Чтение онлайн

Узнав отпечатки Колонеля и отзываясь на прикосновение его руки, боковая панель арки, наконец, звонко пискнула и отщёлкнулась. В следующий момент мужчина уже пятился обратно в гостиную, сжимая во взмокших ладонях тяжёлую чёрную беретту и держа тварь на мушке.

– Не двигайся с места, урод, ты понял меня? – хрипло каркнул он, снимая оружие с предохранителя. Колонель отчего-то был уверен, что чудовище понимает человеческую речь.

А если это всё ему мерещится? Какой-нибудь приступ… яд… биологическое оружие… мало ли у него врагов. Если он сейчас начнёт стрелять в собственном доме – пустом доме, пустом! – и это станет известно сослуживцам… его же разжалуют…

– Не переживай так, приятель, – донёсся до него глухой гортанный голос из гостиной. – Этот лопоухий ничего тебе не сделает, если ты будешь хорошо себя вести. Верно я говорю, Вельз?

…ЭТИХ было двое. Один, покрытый тёмной короткой шерстью, больше всего походил на гориллу, вот только голова его на толстой бычьей шее будто бы принадлежала то ли волку-переростку, то ли вовсе медведю. Волк-горилла, расслабленно откинувшись на отделанную бронзой спинку, вытянув вперёд скрещённые ноги с гигантскими, как у йети, мохнатыми ступнями и закинув за голову чёрные мускулистые руки, развалился в кожаном кресле посреди гостиной, в котором четверть часа назад сидел сам Колонель. Второе существо, напоминавшее огромного ящера с тусклой серебристой чешуёй, вытянулось на банкетке напротив и рассеянно постукивало короткими блестящими загнутыми когтями по витому ореховому подлокотнику.

– У тебя симпатичный домик, – сказал полуволк. – Знаешь, всегда задавался вопросом, откуда у людей берётся такое количество денег?

Появившееся из столовой громадное существо с крысиной мордой прошлось взад-вперёд по комнате, шумно шаркая тяжёлыми тумбами-лапами по паркетному полу, подёргивая перепончатыми ушами и распространяя вокруг себя запах падали, и наконец встало за спиной у волчеголового и начало с хлюпаньем облизывать чёрным языком широкие как лопаты ладони, не отрывая от Колонеля жёлтых светящихся дыр-глаз.

– Кто вы такие, чёрт побери? – прохрипел Колонель, выставляя перед собой пистолет.

«Как эти… кто бы они ни были… вообще попали сюда? Мимо охраны, мимо сигнализации, мимо камер слежения и радаров периферийного контроля?»

– А ничего нервишки, – заметил волчеголовый с оттенком уважения. – Ну, строго говоря, наша задача заключалась просто в том, чтобы сообщить тебе, что наша раса в принципе существует на этом свете. Вроде бы я ничего не забыл? – он повернулся к ящеру.

Тот подцепил длинной гибкой лапой недопитый коньячный бокал, брезгливо понюхал его и снова отставил на барный столик.

– Вроде ничего не забыл, – подтвердил он. – Просто заглянуть на огонёк и немного пообщаться. Как думаешь, мы справились?

Позади Колонеля раздалось глухое натужное кряхтение, а потом в коридоре с грохотом обрушилось на пол что-то стеклянное, и из-за дверной арки показалось мохнатое обезьяноголовое туловище на длинных паучьих лапах – то самое существо, которое он только что запирал там, внизу, на минус первом этаже…

– Убеж-жать хотел, человечек? – жуткая полуобезьяна приоткрыла громадную пасть, из которой хлопьями вылетала мыльная пена, и, резво перебирая многосуставчатыми лапами, поползла к Колонелю.

«…самое время проснуться…»

Мужчина застыл как вкопанный, не спуская с твари глаз; палец болезненно свело на спусковом крючке, и в следующий же миг раздался оглушительный звук выстрела.

Пахнуло гарью; отдача прошибла мучительной болью напряжённый локоть. Существо с паучьими лапами резво отскочило в сторону, перемахнув через банкетку и опрокидывая стоящий напротив барный столик – по полу со звоном покатились опрокинутые бутылки, – и в тот же момент лежащий на банкетке ящер неразборчиво зашипел и сел, держась лапой за жилистое плечо.

– Вот же ты с-сволочь, – он повернул к Колонелю вытянутую морду, на миг выпуская из пасти тонкий раздвоенный розовый язык. – Больно, между прочим…

Мужчине показалось, что лицо ему при этих словах обдало волной мгновенного жара, как от печной заслонки, и он невольно прикрыл глаза свободной рукой, шарахаясь назад.

– Он сражаться хочет. Хе-хе, – перепончатоухая тварь, всё ещё переминавшаяся с ноги на ногу за спинкой кресла, на котором сидел жуткий полуволк, оскалила мерзкую чешуйчатую пасть.

– Не стоило этого делать, приятель, – заметил полуволк, бросив на Колонеля короткий взгляд. – Очень не советую. Неужели ты и впрямь считаешь, что эта пукалка тебе поможет?

– Я вам всем сейчас мозги повышибаю, – трясущимся голосом пообещал Колонель, по широкой дуге отступая спиной к окну и не выпуская из рук пистолет. Ещё два шага, и он сможет выбраться на террасу и…

«…чтобы бежать, надо будет поворачиваться к ЭТИМ спиной…»

Полуволк неодобрительно покачал головой.

– Как бы ему так покорректнее объяснить, что не стоит разговаривать с тули-па в подобном тоне, а, Аспид?

Ящер на секунду задумался, а потом вдруг скрестил лапы на чешуйчатой груди, на которой проступал узор из серых поперечных полосок.

Колонель почувствовал, как вокруг его локтей обвивается что-то тонкое, скользкое, липкое и, несомненно, живое. Всё сильнее поддаваясь панике, он изо всех сил рванулся прочь, непроизвольно поднимая взгляд к потолку – и увидел, как из-под решётки отделанного зеркальной плиткой кондиционера ползут, извиваясь, длинные, тонкие, ветвящиеся тёмно-зелёные побеги, похожие на трепещущие змеиные хвосты. Побегов становилось всё больше и больше; удлиняясь и утолщаясь, пульсирующие склизкие ленты обвились вокруг его туловища и лодыжек, молниеносно скрутили руки за спиной… а потом тяжёлая жаккардовая штора позади Колонеля зашипела, как разъярённая кошка, раздулась парусом, удлиняясь и меняя форму, и начала… обматывать ему шею…

Онемев от ужаса, Колонель задёргался как сумасшедший, глубоко и шумно дыша, но удерживающие его путы от этого, казалось, сделались только туже.

«Это всё бред, – отчаянно сказал он себе. – Такого не бывает. Это всё иллюзии, миражи, фантомы… Сейчас я просто закрою глаза, а потом снова их открою и…»

Тварь на паучьих лапах мерзко захихикала, подбежав к нему вплотную, и облизнулась. В ноздри вновь ударил резкий запах протухшей рыбы, к горлу подкатила непреодолимая тошнота.

– Теперь ты позволишь мне забрать его гла-а-азки, да? Ну хотя бы оди-ин?

Тонкая лапа с длинными спицами пальцев-когтей дотронулась до его щеки. Колонель отчётливо разглядел, что на кончиках этих когтей блестит скользкая, словно рыбья слизь, белёсая пленка. За грудиной мужчины что-то отчаянно сжалось, отдав пронзительной болью под левую лопатку; рот свело непроизвольной гримасой.

– Прекрати, Берон, – полуволк махнул лапой, совершенно человеческим движением закидывая ногу на ногу. – Абсолютно необязательно начинать знакомство с насилия. Я, например, всегда за конструктивный диалог.