Чтение онлайн

Сколько бы не старались вампиры контролировать всех в этом возрасте, почему-то обязательно периодически появляется та девица, о ком они не знали, или почему-то ее семья не спрятала свою дочь в эту ночь, чтобы уберечь от проклятья. К сожалению, также существуют и вампиры обращенные, чаще всего среди них и появляются проклятые, ведь обращенные часто врут о возрасте и совершенно не обращают на те, предупреждения, которые им делают истинные вампиры. В этом возрасте вампиры вообще сложно управляемы, так как проходят первый виток увеличения силы, и многим это сносит голову.

Кульминация проклятья наступает в течение тринадцати дней после зимнего солнцестояния. Вампир теряет контроль над своей сущностью, его плоть начинает гнить, а разум погружается в пучину безумия, и он начинает есть самого себя. Единственный выход - исчезнуть до наступления полного распада, раствориться в небытии, оставив после себя лишь горстку пепла, воспоминания о былом величии.

Этот ритуал, совершенный невинными, запускает древний механизм, связанный с балансом сил между миром живых и мертвых. Жертвами становятся вампиры, достигшие возраста, когда их превращение под действием проклятия начинает угрожать этому хрупкому равновесию.»

Так же сбоку текста была приписка - уже другим почерком и, судя по всему, карандашом:

«Кровь… все всегда возвращается к крови. Наследие, сила, слабость – все переплетено в этом багряном потоке, передающемся из поколения в поколение. Но проклятие? Это уже искажение, злонамеренное влияние, ложащееся тяжким бременем на нить родословной. Кровные узы – священны, и вмешиваться в их течение, плести вокруг них чары – опасно. Но если проклятие уже наложено, можно ли его снять? Или это вечный приговор, который будут нести потомки?

В глубине души я верю, что любую тьму можно рассеять светом. Но проклятие крови требует особого подхода. Это работа, требующая не только силы, но и мудрости, и понимания истории семьи, пораженной этим недугом. А главное – согласия всех ее членов, ведь только всем вместе можно разорвать оковы прошлого.»

– Так, а как они все это время лечили тех, кто был подвержен проклятью? – что-то рецепта я не увидела и спросила Гошу, который после моих слов так же уставился в книгу.

– Вопрос, конечно, интересный... Видимо в других книгах, давай искать, но эту книгу пока оставь, - тяжело вздохнув, я согласилась с Гошей и присоединилась к нему.

Поиски по книгам рецепта зелья или заклинания, что разрушит проклятье, продвигались медленно. Каждая пыльная страница, каждый пожелтевший манускрипт требовали пристального внимания. Старые бестиарии с изображениями различных существ, трактаты по алхимии, исписанные сложными символами, сборники народных заклинаний – все рассматривалось нами с надеждой, но чаще всего – с разочарованием.

Особенно интересными оказались записи ведьм прошлых веков. Их рецепты, хоть и написанные порой небрежно и туманно, обещали силу, способную противостоять самым темным чарам. Но многие ингредиенты, упоминаемые в этих текстах, давно исчезли с лица земли или требовали немыслимых условий для добычи, на которые сейчас точно не было времени.

Тем не менее, мельчайшая зацепка, намек на нужную комбинацию вдохновляли на новые раскопки в библиотечных лабиринтах. Ведь где-то здесь, среди этих бесконечных томов, скрывался ключ к спасению, рецепт, способный обратить проклятие в сон хоть на время.

– Это невыносимо! не может такая вещь прятаться где-то далеко! – ворчала я, листая очередную книгу – Нам явно нужен каталог, в котором будет все указано.

– Согласен, каждый раз перебирать все эти книги в поисках нужного средства - невозможно. А почему ты думаешь - оно должно быть под рукой? – спросил змей.

– Ну сам подумай: оно требуется каждые тринадцать лет, значит рецепт должен быть всегда под рукой, - хотя может я не права, и моя предшественница просто помнила его наизусть, а зелье где-то тут прячется.

– А давай-ка попробуем посмотреть не тут, а спустимся в лабораторию? – подкинул правильную мысль Гоша.

– В любом случае пойдем - мне нужно размять ноги и мозг, - и мы пошли, зайдя по пути на кухню за очередным кофе.

Глава 19

Поиск книги с заклинанием в лаборатории, среди различных пузырьков с ингредиентами и зелий с инструментами, был похож на археологические раскопки в хаосе. Стеклянные колбы мерцали призрачным светом, отбрасывая причудливые тени на стены, увешанные связками сушеных трав, амулетами и непонятными артефактами: засушенными лапками неведомых существ, перьями переливающихся цветов, странными кристаллами. В воздухе витал густой запах серы, лаванды и чего-то неописуемо жуткого.

Я перебирала пожелтевшие пергаменты, сваленные в кучу на столе, сдвигала в сторону мензурки, наполненные переливающимися жидкостями. Каждый шорох страниц, каждый стук стеклянной пробки отдавался эхом в тишине лаборатории, заставляя сердце биться чаще. Казалось, сама комната хранила тайны, неохотно уступая их.

Наконец, под грудой старых алхимических трактатов, я наткнулась на книгу, обтянутую потрескавшейся кожей, с тускло мерцающим серебряным замком. Это была она. Заветный мини-гримуар, в котором, как я надеялась, содержалось нужное заклинание. Теперь оставалось только найти способ открыть этот проклятый замок.

– Опять, небось, кровью поить надо? – посмотрела я на Гошу - так не хотелось вновь резать пальцы.

– Ну не два же ведра надо, а всего пару капель, что ты так переживаешь? – видимо он абсолютно не понял, что мне не понравилось.

– Даже чтобы добыть пару капель, нужно надрезать палец, это, между прочим, неприятно, - недовольно пробурчала я.

Но делать нечего, мне нужно было заклинание, так как время близилось к двадцати трем часам сорока семи минутам, а значит - скоро оно могло понадобиться. Я торопилась все сделать заранее на случай, если понадобиться длительное время для изготовления снадобья. Найдя скальпель, обеззаразила его спиртом, бутыль которого стояла тут в углу и явно была для вина, а не для спирта - объёмом литров восемнадцать, не меньше. Вначале, когда я откупорила сие чудо с нарисованной на нем формулой спирта, подумала – написана она, видимо, из соображений черного юмора или на случай большой и длительной вечеринки, когда здравый смысл потеряет все границы. Прикинув, что за одной такой бутылью стояло, как оказалось, еще пять, я призадумалась - это зачем столько?

– Гош, как думаешь - зачем столько спирта? Сомневаюсь, что даже при всем бессмертии Ингвара, он сможет столько выпить, - сказав это, я заткнула бутыль.

– Вопрос, конечно, интересный, но проверять пока на собственном опыте я не готов, - отрицательно покачав головой и отодвинувшись, ответил змей.

– Что, печень жалко?
– я скальпелем надрезала первую фалангу указательного пальца и смазала выступившими каплями крови маленький серебряный замочек.

Кровь мгновенно впиталась, оставляя багровый отпечаток, похожий на раскрывшийся бутон неведомого цветка. Гримуар задрожал в руках, словно живое существо, и тонкая струйка дыма потянулась вверх, заполняя воздух запахом старой бумаги, ладана и чего-то неуловимо зловещего и явно сдохшего еще несколько веков назад, судя по запаху.

Дымка сгустилась, скрывая обложку, и затем медленно рассеялась, являя взгляду распахнувшиеся страницы. Книга будто сама собой нашла нужный раздел. Черные, замысловатые символы плясали в призрачном свете, исходящем от страниц. Воздух вокруг наэлектризовался, слышался слабый, но отчетливый треск.

На первой странице, залитой призрачным сиянием, проявился сложный рисунок, изображающий переплетенные корни дерева, уходящие глубоко в землю. Над ними возвышалась одинокая, искривленная луна. Внизу, под рисунком, виднелись слова, написанные незнакомым, древним языком, который, однако, странным образом отзывался в моем сознании.