Чтение онлайн

Двери постоянно открывались и закрывались, впуская в помещение прибывающих министров и высокопоставленных чиновников. Каждый, войдя в зал заседания, сразу же смотрел на экран монитора и спрашивал:

– Сколько нам осталось?

Сидящий в ближайшем в кресле каждый раз при открывании двери отвечал:

– Приблизительно 40 минут, – а некоторым и добавлял, – но это не точно.

Снова открылась дверь, и в очередной раз прозвучала строка информации:

– Приблизительно 40 минут, но это не точно.

– Простите, что? – ошеломлённая секретарша вошла в ступор.

– А, это вы, – быстро среагировал улыбнувшийся министр, – это я не вам.

– Звонили из банка, некий Акакий Дамирович стал обладателем 100 000 000 наличных денежных средств.

Все тихонько захихикали, кто-то не выдержал и сказал, улыбаясь:

– Господи, кто придумывал эти имена?!

– Так господа, об именах поговорим потом, как такое возможно?

– Если он им стал, значит нужно искать тех, кто стал банкротом.

– Сначала определите, из какого региона деньги. А вообще, поселите его с добровольцами на всякий случай.

– Спасибо, – ответил министр покидающей зал секретарше.

Очередной телефонный звонок в здание правительства взбудоражил всех присутствующих и дал возможность сильно призадуматься.

– Отправленный переписчик населения обнаружил хозяина и хозяйку в доме на диване. Тела находятся в коме. Скорая уже едет, какие будут указания? Везите их в больницу и обязательное наблюдение обеспечьте, всё что обнаружите из рамок вон выходящее, мне доложить.

– Принято, – разговор закончился.

– Ну что, господа, все ещё надеетесь оказаться здесь в зале с приходом следующей временной волны?

Зал призадумался в молчании.

в тоже время

полигон космических полётов

отправление космической команды

Рик и Эмма стояли в полётных скафандрах. Остальные члены экипажа и научная группа тоже были в экипировке космонавта. Эмма и Рик стояли в недоумении. Только что спокойно лежали в постели, собирались идти на работу и тут на тебе. Уже вылет.

– Рик, мне страшно…,-шептала Эмма.

– Я верю, зайка, но ты же видишь, сам Бог хочет, чтоб мы полетели, – пытаясь исправить положение, отвечал Рик, – вон смотри, тут недалеко и военные из нашей группы, с которыми учились, помнишь? – Эй, ребят, – Рик махнул рукой, – мы тут.

Один из группы внедрения подбежал к Рику:

– Привет, ребята, как вы? Что, вы тоже очутились здесь после временной временной волны?

– Да, и нам кажется, что вот-вот будет старт ракетоносителя.

– Удачи вам, ребята. А мы пока не знаем, почему волна времени собрала нас здесь. Скорее всего, нас сейчас распустят по домам.

– Ты слышал Рик, их распустят по домам. Поехали домой, Рик. Я не хочу умирать, ну это же верная смерть, Рик, – голос Эммы дрожал. Её трясло.

– Милая, не волнуйся, сейчас и нас распустят, нужно просто дождаться команды.

– Думаешь, распустят, думаешь Рик?!

– Спокойнее Эмма, все будет нормально, – Рик окликнул уходящего вояку, -Дак, а что вообще, какие у вас действия, ну я имею ввиду во временной волне? Получается, вы уже должны начать работать, волна времени уже прошла.

–Рик, дружище, мы думали, что исчезающие люди безвестно пропавшие, уходя во временную волну, сталкиваются с чем-то необычным, ранее нам неведомым, то есть абсолютно выходящим за рамки . Но,видимо, ошибались или заблуждались, – улыбнулся мужчина и поторопился к своим.

Рик смотрел в их сторону. Командир группы что-то говорил в рацию, а потом рассказал всему личному составу, и мужчина примчался к Рику и Эмме:

– Ребята, сейчас такое произошло, звонили из генштаба, пару из безвестно пропавших обнаружили у себя дома, они в коме, причины выясняются. До этих пор они считались похищенными временной волной.

– Спасибо большое за информацию, – крикнул Рик уходящему военному, – Эмма, хорошо, что мы с тобой безвестно не пропадаем, у людей вон что происходит.

Эмма держала гермошлем и от трясущихся рук он звенел, ударяясь рывками о скафандр. Ей уже было все равно, о чем бормочет Рик. Её разум абсолютно перестал воспринимать окружающий мир. Страх безысходности, неизвестности, безумного поступка, неподдающегося вообще никакой логике, завладел мыслями. Кажется, что еще немного, и всем вокруг может сильно не поздоровиться. Рик наблюдал за группой внедряющихся. Явно что-то происходило. Их командир отвечал по рации, и вдруг они все ринулись к Рику и Эмме.

– Мы подошли пожелать вам удачи в вашем свадебном путешествии, – мило улыбаясь проговорили военные, – поступила команда на ваш взлет.

– Да, вы там уж узнайте побольше о нашем враге и помогите победить и предотвратить эти несчастья.

– Главное, вернитесь домой живыми.

– Летной команде приготовиться к посадке в ракетоноситель, повторяю: лётной команде приготовиться к посадке в ракетоноситель.

Все обнимались, пожимали друг другу руки, целовались, желали всего хорошего. Именно в таком случае команда с задачей всего мира идет в ряд, с гермошлемами в руках, все улыбаются, счастливые. Прямо смотришь, и самому тут же охота встать в их ряд. Но у нас совсем другая история, и такое тут явно не прокатит. Эмма начинает захлебываться в слезах и истерично кричать, вырываясь из рук других членов улетной команды:

–Неееееееееееееет!, – вопль, с ужасом вырвавшийся из уст Эммы, заставил прекратить все работы на космическом аэродроме. Сотрудники, которые услышали правду жизни. Слезы ручьями, истеричные конвульсии, члены команды, пытавшиеся взять ситуацию под контроль. Прибежали психолог и главный по полетам.

– Эмма, детка, – Рик пытался понять, что случилось, – ты чего, не расстраивайся, – Рик сел на пол и положил ревущую Эмму себе на колени, хоть в скафандре это жутко неудобно, но делать было нечего. Психолог сказал:

– Явное выражение нервного срыва.

Главный по космическим полётам:

– Она ставит под срыв всю операцию, черт возьми, где вы взяли таких безответственных?

– Попрошу не выражаться, – отреагировал грозно Рик, – вы сами к нам пришли.

– А мне теперь что делать? – закричал главный по космическим полётам, – сказать вышестоящему командованию: «Вы знаете, ваша влюбленная парочка облажалась, и мы никуда не летим». А? Так?

– Можешь говорить им, что хочешь, – кричал Рик в ответ, – а мы не летим, у нас одна жизнь.