Чтение онлайн

— Геннадий, а у тебя есть семья? — внезапно для себя самой спросила она, и заглянув Кизилову в глаза.

— Да, милая, конечно есть. На пост главного редактора популярного журнала не назначают одиноких и разведенных. Но мы с женой уже давно просто хорошие друзья. Живём вместе только ради детей.

— Я бы хотела, чтобы ты с ней развёлся, а меня бы в жёны взял. Ты такой классный любовник, это просто неземной восторг. — Марина перекатилась на спину. — Дай мне сигарету.

— Ты тоже была просто богиня! К сожалению, развестись я не могу, тогда меня с работы попрут. Аморальное поведение недостойное высокого звания, и всё такое.

Так постепенно закладывалась основа будущей, приятной для обоих, связи, в которой у мужчины не было никаких обязательств, а у женщины оставалась надежда, что когда-нибудь, может быть…

Фотоработы Самаровича после отборочного тура прошли в главный отбор и удостоились быть напечатанными в альбоме фотографий посвященному шестидесятилетию Октябрьской Революции. Редакция выслала Павлу журнал с напечатанными фотографиями и именную грамоту, как лауреату с сопроводительным письмом. «…Надеемся на дальнейшее сотрудничество…, желаем творческих успехов…». Понятно было, что это просто протокольная вежливость, но всё равно Павлу было приятно повесить дома на стенку первый «боевой» трофей.

Я написал большими буквами поздравление от однокурсников со страницами из «Смены» и текстом поощрительного редакционного письма и повесил всё это рядом с деканатом. Это позже отразилось в его судьбе, но на то и был расчёт.

В банкетном зале Союза Художников было оживлённо. Над щедро сервированными столами перекатывался шум торжественного застолья. Официальная торжественная часть с поздравлениями от городской администрации, от горкома, от обкома и прочих властных структур уже прозвучали. Гости расслабили галстуки и принялись просто выпивать и закусывать, не забывая при этом поздравлять юбиляра.

Наряду с персональной выставкой к своему полувековому юбилею Александр Тришин получил от городских властей прилично изданный глянцевый каталог и звание «Заслуженный работник культуры РСФСР» с причитающимся по такому случаю денежным вознаграждением. Кроме того Юрий Ясюлюнас сделал ещё один весьма ценный подарок.

— Александр Семёнович, позвольте ещё раз поздравить вас с успешным творческим путём, пожелать вам не терять бодрости тела и духа! Я собственно хочу предложить вам большую и ответственную работу по созданию масштабного полотна для зала приёмов Городского Совета Депутатов. Мы с Иваном Павловичем [10] понимаем, конечно, что срок в полтора месяца для такой масштабной работы — очень мало, поэтому мы уже всё придумали, освободили вас от творческих метаний и сомнений. Вам, дорогой, Александр Семёнович, осталось только воплотить наши задумки на холсте.

— Юрий Иванович, а можно поподробнее? Размеры стены, размеры помещения, в котором полотно будет висеть, жанр… уже известны?

— Это всё мелочи, не стоящие даже обсуждения! Главное размер полотна будет четыре на восемь метров. Тема — установление советской власти в Новониколаевске, правда, вдохновляет?

— Юрий Иванович, побойтесь бога! Во-первых, здесь работы не меньше чем на полгода, во-вторых, это совершенно не моя стезя. С батальным жанром это вам лучше к Саше Чернобровцеву [11] обратиться, он мастер подобных исторических произведений.

— Александр Семёнович, — продолжает гнуть свою линию зампред Горисполкома, — вы меня не поняли. Этот заказ не просто подарок к вашему юбилею, этим Партия оказывает вам высокую честь. Мы же уже прикинули, сколько может стоить для бюджета такого уровня работа.

— И сколько, по-вашему?

— С учётом вашего нового звания не меньше тридцати тысяч, получается, по первой прикидке. Вы в Худфонде ещё всё точно подсчитаете, и мы даже готовы будем ещё какой-то процент набросить. Но не забудьте и про интересы тех, кто вам такое уважение выказал. — Ясюлюнас ободряюще похлопал Тришина по плечу и вернулся на своё место.

Голова новоиспечённого Заслуженного Деятеля культуры от такой новости вскружилась до невиданных высот. Он уже не мог удержаться от приятных подсчётов. — Со всеми вычетами получалось на исполнение не менее двадцати тысяч рублей. Ясно, что одному такой объём не потянуть. Студентов привлекать можно только по вечерам и выходным. Кого тогда в помощники нанимать?

— Ведь какая всё-таки незадача! — Досадовал Тришин, — ты, Борь, понимаешь, надеюсь, что такой заказ срывать нельзя ни по каким причинам, мне же тогда только вывески рисовать разрешат. И откровенная халтура не прокатит, поэтому, кого попало привлекать нельзя. Я даже пытался отказаться, но мне очень настоятельно рекомендовали найти способ, как справиться с таким почётным заданием партии.

— Есть способ под названием «ну, не шмогла». Знаете такой анекдот?

— Стоит мужик на ипподроме и думает, на какую бы лошадь поставить. Тут старая кобыла говорит: «Ставь на меня, мужик. Я хоть и старенькая, но сегодня в отличной форме! На меня больше никто не ставит, выиграю забег — сорвешь большой куш!». Мужик и поставил на неё все деньги. Начинается заезд, кобыла дергается с места, делает несколько шагов, падает на землю и больше не поднимается. Кобыла смотрит на мужика виновато и шепелявит: «Ну не шмогла я, не шмогла».

— А как этот анекдот относится к нашей ситуации? — Недоумевает художник. (Художники в житейских делах часто любят прикидываться тупыми…)

— Очень даже просто. Делаете, как получается, максимально качественно, говорите, что всё будет в порядке, всё успеете, хотя ясно, что за оставшиеся полтора месяца максимум, что можно сделать, это эскиз согласовать. Работы тут не меньше чем на полгода при самых лучших условиях. Как срок придёт, так и скажете, что «не шмогли», что «нереальные планы», это «как его? волюнтаризм». Работу у вас не заберут, потому что сделано будет уже много, и начинать заново будет поздно. Я думаю, что даже в деньгах вас не прижмут, они же с вами о процентах договаривались? Я прав?

— Откуда ты знаешь про проценты? — удивлённо смотрит на меня Тришин, — это же самая главная тайна.

— Что вы Александр Семёнович, ну, какая здесь может быть тайна? Банальный откат. — Я удивлён его наивностью, — всегда распределители бюджетов стремились завысить сумму, чтобы можно было долю малую отщипнуть в свою пользу. Все об этом знают, кто с распределением заказов сталкивается.

— Ладно, сейчас я не о коррупции хочу поговорить. Надо человек семь, а лучше восемь, способных махать кистью в нужных направлениях. Исполнительных, пунктуальных и не глупых. Главное! Никакого творчества, ни чего от себя, всё чтобы по согласованному моему эскизу. Тем более что хозяева уже сами всё решили.

— Знаю я, как они решили. Выдадут вам завтра листок бумаги, где кружочки нарисуют и подпишут «здеся красногвардеец, а здеся колчаковец с пулемётом, а вот туды скачет непобедимая красная конница во главе с маршалом революции Синехуевым» [12] .

— Кем-кем ты сказал? Это кто у нас Синехуев? Ты смотри за языком то, не дай бог, услышит кто-нибудь, ни тебе, ни мне мало не покажется.

— Да это просто анекдот был такой из серии про Чапая, Петьку и Блюхера.