Чтение онлайн

Преподша вспыхнула от негодования:

— Вуд ты… Шагом марш, на занятия. — С этими словами она развернулась на каблуках и замаршировал в класс. Я хихикнула, и, дернув парня за рукав, последовала за ней. Может, этот понедельник все же очень даже ничего.

— Белые, кружевные. — Шепнул мне Вуд на ухо. Пока я поняла, что они имеет в виду сегодняшнее белье, которое он заприметил валяясь на траве, он уже с хохотом умчался на урок. Нет, все же что-то остается по-прежнему.

Адриан

«Летняя ночь. Она вышла из ворот своего дома, где я уже ждал ее минут 20. Она не опоздала, просто я не находил места дома, в ожидании встречи.

— Дай свою руку. — Говорю я, вместе приветствия.

Ее и без того большие глаза раскрываются чуть шире, в удивлении, но руку она протягивает. Я беру ее нежную и тонкую ладонь в свою, отмечая, какие тонкие у нее пальцы, украшенные простенькими золотыми кольцами. Медленно, смотря на нее, я кладу ее руку под куртку, ладонью на свою грудь, туда, где действительно бешено бьется за ребрами сердце.

— Бьется? — Спрашиваю я.

— Бьется. — Еле слышно, подтверждает она, а ее щеки заливает румянцем. От стеснения, от радости.

— Так оно бьется только при тебе, я же говорил… — Добавляю я и, достав ее руку, не выдержав, легко целую загорелые пальцы. Больше я ее ладонь не отпускаю, а переплетаю со своей, и мы идем на прогулку. Прогулку двух школьников, еще только начинающих разбираться в том, что же такое любовь, но точно знающих, как мы любим друг друга».

Писк будильника вывел меня из состояния воспоминания и заставил обратить внимание на время. 7 утра. Почему я вспомнил этот диалог? Не знаю. Тогда, впервые в жизни, я сделал что-то похожее на романтику… Я пытался завоевать сердце Алексис и постоянно убеждал ее в искренности своих чувств, а она не верила. Не верила и в фразы о том, что лишь при виде ее, даже когда я вижу от нее сообщение мое сердце начинает бить барабанной дробью. Мне хотелось разорвать грудную клетку и показать ей это. Хочется и сейчас. Хочется и сейчас…

Я закрыл отяжелевшие глаза, было ощущение, что кто-то насыпал в них песка. Снова открыл, ощущение не прошло, веки показались даже более тяжелыми. Подойдя к тяжелой шторе, я приподнял ее и поморщился. 7 утра, осень, а на улице так светло. Повернув ручку окна, я открыл его, пуская в комнату не только свет, но и кислород. С отвращением оглянулся и оглядел помещение. Беспорядок был умопомрачительный. Я люблю порядок, всегда любил. В комнате, когда жил с родителями, затем в своем доме, конечно же в машине. Единственный беспорядок моей жизни заключался в половых связях, что таить. Я этим не горжусь, но я этого хотел. Рассуждал так: если я никогда не буду любить, то какой толк пытаться? Да и серьезные отношения… Когда тебе не то что разбивают, как говорят в пафосных речах, твое сердце, а вырывают его, сжимают, давят, растирают между пальцами. Длинными изящными пальцами.

Я был уверен, что в моей жизни больше нет места страданиям ни от одной девушки. После Алексис. И я был прав. С небольшой поправкой: она вернулась, чтобы снова растоптать меня. Когда первое оцепенение прошло, я стал собирать паззл из событий и то, что у меня получалось, мне не нравилось.

Я лег обратно на кровать и, кажется, заснул. Мне приснилось, что дверь в мою квартиру отворилась, и в нее ворвался бодрый Акира, с криком:

— Проснись и пой, Чемпион! Доброго дня!

А нет, не приснилось.

— Ты идиот, сейчас утро!

— Заткнись и подвинься.

Я не знаю как Акира вломился ко мне в квартиру и откуда у этого недоразумения ключи (или я забыл о том, что дверь надо закрывать?), но на достигнутом он не остановился и мое утро началось с того, что наглый японец завалился ко мне в кровать.

— Я вот что придумал. Раз уж Арчибальд взбешен как мамочка нерадивого сына, да, под нерадивым сыном я имею в виду тебя, может не стоит участвовать в «Петле» в этот раз?

— Шутишь? Я из-за нее сюда приехал.

И не из-за нее останусь… Теперь у меня появились причины посерьезней, чем гонки на байках. Я должен понять, прав ли я. И если да… Я не оставлю от Лексис и мокрого места. Образно выражаясь. А может и нет.

— Пф! Ты приехал сюда не из-за «Петли», а из-за косяка размером с Юпитер.

— Отстань. Постоянно будешь напоминать? Сколько время? — Пробубнел я, потирая глаза.

— Первый урок мы уже пропустили. Биологичка будет недовольна. На твое отсутствие то внимания не обратят, а вот как она без моих ценных комментариев — не представляю.

Японец сокрушенно покачал головой и продолжил:

— Так вот о «Петле». Ты бы поговорил с Вудом, он…

— Акира. — Предупреждающе произнес я. В прошлую пятницу он пытался свести меня с Вудом для разговора, но после того, как я узнал, что он:

Был с Лекси и не дал нам возможности увидеться;

Знал, где она обитает;

Не захотел говорить мне, где она живет или вообще на эту тему.

Я не особо горел желанием с ним пересекаться. Попросту боялся не выдержать и убить своего «друга». Так уж случилось, что он стал для меня скопищем негатива во всей этой ситуации.

— Кстати, на счет Алекс и Вуда, я повторяю, что они просто…

— Ты хочешь закончить это предложение?! — Зло бросил я. — Эм. Нет? — Спросил Акира, покосившись на меня.

Повисла тишина.

— Так ты знаешь, какие отношения между ними? — Тихо произнес я. Надо отдать другу должное, он не стал глумиться над моим интересом или тем, что я его обрубил при упоминании их имен. Но интерес стал сильнее меня. Да, Акира уже говорил мне, что они «враги» и все такое, но… Но факты говорили обратное.

— Они живут вместе, но не встречаются, вообще-то, она встречается с его старшим братом, Джером. Это врач, который ее лечил.

Я присвистнул.

— Что у них, шведская семья, что ли?

А девчонка зря времени не теряла. Вон сколько вокруг нее парней. Картинка никак не укладывалась в моей голове. Вместо привычной Алексис, которая со мехом появлялась в моей фантазии, я видел Алексис, зло смотрящую на меня. Этот взгляд преследовал меня все выходные. Но подождите: да какое право она имела злиться?! Она?! На меня?! Это она сходила с ума?! Это в ее голове возникали видения девушки, которую, как я думал, потерял навечно?! Черт. Я нервно схватился за кольцо, болтающееся на цепочке. Удавиться на нем, что ли?

Вот же сука. В голове будто щелкнуло. Последние паззлы встали на свои места. Кажется, я начал понимать. Она перехитрила меня с легкостью, с ее прозорливостью и умом это был раз плюнуть. Но это было жестко. Неужели нет способов расстаться с парнем попроще чем заставить его жить с разрывающим тебя напополам чувством тоски и вины за ее… Смерть?

— Блять. Какой же я дурак. — Вслух пробормотал я, рывком вставая с кровати.

— Я полностью с тобой согласен, но напомни, почему именно сейчас ты — дурак?