Чтение онлайн

Но задавать вопрос о природе его происхождения я не решилась, потому что не хочу снова слышать его «голос» в голове, а потом помереть от инсульта. Покосилась на НЕГО со страхом. А он, словно почуял и поднял голову, а до этого всё так же смиренно сидел на полу, окутав мои ноги.

Ждёт…

Ноги согрелись, мне вообще стало намного легче, словно пропила курс витаминов, и пару недель на море провела, даже голову отпустило, и в ушах звон стих.

— Спасибо большое, мне легче, оденусь сама, — намекнула, чтобы оставил моё чистое бельё в покое, а то уже видимо решил, что я совершенно обессиленная и не в состоянии платье на себя натянуть.

Отошёл в тень у большой каменной печи, но не исчез.

«Не было у бабы забот, завела себе порося!» — подумалось, но вслух не сказала, он, должно быть, читает мои мысли. Поспешно оделась в новое, очень простое платье, просушила волосы полотенцем и заплела косу. Возвращаться в столицу только завтра утром, так сказала настоятельница, а сейчас я обычная послушница, какая отбыла своё какое-то наказание или аскезу. Потому плотно завязываю большой белый платок на голове, как это делает Мария, на белое платье накидываю бесформенное, серое платье-рубаху и выхожу из бани во двор.

У меня есть чёткие инструкции от настоятельницы.

Ни с кем не общаясь, я должна быстро поужинать, лечь спать в сухой, чистой келье, а утром уехать. И вот именно это меня больше всего напрягает и пугает. Не хочу возвращаться домой. И ещё меньше хочу попасть на приём к инквизитору.

Зато очень хочется высказать призраку свои претензии, за все проделки. Как вообще получилось, что Настя свалилась с лестницы? Почему этот недомуж со мной так ужасно обращался: запер, почти не кормил, привёл какого-то алкаша лекаря, чтобы тот сделал заключение о моей одержимости. Он и сделал, когда ему в лоб прилетел ботинок, это был первый акт магического вандализма, какой удосужилась пережить я, были ли подобные происшествия при жизни Насти, не знаю. Это уже не так важно. Важнее понять цели моего огромного проклятья.

Почему призрак действует хаотично, совершенно непродуманно и опасно? Из-за ЕГО «шалостей» я угодила в каменный мешок и просидела целую неделю в ужасных условиях. Даже притопнула ножкой от злости. Ощущение, что не его ко мне приставили, а меня к нему, к самому безбашенному и непоследовательному призраку на свете.

Остановилась, подняла голову и смотрю на облака, только чтобы успокоиться, в таком состоянии зайду в келью, и тогда уж точно не успокоюсь до утра.

Кучевые, красивые, сияющие облака больше похожи на огромный сказочный город фей. Хотелось бы туда попасть, а не это всё…

И так живо представилось, что меня окружает прохлада, свежесть и свобода, что я на всё происходящие вдруг смогла посмотреть сверху, просто посмотреть на себя маленькую, стоящую на территории храмового комплекса, и задравшую голову вверх.

Неожиданно получилось увидеть ситуацию со стороны.

Разбитые стакан, часы, башмак в голову пьяного лекаря — это всё для того, чтобы я попала сюда и осталась. Да, не самые комфортные условия, но зато в безопасности.

И в камере я просидела дольше чем нужно, тоже по собственной вине, потому что просто сидела и чего-то ждала, а надо было наладить настоящий контакт с НИМ.

Как, интересно его зовут?

Молчит…

Внезапно загудел колокол, оповещая сбор на вечерний молебен, и я вдруг ощутила, как моему телохранителю дискомфортно. Звук входит с ним в резонанс. Призрак начал звенеть, и моя голова присоединилась…

— Ой, уйди, можешь уйти? Скорее!

ОН исчез, провалился под землю, и головная боль утихла.

— Это я теперь с ним всегда вот так буду маяться, странно, что меня от святой земли не трясёт.

Ворчу себе под нос и иду куда должна — в трапезную, теперь мне никто не обязан прислуживать.

На широком, длинном столе в углу выставлены закрытые деревянными крышками едва тёплые чугунки и крынки с холодными закусками. Осмотрела весь ассортимент «шведского стола» и принялась собирать свою порцию. Из самого большого чугунка достала три небольшие ярко-жёлтые разваренные картошины, растолкла их деревянной ложкой в плошке, сверху ложку крутых сливок, зелень, типичную для простого стола: укроп, петрушку. Варёный горох, варёную морковь из других уже остывших чугунков и малосольный огурец из широкой миски. Считай, постный оливье получился. Вполне приятный ужин, жаль без яйца…

Стоило подумать, как из кухни ко мне медленно прилетело варёное яйцо, явно рассчитанное на завтрак, но я не отказалась. Полезный, однако призрак у меня в услужении.

Несколько минут «колдовства» и в тарелке появился тот самый бабушкин «Оливье» со сметаной, какой я любила больше всего, про докторскую колбасу даже не заикнулась, а то с ЭТОГО станется, найдёт какого-то лекаря-доктора и сделает из него мясосодержащий продукт, готовый к употреблению. Бр-р-р.

Пока колокола молчат, и в трапезной никого, быстренько начинаю есть, и всё же задаю ЕМУ вопрос, какой вдруг показался самым важным:

— Постарайся говорить тише, но ответь, почему ты выбрал меня? Почему не можешь от меня отстать? У нас какая-то связь?

Помнится, муж говорил, что у Насти есть брат, и от него из далёкого гарнизона уже третий год нет вестей. Может быть, это он?

Жду ответа…

А он тянет…

— Отвечай, это приказ!

«Я призван тебя убить…»

Глава 6

Отъезд

Из-за откровений призрака я долго не могла уснуть. Даже чистая, сухая постель не соблазнила на отдых, в голове крутятся неприятные мысли о НЁМ и том, как бы от него избавиться, не привлекая внимания санитаров, общественности и инквизитора.

Лучше бы я думала о том, как вернуться в дом, где завелись две крысы, каких просто так наскоком не возьмёшь и не прогонишь?

Даже не знаю, что хуже муж в паре с Еленой или призрак с его необузданностью? Возникло ужасное противоречие, классическая щель между желаниями и возможностями, в какую уходит вся жизненная сила. Желаний много — возможностей нет совсем.

С одной стороны, мне реально страшно вернуться в «семейное гнёздышко», с другой стороны, иных безопасных вариантов-то и нет, как и нет возможности обрести настоящую свободу. Развода нет, и Андрей Антонович имеет все права оставаться, пока я не придумаю законный способ с ним разойтись, причём так, чтобы не потерять даже часть Настиного наследства. Но Елена должна уехать незамедлительно. Однако её выгнать — такая же непосильная задача, как и мужа.

Вспоминаю, как она, виртуозно владея газлайтингом, «клевала» мозг Насте. Причём по каждой мелочи и с явно гипертрофированной заботой, специально, чтобы отбить у девушки элементарные навыки самосохранения. Не иначе, она инициатор всех моих нынешних злоключений.

Возможно, что она и натравила на меня призрачного товарища, что сейчас сидит на моей постели и о чём-то размышляет. По какой такой нелепой случайности невидимый киллер, вдруг стал моим телохранителем? Вроде он на моей стороне, но постоянно всё портит. Почему у него случаются вспышки гнева, какие потом мне же так дорого обходятся, именно из-за этих спецэффектов я и оказалась запертой.