Чтение онлайн

– Вот только чудес нам не хватало. – Дэви внимательно оглядела соседку по комнате. – Не похожа ты на Алису, если честно. Хотя бы потому, что она была маленькой девочкой, а не женщиной далеко за тридцать. Или за тридцать пять?

– Понятия не имею, – сдержанно отозвалась Алиса. – Да и какая разница? Ты видишь то, что видишь, но внутри всё может быть по-другому. – Она помолчала. – Знаешь, что я хорошо помню? Что всегда и везде ощущала себя чужой… ждала, что произойдет чудо, которое всё переменит и откроет дверь в удивительный мир, где я буду счастлива и любима. Глупые, наивные, детские мечты. – Неожиданно она рассмеялась: – А ты говоришь «далеко за тридцать»!

– Беру свои слова обратно, – усмехнулась Дэви. – Но, как бы то ни было, твои глупые мечты сбылись: чудо произошло, дверь открылась… вот только станем ли мы в этом мире своими – большой вопрос. Меня, к примеру, терзают смутные сомнения.

– А я, наоборот, чувствую себя как дома. – Алиса улеглась на спину, закинула руки за голову. – Странно, правда?

– Ничуть, – отозвалась Дэви. – Эйфория после глубокого наркоза – нормальное явление. – Она поднялась: – Где у тебя душевая? Жутко хочется вымыться и почистить зубы.

– Первая дверь справа, – подсказала Алиса. – Только у них тут подача воды ограничена, долго не плещись. А то на двоих не хватит.

Свет в маленьком помещении зажегся сам, едва дверь открылась. Одновременно заработали два вентилятора, и в лицо подуло прохладой.

– Пустыня, значит, – задумчиво протянула Дэви, оглядывая металлический поддон с пластиковыми шторками и какое-то подобие крана. – Ладно. Будем надеяться, насчет войны она тоже немного сгустила краски.

– Мне кажется, с ними будут проблемы, – вздохнула Сиенна. – С одной точно: слишком уж она любопытна и имеет непреодолимую склонность к авантюрам. Вторая намного спокойнее, доброжелательнее, но её физическая форма… гм… оставляет желать лучшего. Впрочем, они обе далеки от совершенства: полагаю, на их планете стареют рано и часто болеют. У наших женщин такая кожа и мышечный тонус бывают только лет в шестьдесят, а первая седина появляется после семидесяти. Одно меня радует, командор: по уровню интеллекта они оказались близки эллатам. Я опасалась, что придется возиться с особями, которые недавно вылезли из пещер.

– Будем считать это везением. – Альн О’Рэн задумчиво постукивал пальцами по столу. – Что-нибудь еще удалось у них выяснить, кроме названия планеты?

Атари с сожалением покачала головой.

– И что ты намерена делать?

– Подать в отставку, – съязвила она. И тут же улыбнулась: – Разумеется, я продолжу наблюдение и заодно познакомлю их с нашим миром. Они имеют полное право знать, куда попали, должны усвоить существующие правила и понять, что происходит вокруг. Это убережет их от необдуманных поступков… надеюсь.

Они встретились взглядами, и через мгновение Сиенна опустила глаза. Она знала правила, всегда придерживалась их и всё понимала. Но от глупого, опрометчивого поступка её это не уберегло.

«Мне так жаль, Альн…Что я могу сделать, чтобы всё между нами стало как прежде?»

– Хорошо. Можешь приступать, – сдержанно ответил командор. И предупредил, когда она уже шагнула за порог: – Я зайду посмотреть на твоих подопечных ближе к вечеру.

На обед им опять принесли бледно-розовую бурду, похожую на диетический овощной смузи – без сахара, соли и приправ. Достаточно калорийную, чтобы наесться, но никакую в плане получения удовольствия от вкусовых ощущений. Запивать нехитрый обед пришлось чистой водой, судя по характерному запаху – минеральной.

– Ни кофе, ни чая, ни печенья, – вздохнула Алиса. – Зато один несомненный плюс: на таком роскошном питании я наконец похудею.

– А я протяну ноги, – буркнула Дэви, выскабливая остатки смеси со дна. – Мне-то куда худеть? Может, конечно, они нас постепенно приучают к своей еде. Вводят прикорм, как детям: сперва фруктовое пюре, потом – каша, чуть позже – суп, котлетки… – Она облизнулась. – Омлет с ветчиной… нежное филе в сливочном соусе…

– Помолчи, – Алиса с тоской смотрела в пустую посудину. – А то я слюной захлебнусь.

Часа через два после обеда пришла Сиенна. Принесла темно-синюю доску размером с альбомный лист, тонкую белую палочку – то ли мелок, то ли карандаш, и попросила освободить место на столе.

– Садитесь. – Она подвинула ближе стулья. – Смотрите, слушайте и постарайтесь запомнить.

На темно-синей поверхности атари нарисовала маленький круг с исходящими от него волнистыми линиями.

– Звезда Солус, – пояснила она. – Наше светило. Астрономический адрес нужен?

– Нет, спасибо, – отозвалась Дэви. – Обойдемся без лишних подробностей.

– Честно говоря, мы и свой-то толком не знаем, – Алиса наморщила лоб. – Галактика Млечный путь, Солнечная система, планета Земля – третья от Солнца, нашей звезды 4 . Но ведь те же самые звезды вы можете называть совершенно иначе.

– Верно, – согласилась атари. – Тогда продолжим. – Она обвела звезду Солус линией, по всей видимости, обозначавшей орбиту, и нарисовала на ней кружочек поменьше: – Экзопланета R–4743.01, получившая название Нова. Мы находимся здесь.

– И давно? – поинтересовалась Дэви. Сиенна удивленно моргнула, и подопечная пояснила: – Вы говорите о ней отстраненно, словно она до сих пор чужая. Мы бы никогда не сказали так о Земле, потому что она наш дом. Родина человечества. У неё нет номера, она первая и единственная. К тому же вчера вы упомянули историю колонии – следовательно, вы тоже пришельцы, только опередившие нас на… сколько там лет?

– Примерно сто семьдесят, – сухо ответила Сиенна, раздраженная излишней догадливостью алиенки. – И да, мы переселенцы. К сожалению, наша родная планета погибла, и нам пришлось сменить место жительства. Еще вопросы? Нет? Отлично, продолжим. У Новы есть два естественных спутника – Ами и Эра. Ночью мы чаще всего видим только один из них: Эра появляется на небе преимущественно днём, но раз в декаду можно наблюдать их вместе. В зависимости от положения спутников относительно друг друга мы определяем наступление того или иного сезона.

Она стерла ладонью нарисованную картинку и стала писать что-то похожее на слова – группы значков, отдаленно напоминавших буквы хорошо знакомого алфавита.

– Всего на планете их четыре, – продолжила атари и указала палочкой на первую надпись «Pluve d.d.»: – Сезон дождей. Он длится десять декад – decem decim, мы сокращенно пишем d.d. Декада – это десять дней. Во время сезона дождей жара спадает, ветер нагоняет облака, приносит ливневые тучи, иногда – грозовые. Природа постепенно оживает, к северу отсюда начинают зеленеть поля и сады, почва насыщается влагой, местная фауна готовится к брачным играм. Затем наступает, – палочка переместилась к «Flore d.d.», – сезон цветения. Самый красивый. – Сиенна невольно улыбнулась. – Десять декад всё вокруг цветет, затем плодоносит. Животные приносят потомство, даже кедавры откладывают яйца…

– Кедавры? – переспросила Алиса. – Те, что охотятся в пустыне?

– Хищники. Очень опасные. – Сиенна пристально взглянула на неё: показалось, что длительный телепатический контакт причиняет женщине дискомфорт и вызывает в её мозгу слабые болевые импульсы. – Всё хорошо, Алиса?

– Да, – искренне заверила её подопечная. – А что после сезона цветения?

– Начинается сезон бурь. – Атари указала на следующую надпись «Storme d.d.». – Следующие десять декад ветры с юга постепенно усиливаются, становится теплее, потом – жарче. Солус высушивает землю, трава и листья желтеют и опадают, из пустыни то и дело приходят песчаные бури. И, в конце концов, наступает мёртвый сезон. – Она ткнула пальцем в «Morte d.d.» – Он единственный состоит всего из трёх декад, что хорошо, поскольку этот период совершенно невыносим. На севере еще более-менее, а здесь… – Сиенна вздохнула. – Мы выходим из помещений только когда стемнеет, но даже тогда земля кажется раскалённой и нечем дышать. Ужасное время. Еще целую декаду это терпеть.