой конец, космически-полезным? А ты бы взглянул на свое копошение Глазами Вечности, а потом рассказал об этом любимой девушке, и она широко распахнет свои прекрасные глаза и не менее прекрасные коленки, ха-ха, и тогда-то ты и увидишь истинную цену своей деятельности — ныне, присно и во веки веков, — тут змей, уже не в силах выдерживать патетический тон, теряет отчасти вертикальное состояние и плюхается на землю в виде обычной змеи, колыхаясь от смеха всеми своими изгибами.

Мастер профанации, демагог, циник и садист, змей старается быть добродушным, но когда это не удается, нисколько не смущается — ведь он старается для своего хозяина, открывает ему глаза на истинное положение вещей, и если оно иногда колется — что ж, такова правда жизни, и лучше вытерпеть ее сейчас, чем жить в розовой иллюзии. Любимая игра змея — передергивание, т. е. резкое нарушение акцентов, как эмоциональных, так и ментальных. Его задача — сбить человека с трудно достижимого равновесия точки сборки, находящейся в положении видения мира глазами высокого эгрегора, и крупный змей — виртуоз этого искусства. Если не помогают снежки, он спускает снежную лавину.

Начинающий христианин возвращается, в самом благополучном настроении, из церкви, после исповеди и причастия. Кто встречает его дома, радостно улыбаясь и раскачиваясь на кончике хвоста, с маленьким золотым крестиком на шее? "Здравствуй, вставший на Путь Истинный, — радостно восклицает змей, — а вот и я, твой главный враг, пришел с тобой бороться! Ну, кто кого?" И змей, обвив человека вокруг ног и рук, заглядывает ему в глаза и начинает искушать.

Главная цель змея — добиться, чтобы человек воспринял его всерьез, что фактически означает изменение положения точки сборки человека и прерывание связи с высоким эгрегором. Но если маленького змея еще можно как-то проигнорировать, то с крупным это не удается, потому что он действительно разрушает медитации, профанирует энергетические потоки и искажает ментальную картину мира. "Вот ты говоришь, Бог есть, — ерничает змей, и от одного его вида человеку уже настолько тошно, что вся его вера съеживается и уходит так далеко, что и не поймешь, есть она или вовсе нет, — а как же он меня, гада, до сих пор терпит, и мою злокозненность не истребляет? Что же получается, я Его сильнее?" Подобная мысль для духовного прозелита нестерпима, и он обращается в полное уныние и отчаяние, и даже следы бывшей благостности, приходившей после посещения церкви, куда-то бесследно исчезают.

Если человек не имеет достаточно терпения, веры в свое дело и чувства долга перед высоким эгрегором, который только и может сократить размер крупного змея (сам человек этого сделать не в силах), то он вступает в сражение со змеем и бывает им постепенно съеден. Как всегда, в этом случае возможны два варианта: либо человек теряет свою волю и становится служителем Большого Змея, но остается в рамках социума, либо практически полностью теряет свою энергию и превращается в тихого циника, который "знает всему цену", но основной его удел — апатия, поскольку все его энергетические каналы отобраны Большим Змеем и переданы Фокерме. Наоборот, служитель Большого Змея это крупный и энергичный циник и профанатор, умеющий сдвигать окружающим точку сборки так, что они действительно теряют почву под ногами, т. е. связь со своими ведущими эгрегорами, особенно (относительно) высокими, и вся их жизнь и деятельность получает профанированный смысл. До известной степени триумфом Большого Змея было распространение вульгарного фрейдизма, сводящего все движущие силы и проблемы человека к сексуальным, при недостаточной разработке самим Фрейдом концепции сублимации; и введение в конце его жизни дополнительного фундаментального инстинкта смерти (в нашей терминологии — фигуры серого) не смогло вывести фрейдизм из-под власти Гагтунгра — читатель, конечно, понимает, почему.

Какой же эволюционный работник не любит быстрой езды, да еще в хорошую погоду, под ярким солнцем и по твердой земле? Не все, однако, коту масленица, случается и великий пост. Откуда ни возьмись, появляется хмарь, из неба вместо благодати начинает капать мелкий холодный дождик, а дорога непостижимо быстро раскисает и превращается в хлюпающее болото. Каждый шаг дается с огромным трудом, а тяжесть на плечах возрастает, кажется, втрое. Великое Уныние правит человеком, и главная его цель — стать Великим Отчаянием. Так манифестирует себя инвольтированный серый, и для человека, привыкшего жить в сильном энергетическом потоке, со счастливым ощущением смысла жизни своей и власти над миром, подобные состояния, когда то и другое теряются по-видимому навсегда, чрезвычайно тягостны. Основная цель серого заключается в том, чтобы съесть всю энергию человека, а в случае, когда у него есть устойчивые энергетические каналы — замкнуть их на себя. Это получается само собой, как только человек начинает волевым образом бороться с серым, убеждая себя словами или делами, что не все потеряно, болото можно высушить, тучи разогнать и т. д. Но дело в том, что это болото не простое, а заколдованное и бездонное, великое порождение Урпарпа — оно может поглотить любое количество энергии, не изменившись никак и не выдав во внешний мир никакой реакции, а серые тучи над головой человека — испытание его терпения, точнее, бескорыстности его служения высокому эгрегору, который только и может их разогнать. Поэтому любой волевой и силовой протест в этой ситуации ведет только к ее ухудшению и уменьшению личной энергии человека.

Большой серый, появляясь, буквально валит человека с ног, поскольку полностью лишает жизнь смысла и красок — остается одна лишь тяжелая и монотонная работа, непонятно, во имя чего, ибо идеалы потускнели, цели недостижимы (сил очевидно не хватит), и остается только чувство долга, но и сам этот долг быстро теряет смысл — для чего и для кого нужно все происходящее, совершенно непонятно. Важное качество крупного серого это умение создать человеку иллюзию, что так, как обстоит дело сейчас, будет всегда — если не хуже, и прорваться через такую иллюзию необычайно трудно.

Знаки и тихий внутренний голос говорят, что происходящее временно, и его царствие — обман, но уж слишком оно реально и всевластно… человеку, воспитанному в доверии к "объективной" реальности, трудно поверить в чудо, а тем более, в грядущее чудо.

Если серый съедает человека целиком, вместе со всеми его каналами, получается тихий депрессивный пессимист, который еле-еле находит в себе силы просто влачить существование; часто такие люди становятся робкими неблагодарными вампирами; смотреть на них жалко, но чувствуется, что радикально помочь им невозможно, по крайней мере, пока они сами этого отчетливо не захотят, а последнее для них совершенно нетипично.

Очень интересную (издалека) картину представляет человек, съеденный серым и состоящий на марионеточной службе Серого Короля. Он сеет вокруг себя чувства безнадежности и бессмысленности существования и любой деятельности и при случае может довольно энергично вступить в спор с энтузиастом и весьма убедительно доказать ему, что все его идеи ложны, а проекты бессмысленны и обратятся в тлен в ближайшее время, оставив его самого без сил в роли выжатого лимона, сок которого выпьют разные гады, только и торжествующие в этом ужасном мире. Победив энтузиаста и превратив его в жалкое подобие человеческого существа, человек видимым образом оживляется и приобретает сытый вид, но упаси вас Бог сказать ему это — безнаказанным вы не уйдете.

Марионетки Серого Короля активны и прилипчивы, и правильная защита от них — дело очень непростое; в какой-то мере эта тема раскрывается ниже.

Борьба с личными тонкими фигурами косвенно отличается от борьбы с крупными тонкими фигурами, прямо инвольтированными Королевской семеркой; во втором случае человек вступает в сражение уже не только с самим собой, но и с низшими программами общества в целом, т. е. собственно с Королевской семеркой и, в конечном счете, с Гагтунгром. Правда, в этой ситуации ему отчасти помогает ведущий человека высокий эгрегор и возросшая личная энергетика, но все же главную роль играет его сознание, т. е. уровень понимания происходящего. Если человек, как говорится, подготовлен, и его эволюционное развитие шло постепенно и не оставило пропусков, то никаких специальных методов борьбы с тонкой семеркой, кроме ее игнорирования, ему не нужно; его канал в высокий эгрегор устойчив, вера непоколебима, и эгрегор сам в нужный момент сократит инвольтацию тонкой семерки Гагтунгром до необходимых размеров. Реально, однако, эволюционное развитие идет скачками, в результате чего уровень устойчивости канала связи с высоким эгрегором невелик, а сила власти над человеком крупных тонких фигур оказывается значительной, и они порой сдвигают точку сборки человека с позиции высокого служения. Это, однако, еще вовсе не означает победы Гагтунгра, и при правильном поведении (внешнем и внутреннем) человек часто в состоянии вернуть точку сборки в исходное положение и восстановить устойчивую связь со своим высоким эгрегором. Некоторые приемы борьбы с крупными тонкими фигурами представлены ниже; разумеется, это неполный перечень; его цель — дать импульс для дальнейших изысканий читателя.

Борьбу с тонкими фигурами нельзя вести, полностью воспринимая их всерьез как полноценных врагов, способных уничтожить человека; но в то же время к ним нельзя относиться легкомысленно и считать, что победа может быть одержана легко; на самом деле все враждебные тонкие сущности если не порождены, то сцеплены с определенными низкими программами подсознания человека, и для победы (кстати говоря, всегда временной) над ними обязательна внутренняя, а иногда и внешняя жертва со стороны человека, который навсегда прощается с некоторой низшей, но очень своей частью "я".

Далее, борьбу с тонкими фигурами никогда нельзя вести прямо, так как это означает сдвиг точки сборки в их область, где они всегда сильнее. Самое правильное отношение к ним как к досадным помехам, несколько замедляющим основное движение человека; если помехи возрастают выше определенного уровня, необходимы меры по их устранению, но движение вперед в это время остается основным занятием человека, хотя, естественно, может замедлиться. Итак, на тонкую семерку следует внимательно смотреть боковым зрением и бороться с ней всегда косвенными методами.