Чтение онлайн

– Если это Куралд Галейн, то его запах мне не знаком. Он... чем-то искажен.

– Осквернен?

– Возможно. А еще вонь отметин клыков значительно отличается от запаха, исходящего от самих плит. ТЫ когда-нибудь с чем-то подобным встречался? Возможно, это смертельные слезы Дессембра, Маппо.

Трелл присел у ближайшего камня, покрытого следами когтей. Глубоко вдохнув через ноздри, он произнес:

– Сольтакен. Д'айверс. Да, это острый запах Меняющих Форму. Конечно! – внезапно воскликнул он со звериным воплем, и эхо прокатилось по каменным сводам. – Это же Тропа Руки, Икариум. А ворота – они прямо здесь.

– Я думаю, даже нечто большее, чем ворота, – произнес Икариум. – Посмотри на неповрежденные плиты – что они напоминают?

Маппо имел на это абсолютно точный ответ. Чем больше он смотрел на них, тем больше уверенности было в его душе. Однако понимание происходящих событий ставило еще больше встречных вопросов.

– Вроде бы, я вижу какое-то сходство, – решил сказать он. – А может, и нет... Это меня раздражает, – закончил он. – Здесь, очевидно, нет никакой связи.

– Неправда, – ответил Икариум. – Мы должны подойти к тому месту, которое намеревались обнаружить с самого начала, Маппо. Мы приближаемся к пониманию – теперь я в этом абсолютно уверен.

– Икариум, ты думаешь, что Искарал Пуст готовился встретить еще и других посетителей? Сольтакен, Д'айверс неминуемо откроют ворота. В таком случае этот верховный священник и Королевство Тени находятся в самом центре пересечения Путей?

– Я не знаю. Давай спросим у него самого. И друзья отступили через порог назад.

«Мы приближаемся к пониманию». Эти четыре слова наполняли душу Маппо леденящим страхом. Он чувствовал себя зайцем, который при виде охотника с луком не знал, куда деться: каждое направление бегства было так же бессмысленно для спасения, как и то место, в которое его загнали. Он стоял на стороне силы, которая потрясала его воображение, – силы прошлой и настоящей. «Безымянные Творцы, с их надзором, советами и проницательностью, их скрытые цели и смутные желания... Если легенды Треллов имели хоть толику правды, то все эти творения были преисполнены глубокой старины. Икариум, мой дорогой друг, я не могу рассказать тебе ничего. Мое проклятье – молчание на каждый твой вопрос, а рука, которую я подаю тебе как друг, ведет нас только ко лжи. И хотя я поступаю так во имя любви, это стало моей расплатой... такой тяжелой расплатой».

Вхокарала ожидал их на лестнице, проводив друзей до самой поверхности земли.

Войдя в башню, они обнаружили верховного священника в прихожей, которую он превратил в собственную спальню. Бормоча что-то под нос, Искарал Пуст наполнял плетеную корзину для мусора гнилыми фруктами, мертвыми летучими мышами и изуродованными телами ящериц. Хмуро взглянув через плечо на Маппо и Икариума, появившихся на пороге, он произнес: – Если те грязные мартышки будут преследовать вас, скажите им: «Остерегайтесь моей ярости». Какую бы я комнату для себя ни выбрал, они начинают в ней хранить свои жутко воняющие съедобные остатки. Я теряю терпение! Они смеются над верховным священником Тени и скоро об этом пожалеют!

– Мы обнаружили ворота, – сказал Маппо. Искарал ни на секунду не прекратил своего занятия.

– О, правда, вы это сделали? Дурачье! Ничего подобного! Жизнь отданная – за жизнь принятую. Вы обследовали каждый угол, каждую щель, не так ли? Идиоты! Такое самонадеянное пустословие – высшее проявление невежества. Покрутились вокруг и решили, что я испугаюсь? Xa! У меня есть свои секреты, планы и схемы. Гениальность Искарала Пуста не может никак быть испорчена такими личностями, как вы. Да посмотрите на себя! Два древних воина на этой беспощадной земле. И почему вы не вознеслись, как все остальные? Я расскажу вам. Долгожительство автоматически не награждает мудростью. Да, именно так. Я думаю, вы убьете любого паука, которого выследите. Так было бы гораздо лучше, потому что это – Тропа мудрости. О да, действительно, Тропа!

У бхок'арала мало ума: крошечные мозги внутри крошечного круглого черепа. Зато они хитрые, как крысы, а глаза блестят подобно черным камням. Однажды на протяжении четырех часов мне пришлось, ни разу не оторвавшись, смотреть в эти глаза. Это было соревнование, которое никто не хотел проигрывать. Четыре часа – лицом к лицу, так близко, что можно было ощутить на себе запах его глупости. И кто победил? Это было в ущелье богов...

Маппо взглянул с недоумением на Икариума, а затем, прочистив горло, спросил:

– Так кто же, Искарал Пуст, победил... в этой битве разума? Верховный священник пристально уставился на Трелла.

– Посмотри самостоятельно на это существо, которое ни секунды не колебалось в своей цели, как бы скучна и крайне неуместна она ни казалась, и ты обнаружишь в нем крайнюю степень тупоумия. Бхокарал может пялиться своими глазами целую вечность, так как за ними нет ни одной здравой мысли. Я имею в виду, за его глазами. Доказательством моего превосходства стало то, что скоро я нашел более интересное развлечение.

– Скажи. Искарал Пуст, а ты намеревался привести Сольтакена и Д'айверса к воротам под этим монастырем?

– Ну и тупы же Треллы, решительные в опрометчивом заблуждении и опрометчивые в заблуждающейся решительности. Я так сказал. Вам ничего не известно о разного рода тайнах, связанных с этим местом, о планах повелителей Теней, о множестве секретов Серой башни, о Закутанной башне, в которой стоит Престол Тени. А мне известно. Мне одному среди всех смертных была показана правда. Мои боги великодушны, мудры и хитры, как крысы. А пауки должны умереть. Бхокарала украли мою метлу, и ее поиск я возлагаю на вас, мои дорогие гости. Икариум и Маппо Трелл – прославленные мировые путешественники, я даю вам рискованную задачу: найдите мне метлу!

Выйдя в коридор, Маппо вздохнул.

– Все это было бесполезно. Что же нам теперь делать, друг? Икариум выглядел удивленно.

– Это же очевидно, Маппо. Мы должны предпринять этот рискованный поиск и обязаны найти метлу Искарала Пуста.

– Но ведь монастырь уже был осмотрен, Икариум, – устало проговорил Трелл. – И я не заметил никакой метлы.

Губы Ягута немного скривились.

– Осмотрен? Каждый угол и трещина? Я так не думаю. Наша первая цель, конечно, это кухня – нам необходимо подготовиться для дальнейшего осмотра.

– Ты это серьезно?

– Абсолютно.

Мухи жалили нещадно – нестерпимая жара делала их столь же враждебными, как и все остальные живые существа. Люди с самого утра заполняли хиссарские источники, они плескались плечом к плечу в мутных, прохладных водах, пока спасительная тень не опускалась на их дома. В этот день у Антилопы не было абсолютно никакого желания выходить на улицу, поэтому когда историку все же пришлось натягивать свою прозрачную телаба, он был страшно недоволен. У двери ожидал Булт.

– И почему это нельзя было сделать при лунном свете? – бормотал Антилопа. – Прохладный ночной воздух, над головой – яркие звезды, причем каждый дух наблюдал бы за нами с небес... Вот это обеспечит гораздо больший успех.

' Сардоническая улыбка Булта подсказала, что мечтам Антилопы сбыться не суждено. Повесив поверх телабы кожаные ножны, историк обернулся к седеющему командиру: – Очень хорошо, веди меня, дядя.

Лицо викана расплылось еще больше; благодаря огромному шраму казалось, что улыбок стало две.