Времена Бессмертных
Шрифт:
Чмокнув маму в щеку, забыв о завтраке, я решительно вошел в комнату, где уже Саванна что-то делала с волосами Руфь. Увидев мое выражение лица, то, как я до вздувшихся вен на руках, сжимаю кулаки, Саванна все поняла. Она не улыбнулась и даже не поднялась с места, чтобы подойти ко мне и обнять, она просто смотрела на меня с испытующей ухмылкой, точно мы недавно дрались и, кажется, она одержала победу.
– Скажи это. – сладко, тихо, требовательно произнесла она, не сводя с меня взгляда.
Отвести глаза, или хотя бы напрячь скулы на лице, означало проиграть по крупному, дать увидеть себя слабым.
– Скажи это, так, чтобы я сказала – да.
Руфь напряженно следила за нами, наверняка не понимая, что между нами происходит, и ссоримся ли мы или просто ведем очередную странную беседу.
– Хорошо. Но если ты скажешь - нет, я убью тебя.
Саванна встала с кровати и подошла ко мне. Я видел столько всего в тот момент в ее черных, кошачьих глазах… Она улыбалась невероятной улыбкой и, сократив между нами расстояние до максимума, закусив нижнюю губу, произнесла:
– Предложи мне выйти за тебя. Скажи это.
– Ты станешь моей… женой?
Она сказала - да. Сестра тут же с радостными криками помчалась к маме, потом они позвали друзей семьи и начали планировать торжество. Все закрутилось. Окраина гудела, потому что меня знали многие, и даже Старейшины пообещали прийти на наше венчание.
Через два дня все было готово, венчание по традиции должно было проходить у громадного костра, в старом парке развлечений, народу к моему облегчению собралось не так много, как я опасался - тогда народ взбудоражило первое массовое исчезновение Смертных и многие боялись даже выходить на улицу.
Я долго не решался - идти ли мне в костюме, или же назло всем ожиданиям моих родственников, заявиться на собственное венчание в обычной черной куртке. Но я подумал, что мама лишний раз улыбнется, увидев меня в строгой одежде, поэтому поверх черной рубашки надел элегантный пиджак, доставшийся мне от отца.
Я приехал к костру раньше Саванны, Спартак, увидев меня, пошутил, что мне стоит как-нибудь посетить в таком виде Церемонию Перехода, на что я пообещал ему сломать челюсть. Все ждали только ее. Обливаясь потом от близкого нахождения к костру, и предвкушая скорую пирушку.
Ждали все. Я ждал больше других. Именно тогда, я понял, что моя мечта несбыточна, когда время растянулось настолько, что могло посоревноваться с вечностью.
Саванна не пришла. Она бросила меня на нашем венчании, тем самым сделав так, что моя неудовлетворенность ею, стала бесконечной. Она мне не подчинилась. Мы не виделись какое-то время, моя мама ее возненавидела, в этом к ней присоединился и мой лучший друг, но я все понял, и когда через несколько месяцев, она пришла ко мне с новым делом, я согласился.
– Лео? Какого… Ты, что здесь делаешь? – слышу я голос над собой, и чьи-то руки помогают мне подняться с пола. Я уже пришел в себя, и толпа вокруг меня заметно поредела, каждому хочется подойти ближе к парапету и посмотреть как на арене жгут Бессмертных.
– Кит. – киваю я в знак благодарности моему знакомому с Окраины, шестнадцатилетнему рыжеволосому парню, работавшему на моего отца в оружейном магазине. – Мне стало плохо. Сейчас уже все нормально.
– Что ты здесь делаешь, ты нашел Руфь? – он произносит имя моей сестры с едва заметной дрожью, хотя я всегда знал, что он к ней неравнодушен. Я никогда не был против.
– Еще нет. Но я делаю все для того, чтобы узнать, где она.
– Некоторые… большинство говорят, это просто слухи конечно… - Кит мнется, ему не хочется злить меня.
– Что за слухи? Говори.
– В общем, дело такое… говорят будто тех, кого похитили уже нет надежды найти. Но я не верю, Лео!
– Что ты имеешь в виду, не юли, говори как есть!?
– Эксперименты. Только вот это даже не эксперименты никакие, а похищенных людей толпами увозят в замок Блэка. Кое-кто, с Олимпа, в последнее похищение проследил за Стражами и собственным глазами увидел, как людей загоняют внутрь, будто скот.
Я не принимаю всерьез его слова, но оставил для возможности таких событий место в голове. Важно то, как Кит рассказал мне об этих слухах и как страх потерять мою сестру навсегда, застыл в его глазах.
Мне нравится этот парень.
– И еще кое-что… - Кит смущенно и неловко тянется в карман штанов и достает свернутый листок. – Это тебе. Не спрашивай, как записка оказалась у меня, сам не знаю. Шла через множество рук.
Я раскрываю листок и читаю:
«Надеюсь, слухи, что ты неравнодушен к византийке ложь. Иначе я тебя совсем не знаю, а это уже очень неожиданно. Мы скоро встретимся с тобой. Отправляйтесь в замок Дориана Блэка. Саванна».
Глава 11. Аврора.
Моей дорогой подруге
«Моя дорогая, случилось страшное – я и Лео потерялись, но пугает меня, даже не столько расставание, как где и с кем я сейчас нахожусь. Мне, кажется, что он, тот, кто сидит за моей спиной в кресле, подперев подбородок кулаком и внимательно наблюдающий за мной, проделал огромный путь лишь с одной целью – присвоить меня себе.
Нелепейшими событиями пронизана наша жизнь, даже в самые серьезные и опасные моменты, может случиться то, что вас развеселит, пусть это и будет болезненный, испуганный смех. Меня похитили во второй раз! Только теперь это как будто по-настоящему. Ты спросишь, что я имею в виду, и я объясню это так – когда мы встретились с Лео, и он лишил меня свободы для личных целей – это была встреча, при иных обстоятельствах я бы желала (и желаю по-прежнему), чтобы он всегда держал меня рядом с собой. А когда бандит из Олимпа по имени Бруно передал меня в руки своего приятеля, и тот отдал меня на растерзание обезумевшей толпе, это стало подлинным лишением свободы, тем самым бесчеловечным поступком, сравнимым с невозможным: с лишением воздуха.
Мне не хочется говорить о том, что происходило со мной, с моей душой и сознанием, после того, как меня отвели на арену, дожидаться часа казни. Никакими словами этого не описать, ни в одном языке мира не найдется достаточно точного описания ужаса, испытываемого в момент несправедливости и безнадежности, неотвратимости грядущей боли. Скажу лишь одно – иногда жизнеутверждающее высказывание «что не убивает, то делает нас сильнее» не работает.
Сейчас, находясь в относительной безопасности и не переживая за то, что случится со мной позже, скажу тебе правду, моя дорогая подруга: я не чувствую себя сильнее. Лишь опустошенней.
Я утратила еще несколько драгоценных процентов надежды, наполнявших мое сердце, надежды на то, что люди умеют проявлять свою доброту, что за тысячи лет жизни на земле, они в процессе эволюции стали разумнее и человечнее. Я уже почти не верю в это.
Все, что я видела на арене, пытаясь отворачиваться от вида горящих заживо людей, зажмуриваясь, слыша душераздирающие крики, было безумием. Бесповоротное безумие угнетенных людей, страдания которых привели их к кровожадности и единственному смыслу существования – мести. Все эти, одетые в черные одежды люди, никогда не смогут стать нормальными, даже отобрав у «богачей» их ценности и дома, они не будут счастливее.