Чтение онлайн

— Ты правда забрал ее силу?

Правда.

Мучительно медленно соображая, я провела пальцем по рисунку ковра, повторяя незамысловатый узор.

— И она вышла замуж за принца?

Да.

— Который стал королем?

Верно.

Еще несколько секунд я попыталась осознать услышанное, и едва в моей голове сложился пазл, дернулась, резко сев в постели. Сон будто рукой сняло.

— Подожди, но Каин и Аван, это же их дети?

Кажется, тренировки на тебя влияют негативно.

— Нет, послушай, они же наследники светлых.

Браво Софи.

— Хватит смеяться! Это же не шутки, они правда дети Адама?

Если бы Каин остался в Целестии после рождения, он был бы нынешним королем.

— Боже…

Закрыв ладонями лицо, я потерла глаза, окончательно просыпаясь. Новость была слишком ошеломляющей для того, чтобы относиться к ней так же спокойно, как и Ньярл.

— Он должен был быть королем, но кто на троне сейчас?

Его младший брат, Авель.

— Какой… кто?

Младший брат Каина и Аван.

По телу пробежали мурашки, заставив поежиться и сильнее сжаться на постели, а голова внезапно опустела. Как это брат? Их же только двое было, я не слышала еще об одном Блэквуде.

Он не Блэквуд, и после того, что он сделал, я никогда не признаю его частью семьи, несмотря на то, что это дитя Лилит.

А он…он… как?

Маг разума, устроивший Адама в качестве наследника.

Устроивший?

От первых двух детей он избавился, едва они родились.

Почему?

Придворный маг увидел в них темный дар.

И всё?

И всё.

Глаза неприятно защипало. Утро, и без того начавшееся сумбурно, решило меня окончательно добить новостями. Захотелось бросить все и снова лечь спать, притворившись, что я этого не слышала.

Не верю, что кто-то мог так легко отказаться от собственного дитя из-за дара.

Мне казалось, на твоей родине и за меньшее могли отказаться от ребенка?

Да, но… это же король, как он вообще это объяснил остальным? Неужели он совсем не думал о последствиях и о том, что это его дети, его плоть и кровь?

Официально у королевы был выкидыш, придворные ей посочувствовали и стали ждать нового наследника.

Адам совсем ее не любил?

Любил, просто недостаточно, чтобы понять. Он принял то, что Лилит была когда-то некроманткой, но темного наследника иметь не хотел, поэтому сделал то, что посчитал нужным.

Это нечестно.

Светлые никогда не поступают честно, даже если связаны с тобой кровью.

Встав с постели, я на подгибающихся ногах прошла в ванную и не глядя повернула кран, чтобы набрать воды. Линия Блэквудов выстроилась перед внутренним взором, и трагедия, случившаяся несколько лет назад, показалась еще ярче и болезненней.

Авель знает о том, что у него есть брат и сестра?

Нет, а если бы и узнал, то навряд ли обрадовался.

«Мы угроза для него…»

Случайно подслушанный разговор Каина и Аван резанул память, заставив внутренне похолодеть.

Она пыталась уговорить брата рассказать всё Авелю?

Видимо, так.

Но зачем?

Я не знаю. Аван в конфликте Сомны и Целестии всегда стремилась решить все миром, без лишней крови, и что теперь творится в ее голове, я не представляю.

Зеркальная гладь достигла почти края ванны. Скинув с себя пижаму, я залезла в горячую воду и попыталась расслабиться, чувствуя, как напряженное тело медленно отдается приятной неге.

Авель захватил родную страну матери, убил прадеда, пытал старшего брата в плену, и все это ни на йоту не осознавая, что вредит собственной семье? Не представляя, что вы вовсе не чудовища, не страшные темные твари, а такие же люди, как и он сам? И что у него с Сомной гораздо больше общего, чем у любого целестинца?

К сожалению.

Мысли в голове походили на разбуженный пчелиный рой. В какой-то момент я даже решила, что стоит ненадолго окунуться под воду, чтобы это жужжание и тревога от меня отстали, но растревоженный разум вновь и вновь цеплялся за кусочки пазла, пытаясь собрать полную картину уже нынешних событий.

— Боже, не-ет… нет-нет-нет-нет, во что я ввязалась…

Закрыв лицо ладонями, я откинула голову на бортик ванной и застонала так протяжно и мучительно, что это наверняка было слышно даже в коридоре.

Софи?

— Я должна убить Авеля? Правда? Каин сказал мне… сказал убить светлого короля, своего брата. Боги…

Ты можешь не говорить это вслух?

— Не могу, я хочу выть от этой истории, я ненавижу этот чертов мир. Землевладелец и пастух белых овец, я до конца не хотела верить в это дерьмо.

Софи прекрати.

— Я всего лишь неудачница, что когда-то влюбилась в своего преподавателя. Как всё вообще к этому пришло? Я не нанималась разгребать все это, боги, я так хочу домой…

Сознание Ньярла вытеснило мое, оставив меня стенать в темной комнате, полной свеч, но я была и не против. Настроение резко ухудшилось, а желание лечь в апатии и разбить что-то в гневе не давали определиться с тем, как нужно выразить свои эмоции, чтобы стало легче. Я никак не могла повлиять на ситуацию, будто иду вслепую, но чужая воля ведет меня по этой темноте, правда, совсем не так, как нужно мне. Хотелось опустить руки, сбежать, деться хоть куда-нибудь от этой семьи, но вместе с этим путь Ньярла накладывался на мой собственный, заставляя из упрямства и ненависти всё же двигаться вперед и прокладывать свой путь силой, вырывая свою жизнь из чужих рук.