Чтение онлайн

— Начали, — пробормотал Беда и достал оружие. — Давно не работали вместе, старик.

Оружие не ответило. Это лёгкий, но убойный пистолет модели Керанос М2, самый популярный среди оперативников проекта «Элизиум». Компактный и изящный игломёт без наружных подвижных частей и с нарисованным на рукояти значком виде песочных часов — эмблемы корпорации Renascentur. Вместо пуль пистолет выпускает миниатюрные иглы, пусть и всего на десяток шагов, зато, несущиеся с очень высокой скоростью и пробивающие на своём пути всё, кроме брони, а затем сгорающие без следа.

Беда, пригнувшись, добрался до серого забора из синтетических плит и проверил одну из огромных дыр. Никаких следящих лучей, молекулярных нитей, даже простой проволоки с колокольчиками, будто эту дыру никто не собирается охранять. Может быть, они и не верят, что кому-то будет дело до их базы.

За забором стояло небольшое, наполовину деревянное, наполовину каменное, здание со сломанной крышей. Виктор подкрался поближе, вытянул из рукава щуп с микрокамерой на конце и поднял к разбитому окну. Трое, вооружены автоматами настолько древними, какие делали ещё на Старой Земле до выхода в космос, играют в карты. Неизвестно, будут ли музейные экспонаты стрелять, но лучше не проверять на себе.

— Ссать хочется! — пожаловался один из троицы, мужик максимально тупого вида с торчащими зубами и в ублюдочной зелёной вязаной шапочке. — Я быстро! Карты только не смотрите.

— Да ты уже достал, ссыкун, — пробурчал другой. — Я же тебе говорил столько не пить.

— Да я быстро, — гнусавый голос напоминает выговор фермеров с Гиеса.

Мужик в зелёной шапке выскочил на улицу, расстёгивая штаны по пути, а оставшиеся тут же заглянули ему в карты.

— Он обречён, — сказал один.

— Ленни — зассыха, — добавил другой и оба засмеялись.

Виктор отодвинулся и подкрался к углу дома, наблюдая за этим Ленни. Неплохо бы узнать, как здесь всё заведено.

Беда кинул камешек в кусты рядом со справляющим нужду боевиком Адвента. Ленни тут же подскочил, залив себе штаны, и сделал неумелое движение, ища автомат за спиной. Вот только оружие осталось в сторожке.

— Пароль! — дрожащим голосом выкрикнул Ленни.

Ответом ему был только затухающий ветер. Ленни выругался, застегнул штаны и вернулся в сторожку. Встречали его громогласным хохотом.

— Ленни себе штаны обоссал, — веселились охранники.

Деревенщина оправдывался, но Виктор не слушал. Он смотрел через камеру на щупе их маскировку. Никаких элементов брони и прочего, старая камуфляжная форма, в которой вполне могут разгуливать не только военные, но и охотники или рыболовы.

Бесформенный балахон Виктора, а если быть точнее, боевой маскировочный комплекс Персей модели 4, начал обретать форму куртки одного из боевиков. Рукава стянулись, поверхность тоже менялись от скользкого дождевика к плотной шершавой ткани. Цвет с неопределённого коричневого стал грязно-серо-зелёным, как у боевиков внутри. Появились псевдопуговицы, не металлические, а просто тканевые, но если не щупать, то разницу не узнать. Нет только головного убор, он давным-давно пришёл в негодность и Беда его выбросил. Жаль, пригодился бы, с тем капюшоном можно было маскировать лицо.

Внутри раздался очередной взрыв хохота.

— Раз проиграл, то и иди патрулировать, — заявил один из охранников. — А мы тут подождём.

— Да вы жульничаете!

— Иди уже!

Обиженный на весь свет Ленни вышел наружу, надвинув зелёную шапку на глаза. На сей раз боевик взял винтовку и рацию. Виктор не стал ждать, а двинулся следом. Подошвы ботинок, входящих в маскировочный комплекс Персей, стали мягче, так что не один камешек не зашуршал при ходьбе.

Ленни дошёл до канавы, прорытой вдоль периметра, обречённо зевнул и чуть не вскрикнул, увидев Виктора за своей спиной.

— Пароль! — рявкнул Беда.

— Себастьян! — тут же отозвался деревенщина.

Виктор демонстративно принюхался.

— Да мы не пили, — заныл Ленни.

— А он пил? — Беда посмотрел ему за плечо.

— Кто?

Ленни повернул голову, а Виктор взял его одной рукой за подбородок, другой за макушку, и помог повернуть шею ещё дальше, до отчётливого хруста позвонков. Тело безвольно упало, а Виктор разжился трофейной зелёной шапкой, рацией, винтовкой и фляжкой со спиртным, которой Ленни намеревался согреваться.

— Всё не выпивай, — посоветовал Виктор, ногой столкнул труп в канаву и залил тело сверху содержимым фляжки.

Подумают, что боевик упал туда спьяну и свернул шею. Даст пару минут форы, когда труп найдут, потому что прятать его совсем некогда.

— Ну что, старик, — сказал Беда сам себе. — Начинаем?

Главный корпус призывно моргал светом из некоторых окон. Хавьер Деметрес где-то внутри.

Впереди, стоя у какой-то полуразвалившейся беседки, курили два боевика в одинаковых разгрузочных жилетах и чёрных беретах. Можно их обойти через канаву, но она почти наполовину забита всяким мусором и жёлтыми листьями, бесшумно не получится. Придётся импровизировать и прорываться.

— Пароль! — потребовал один из них, увидев Виктора. Но автомат не вскинул.

— Себастьян.

— Амадей, — отозвался боевик и принюхался. — Вы там что, пьёте?

— Никак нет, — сказал Беда, громко икнул и продолжил говорить нараспев, копируя акцент фермеров Гиеса, как у покойного террориста Ленни. — Я те отвечаю, приятель, чтобы я, да пил на работе. Я вообще не пью, когда тут пить? Мы вон с моим стариком на ферме…

— Да хватит тараторить, долбанная деревенщина, — рявкнул второй боевик. — Ты кто вообще такой?

— Я Ленни, приятель.

— Я тебе не приятель, сраный ты укурок.

Террорист скрестил руки, убрав их подальше от автомата, а второй начал прикуривать очередную сигарету.

— Ты с Гиеса, что ли, прилетел, чучело во всратой шапке? Я же тебе видел, ты с поста…

— Ты чего здесь делаешь? — перебил его второй террорист, выдыхая едкий дым сигареты. — Патрулируешь, что ли? Маршруты в другой стороне.

— Да шапку новую ищу, — Виктор откашлялся и отмахнулся от дыма рукой. — А то ребята засмеяли, говорят, Ленни, ходить в такой шапке — это преступление против моды.

— И где ты её найдёшь? — охранник усмехнулся.

— Возьму твою.

Виктор выстрелил дважды. Первый рухнул навзничь, раскинув руки, второй свернулся клубком, но умер прежде, чем издал хоть какой-то звук.

Игломёт Виктора при стрельбе почти не производил шума, только лёгкое шипение, когда игла вылетала из ствола. Ник, ещё до того как повзрослел и стал намного серьёзнее, назвал бы это тихим пердежом, который кто-то пытается безуспешно скрыть. Игла, разгоняющаяся до очень высоких скоростей, наносила серьёзный и почти всегда летальный урон. Какой-нибудь полицейский эксперт, увидев тела и огромные раны, предположил бы, что стреляли как минимум из дигеринского Палача и потратил бы много времени, ища пули. Но их не было, иглы, разрывая плоть, бесследно сгорали.