Временная жена
Шрифт:
Я провожу пальцем по ее губам.
— Обещай, что будешь помнить: ты единственная. Единственная, кого я люблю. Единственная, кого я когда-либо хотел.
Она молча кивает, ее глаза полны какого-то странного, трепетного недоверия.
— Я обещаю, — шепчет она.
Улыбка, что появляется на ее губах, такая милая, что мне хочется выгравировать этот момент в памяти.
— Я люблю тебя, Лука. Я все еще боюсь… но ты стоишь этого риска. Даже если ты разобьешь мне сердце, я не пожалею.
Блядь. Я сжимаю ее в своих объятиях.
— Я никогда не причиню тебе боль, — обещаю я.
После всего, что мы прошли, я не позволю ничему встать между нами. Ни ее страхам. Ни ее прошлому.
Я буду доказывать ей это снова и снова. До конца наших дней.
Глава 50
Валентина
Я сжимаю зубы и отклоняю 10-й звонок от Бена. Этот ублюдок каким-то образом заполучил мой номер, и теперь не дает мне покоя. Я уклоняюсь, насколько могу, но, черт, он не отстает. Раз за разом находит повод заговорить со мной, будто мы когда-то были кем-то большим, чем просто воспоминанием из прошлого.
Лука тихо закрывает свой ноутбук и кладет его на журнальный столик. Его движения слишком спокойные, слишком выверенные. Он злится.
— Как давно это продолжается?
Я чувствую, как напряжение пронизывает его тело, когда он забирает у меня мой ноутбук и захлопывает его. Все медленно. Все подчеркнуто сдержанно.
— Ты… о чем?
— Как давно этот мудак тебе звонит? — Его голос все еще звучит мягко, но я знаю, что это затишье перед бурей. — Твои два месяца почти закончились. Все это время ты с ним общалась?
— Только по работе, — тороплюсь заверить его.
Глаза Луки вспыхивают темным огнем. Он резко притягивает меня к себе, усаживая на колени спиной к своей груди.
— Почему? Ты у меня одна сотрудница? Или он просто нашел удобный предлог, чтобы подержать тебя возле себя?
Он наклоняется ближе, теплое дыхание скользит по моей коже, прежде чем он прикусывает ее, оставляя горячий след на моем горле.
— Лука… — Я задыхаюсь, мои пальцы вцепляются в его руки.
Блядь. Этот мужчина. Все, что я когда-то ненавидела в его характере, теперь сводит меня с ума. Его пальцы нетерпеливо скользят по моему телу, сбрасывая с плеч лямки пижамы.
— Ты знаешь, что мне нужен только ты, — шепчу я, запрокидывая голову, чтобы найти его губы.
Лука ловит мой рот в медленном, но властном поцелуе, его рука уже пробирается под пояс моих шорт. Когда он находит мой клитор, из его груди вырывается низкое рычание.
Телефон снова звонит.
Лука медленно отрывает губы от моих, его голос темным шелком скользит по моей коже.
— Возьми трубку. Если я услышу, что разговор не о работе… — Он делает паузу, пальцами проникая глубже. — Будет ад, детка.
Я подношу телефон к уху, кусая губу, когда он толкает в меня еще один палец.
— Вэл? — Голос Бена звучит пьяно. — Ты где?
Лука сжимает мое бедро, едва сдерживая глухой смешок.
— Дома, конечно. Уже почти десять. Где мне еще быть?
— Мне нужно тебя увидеть. — говорит Бен, но я не могу сосредоточиться ни на чем, когда Лука медленно двигает двумя пальцами внутри меня, а его член быстро твердеет под мной.
Его губы касаются моего уха, и он на мгновение прикусывает мочку.
— Это не похоже на рабочие вопросы, малышка, — шепчет он угрожающим тоном. Его свободная рука скользит к моей груди, и он щипает мой сосок, одновременно глубже проникая пальцами в меня.
— Зачем? — спрашиваю я Бена, хрипло.
Лука вынимает пальцы, и я всхлипываю.
— На колени, — его голос темный, полный обещаний.
Он разворачивает меня, заставляя опуститься на диван, так, чтобы моя задница оказалась в воздухе. Его рука обхватывает мою шею, и он прижимает мое лицо к дивану, прежде чем положить мой телефон рядом со мной, на громкую связь.
— Вэл, я скучаю, — голос Бена дрожит, он почти молит. — Пожалуйста. Дай мне всего десять минут.
Лука дергает мои пижамные шорты вниз, вместе с трусиками.
— Нет, — говорю я, пытаясь сохранить хоть каплю здравомыслия. — Если разговор не о работе, я заканчиваю этот звонок. Я занята, Бен.
Но Лука лишь скользит рукой по моей мокрой плоти и резко вводит в меня три пальца, заставляя мой протест утонуть в сдавленном стоне.
— Не вешай трубку, — Бен почти молит. К счастью, он и понятия не имеет, в каком я сейчас положении.
— Все в порядке, — шепчет Лука, его губы растягиваются в довольной улыбке. — Давай послушаем его.
Его пальцы двигаются во мне безжалостно, а затем его язык касается меня, пробегая по чувствительной плоти. Я знаю, какую картину представляю собой сейчас: раздетая, с задранными шортами у колен, согнутая в пояснице, со спутавшимися волосами, с лицом, вдавленным в диван.
— Я все еще люблю тебя, Вэл. Я знаю, что прошло много времени, но я никогда не переставал думать о тебе. Мы были молоды и глупы, но теперь все по-другому. Дай мне еще один шанс, и я сделаю все, чтобы тебе было хорошо.
Язык Луки кружит вокруг моего клитора, не давая мне того, чего я больше всего хочу, и я изо всех сил пытаюсь двигаться бедрами и изменить его положение, но он только усмехается и удерживает меня на месте. Его пальцы ласкают мою точку G, а его язык подводит меня к краю безумия. Если он продолжит в том же духе, я кончу ему на лицо через несколько минут, и он это знает.
— Пожалуйста, — стону я.
— Пожалуйста, что? — голос Бена звучит растерянно. — Скажи мне, Вэл. Что мне сделать, чтобы исправить все? Как мне заслужить твое прощение?
Лука тихо смеется, прежде чем прижаться губами к моему клитору, и у меня перехватывает дыхание.
— Да, скажи ему чего ты хочешь, Валентина, — его голос низкий, насмешливый, вибрирует прямо в моей плоти.
Я выгибаюсь, сильнее прижимаясь к его губам, и он, наконец, перестает мучить меня. Его язык работает так же безжалостно, как пальцы, доводя меня до грани.
— Ты хочешь кончить для меня, Валентина? — шепчет Лука.
— Да! — стону я, задыхаясь.
— Скажи мне как, — отчаянно просит Бен. — Я сделаю что угодно.