Чтение онлайн

Скворцову, судя по всему, было лет пятьдесят, ну может, чуть больше. Это седина в усах и окладистой бороде прибавляла ему ещё лет десять, как минимум. При первой встрече, он вообще показался Егору стариком.

Подошел Кудимов и продемонстрировал Егору узелок с десятком яиц.

— А вот и наш завтрак, товарищ лейтенант, — довольная улыбка милиционера была заразительна. Егор тоже улыбнулся и протянул руку для приветствия.

— Можно просто Егор.

— Игнат, — пожал протянутую руку Кудимов.

Старший милиционер был, наверное, ненамного старше Егора и вчерашнее обращение к нему Юли по имени отчеству выглядело слегка комичным.

— Пойдемте завтракать, товарищи, — предложил Скворцов.

— Та девушки спят ещё. Рано ведь. Давайте тут покурим немного.

— Давайте, — согласился профессор.

Никто из присутствующих, как оказалось, не курил, и Леонид Васильевич, достав круглую жестяную коробочку мелких леденцов угостил их конфетами. Они успели с полчаса поболтать о разных ничего не значащих пустяках, когда на пороге их дома показалась Юля. Она смерила их недовольным взглядом и закурила, выпустив целое облако дыма.

— Че мерзнете во дворе? Или разбудить стесняетесь? Так мы встали уже — проходите.

Они зашли в дом, и Кудимов сразу же зазвенел посудой. Когда вернулась Юля завтрак уже был готов. Поели быстро и молча.

Потом Юля откинулась на спинку стула и вполне серьёзно сказала, глядя на Кудимова:

— Ну рассказывайте, Игнат Никифорович, как вы дошли до такой жизни?

— До какой такой? — не понял Игнат.

— Да это я так, к слову. Давайте с самого начала. Что тут у вас произошло?

— Ну, если с самого начала… — задумался милиционер, — Посёлок старый. Тут при царе ещё глину добывали. Даже небольшой завод кирпичный построили. Потом революция, гражданская. Забросили его. Только перед самой войной восстановили цеха и станки завезли. А сейчас вот эвакуированных много. Для них ещё два барака отремонтировали. Обмундирование шьют. Охрана из войск НКВД. Ну, а по вашей линии сперва был лейтенант Кочкин. Знал я его. Нормальный мужик был. С чего это он удумал стреляться — ума не приложу.

— А люди что говорят? — поинтересовалась Юля.

— Да разное говорят, — уклончиво ответил Игнат, — Говорят, он перед самой смертью повадился в лес шастать. Есть там у нас место проклятое. Местные его стороной обходят. Говорят, там даже зверьё не живёт. Чё он там забыл?

— Что за место? Почему проклятое? — встрепенулся Скворцов.

— Да я откуда знаю, — развел руками милиционер, — Старые бабки болтают всякое. Чё их слушать? Я не верю во всю эту чертовщину — я ж комсомолец.

— Это правильно, — согласился профессор, — Так, а что болтают?

— Да не знаю я точно. Слышал, только, что место гиблое и всё. Говорят, что люди там пропадали. Это у нас все знают, поэтому и сторонятся его.

— А где оно точно находится, знаешь?

— Ну так, примерно…

— А что за человек был этот Кочкин? — спросил Егор.

— Да обычный человек.

— Это понятно. Ты расскажи о нём подробнее.

— Что рассказать?

— Сколько лет, чем интересовался, может женщина у него была… — подсказал Егор.

— Лет двадцать пять, может чуть больше. Чем интересовался — не знаю. Пил в меру. А насчет женщины не скажу, может и была. Там много молодых сейчас. Да мы ж не друзья с ним были — так просто знакомцы.

— Ладно. Разберёмся, — отрезала Юля, — А кто там у вас в психушку загремел?

— Так вместо Кочкина прислали человека. Игнатенко, кажется, фамилия. Я его даже не видел никогда. Слышал только, что он начал расследование смерти Кочкина. Сперва расспрашивал всех, а потом тоже туда поперся. Его утром на дороге нашли. Говорят, совсем плохой был. В больницу его отвезли, в Сызрань. Это уже потом сказали, что он умом тронулся.

— А сейчас кто вместо него?

— Пока никого. Я думал кто-то из ваших будет.

— Понятно, — протянула Юля, — Понятно, что ничего непонятно. Ты мне вот что скажи, Игнат Никифорович, где тут у вас телефон есть?

— На заводе.

— Хорошо. Леонид Васильевич, у вас вопросы к товарищу Кудимову есть?

— Пока нет. Нужно это место посмотреть.

— Обязательно посмотрим. И на заводе поспрашивать нужно. Предлагаю разделиться. Леонид Васильевич, вы с Леной поедете на завод — там с людьми разговаривать нужно будет, вот вам и карты в руки. А мы с Егором и товарищем старшим милиционером в лес прокатимся — нам там сподручнее будет.

— Юлия Андреевна, давайте я тоже с вами в лес? Мне кажется это по моему профилю.

— Поезжайте на завод. Вполне возможно, что причина самоубийства достаточно тривиальная. Суханова опытный следователь, но ваши способности там тоже могут пригодиться. Как, впрочем, и удостоверение. Да и мы с Егором сработанная пара — нам будет проще вдвоём. А товарища Кудимова попросим побыть связным. К тому же он на мотоцикле. Поможете, Игнат Никифорович?

— Юлия Андреевна, у меня есть указание руководства оказывать вам всяческое содействие. Так что просить необязательно, — улыбнулся Игнат.

— Это хорошо, — улыбнулась Юля, — Такие люди нам нужны. Если вопросов больше нет, то по коням.

— Я Иванова теперь, — вставила Лена.

— И как я только могла забыть, — всплеснула Юля руками, — Нет мне прощения.

Все рассмеялись и стали одеваться. Когда вышли на улицу Юля сказала:

— Леонид Васильевич, вы с Леной на машине тогда, а мы на мотоцикле. И доложите, пожалуйста, Максимову, что мы прибыли и приступили к работе.

— Сделаю, — сказал профессор, — Вы уж осторожнее там. И если что, сразу уходите.

— Хорошо. Мы пошлем за вами, если поймем, что дело нечисто, — успокоила его Юля.

Скворцов сел за руль автомобиля, и они с Леной укатили, обдав их облаком сизого дыма. Юля уселась в коляску мотоцикла, и завозилась, устраивая поудобнее автоматы и мешок с боеприпасами. Игнат завел свой мотоцикл, Егор уселся позади него, и они быстро покатили по неширокой улочке, провожаемые любопытными взглядами.

Ехать пришлось далеко. Они, наверное, целый час колесили по окрестностям, пока Егор окончательно не запутался. Дорога давно закончилась, но Игнат уверено вел своего железного зверя, какими-то лесными тропами и, судя по всему, прекрасно ориентировался в здешних краях. Вскоре пришлось спешиться и пару километров пробираться по совсем уж непролазным дебрям.