Возврату не подлежит
Шрифт:
— Срамота! — постановила из своего угла баба Клава. Впрочем, без какого-либо осуждения, просто предлагая подходящее для нейминга слово.
— Отец, это мой тебе подарок, — Степан наконец-то просветил публику относительно того, что происходит. — Помню, ты рассказывал, что у тебя не было традиционной предсвадебной вечеринки в кругу друзей со всеми обязательными для неё атрибутами.
Надо отдать «зайке» должное — она нисколько не растерялась из-за противоречивого приёма и профессионально исполнила свою роль: первым делом послала игривый воздушный поцелуй нанимателю, а затем изобразила соблазнительный, однако в пределах разумного, с поправкой на возраст некоторых зрителей танец, в конце которого произнесла: «Пу-пу-пи-ду» — и растаяла. Всё-таки хорошо, что это была всего лишь голограмма.
Под конец выступления Варя незаметно подкралась к увлёкшемуся зрелищем Степану и отвесила брату смачный подзатыльник.
— А где тогда мой подарок, Стёпушка? — с лукавой улыбкой спросила мама.
— Вот, — сын поднял откуда-то с пола коробку с кактусом.
Варвара закатила глаза.
— Так дело не пойдёт, — покачала головой мама. — Я тоже хочу представление. Вот и представляю вам своего будущего сына. По крайней мере, Снежа, я очень на это надеюсь. Кайл, выходи!
Само собой, сначала я подумала, что ослышалась, потом, что происходящее мне мерещится, ведь на сцену действительно вышел Кайл, от вида которого женская половина зала очарованно ахнула, а мужская ревниво крякнула. Я же стояла и глазам своим не верила, пока язва Руслан не спросил:
— Так это и есть твой киборг?
Вот тогда я сорвалась с места и бросилась навстречу своему любимому клубничному вору.
Глава 17
Когда мама едва ли не на сутки заперла меня в салоне красоты, а потом заставила обрядиться в алое шелковое платье на тонких бретелях, со смелым декольте, я подозревала, что предстоит очередное свидание вслепую с очередным «чудесным» сыном одной из маминых подруг, однако реальность превзошла ожидание в бесчисленное количество раз.
Я смотрела на Кайла и никак не могла насмотреться. Как он здесь появился? И когда успел познакомиться с родителями?
А потом я испугалась до дрожи в коленях, вообразив, что мне всего лишь снится сон накануне семейного торжества. И всё это: Степан и кактус, «зайка» и торт, Егор и Вика, Кайл и я — глюки моего мучительно скучающего по возлюбленному подсознания.
— В чём дело? — встревожился киборг, почуяв неладное, и его объятия стали ещё крепче.
Мы обнимались посреди зала, посреди моей многочисленной родни, забыв обо всём и обо всех.
— Это правда ты? — тихо спросила я, сглатывая мигом образовавшийся в горле солёный ком.
— Не думал, что стрижка сделает меня настолько неузнаваемым, — улыбнулся Кайл.
Он действительно подстригся и, как по мне, стал ещё красивее. В стильном деловом костюме, с модной причёской он выглядел совсем как человек. Обычный красивый парень. Вернее, необычный, поскольку слишком красивый.
— Котятки, идите целуйтесь где-нибудь в укромном месте, — раздался откуда-то сбоку ласковый голос Вари.
— Там занято, — не глядя на сестру, ответила я. — Егором и Викой.
— О! Новый сериальчик подъехал, — прокомментировал происходящее Олег.
Я уткнулась лицом в плечо Кайла, наплевав на макияж (впрочем, он был достаточно стойким, чтобы выдержать даже слёзы) и подумала, что мои родственники — настоящие психи. Самые лучшие на свете…
Потом мы сидели за общим столом. Все глазели на сцену, а я на Кайла. Глеб старался на нас не смотреть, но у него это плохо получалось. Во взгляде брата смешались беспокойство из-за присутствия киборга и удовлетворение от вида моей счастливой моськи.
Вернулись Егор и Вика, настолько довольные друг другом, что поначалу даже не заметили прибавления в семействе.
Легенда Кайла был такова: мы познакомились незадолго до моего отъезда на Криос-4, какое-то время переписывалась (кстати, это была самая слабая часть сей занимательной истории), потом Кайл не выдержал и приехал в гости, а тут пираты (о пиратах всё-таки пришлось рассказать), прыжок на «Скалу», откуда Глеб прогнал Кайла взашей, вообразив себе всякое.
На этом месте брат чем-то подавился (очевидно возмущением из-за дерзкого поклёпа) и закашлялся. Оля заботливо постучала его по спине одной рукой. Второй она придерживала сидящего на коленях внука.
Дальше у Кайла появились неотложные дела, после которых он решил устроить мне сюрприз и заодно помириться, ведь я тоже, оказывается, за что-то на него обиделась. В отличие от Глеба меня данная сказка ничуть не покоробила, и я продолжила смотреть на Кайла влюблённым взглядом.
— Как романтично, — под конец рассказа вздохнула Марина.
— Горько! — по видеосвязи потребовал Олег.
— Давайте танцевать, — предложила Вика.
Первая пустилась в пляс баба Клава. Поэтому пришлось подождать, пока она выдохнется под хиты своей юности, чтобы наконец-то заказать медленный танец.
— Ты умеешь? — тихо спросила я Кайла, когда мы вышли на танцпол.
— Это просто. Стандартные движения: шаг вперёд, шаг в сторону, поворот. Вариативность невысокая.
Я улыбнулась, протягивая ему руку.
— Иди сюда, теоретик.
Кайл с нежностью сжал мою ладонь, обнял за талию, и мы начали медленно вальсировать. Вокруг кружились другие пары: мама с папой, Егор с Викой, Марина с видеофоном, по которому увлечённо общалась с Олегом.
— Кайл, — позвала я.
— Да?
— Ты, оказывается, тот ещё сказочник.
Он сразу понял, о чём речь, не стал уточнять, почему я так странно его назвала.
— Я долго думал, стоит ли возвращаться, — вдруг тихо признался киборг.
— Думал? — возмутилась и одновременно испугалась я. — Так ты ещё и сомневался? Может, ты вовсе не хотел возвращаться? Почувствовал себя обязанным из-за… из-за… из-за «Кошмарика»? Кстати, что с ним?
От волнения моё сердце забилось часто-часто, щёки полыхнули румянцем, на глазах выступили предатели-слёзы.
Влюблённая дурочка! Вообразила себе, что он вернулся ради тебя, а на самом деле… Как там на самом деле, даже знать не хочу!
— Снежа, — Кайл впервые с момента появления назвал меня по имени, и это прозвучало так ласково, так трогательно, что у меня дыхание перехватило, а по телу побежали мурашки. Киборг, само собой, это заметил и сбился с правильного тона — вместо того, чтобы продолжать нежничать, деловито поинтересовался: — Ты замёрзла?
— Нет.
Он помолчал, то ли анализируя правдивость моего ответа, то ли по новой настраиваясь на откровенный разговор. Я в глаза ему не смотрела, любовалась подбородком.