Чтение онлайн

Да, Хань вселился в Фенга, но и Фенг вселился в Ханя. Они изначально имели одну душу, так что почти сразу же стали единым целым. Вопрос имел два противоположных ответа, каждый из которых являлся правильным.

— Нет, не вселился, — ответил он коротко и, поднявшись, скомандовал. — Вставай, нужно побыстрее убираться отсюда и забрать волков, пока не сбежалось остальное зверьё.

— Но как же мы переберемся обратно через болото?

— Придется еще раз взять тебя на руки или посадить на шею, — проворчал Фенг.

Благодаря ци он мог поднять огромный груз, но это не значило, что его руки стали длиннее, а тело увеличилось до размера дерева. Не годилось бросать столько мяса и костей, но как их тащить? Перенести Айминь, потом вернуться? А если придут новые волки? Перетаскать сначала трупы? Так пока тащишь одного, зверьё растащит остальных и задёрёт Айминь! Ци, конечно, поможет, но уж точно не утащить всех разом. Вот если бы у него было пространственное кольцо, как у героев кристаллов…

Фенг мотнул головой. Разогнался! Не научился ещё делать простые талисманы, а уже размахнулся на такие артефакты! Кольцо, конечно, сделать не получится, только купить у мастера, которые, если судить по кристаллам, имелись в каждом более-менее большом городе. К сожалению, не в ближайшем — Фенг уже расспрашивал торговца, но тот предлагал только украшения, а о настоящих кольцах и не слыхал. К тому же Фенг был уверен, что стоить подобная штука должна целое состояние, больше, чем стоит вся деревня! И, несмотря на зажиточность семьи, таких денег у него пока что не было.

Погружённый в размышления, он не сразу понял, что чего-то не хватает. Стояла странная и непривычная тишина. Он обернулся и увидел, что Айминь всё стоит, снова вся красная, прикрывая себя и лохмотья руками.

— На руки? — спросила она странно высоким голосом. — Ты хочешь взять меня на руки?

— Да, пожалуй, лучше вначале зашить твою одежду, — решил Фенг, отводя взгляд.

— Но мы же посреди болота и у нас ничего нет!

Фенг фыркнул, не удержавшись.

— Что я всегда говорил на тренировках?

— У меня есть ци, этого достаточно! — послушно повторила Айминь и неуверенно добавила: — Абсолютли!

Фенг снова отвернулся и уставился на кучу волчьих трупов, лежащих на берегу. Похоже, он придумал проблему там, где её нет. У него тоже есть ци, а сразу за топями начинают расти высокие деревья. Будет, конечно трудно, но если затащить тварей на деревья и развесить на ветвях, то можно отвести домой Айминь и тут же вернуться, лучше всего с подмогой из лучших учеников. У него в корзине есть даже верёвка, пусть и не длинная, но связать лапы хватит. Одну тварь, лучше всего вожака, можно захватить сразу. Вот только если бы ранение у того было бы хоть чуточку более… героичным.

За спиной раздался громкий всхлип, и Фенг понял, что давно сдерживаемое напряжение готово излиться из Айминь обычными девчачьими рыданиями, к чему он снова-таки пока что готов не был. Он вновь, в третий раз повернулся к сестре и взглянул на неё исподлобья.

— Я ничего не смогла-а сдела-а-ть, — давясь слезами, провыла она. — Хоть и тренеров-а-алась.

— Если бы не ци, ты бы уже умерла, — жёстко сказал Фенг, выбрав момент между всхлипами. — Я бы не успел тебя вылечить. Ну а теперь, как видишь, не осталось даже шрама, кузнец будет доволен.

Айминь услышав о шрамах, зарыдала ещё больше.

— Но ты права, справилась ты плохо, — добавил Фенг. — Так что тебя ждёт наказание.

Рыдания прекратились почти мгновенно, словно в кристалле, когда кто-то активировал талисман купола тишины.

— Наказания? — переспросила Айминь почти нормальным голосом, лишь изредка всхлипывая. — Ты меня накажешь?

— Ну конечно же нет! — бодро сказал Фенг. — Разве можно назвать наказанием, когда кто-то помогает тебе справиться с собственными недостатками и стать сильнее? Извини, я оговорился. Наградой! И награжу я тебя сотней кругов вокруг деревни, высоко поднимая колени! Что позволит тебе стать намного быстрее и выносливей, способной когда-нибудь убежать от любого монстра!

— А можно ты не будешь бить меня бамбуковой палкой? — осторожно, словно изначально не веря в успех своих слов, предложила сестра.

— Но ведь тогда в великой триаде будет недоставать главного компонента: тренировки духа, позволяющего переносить лишения и с ясным взором смотреть в будущее, — задумчиво ответил Фенг.

— Но мой дух и так силён! — не сдавалась Айминь.

— А знаешь, — неожиданно согласился Фенг, — это можно устроить. Но при одном условии.

— Каком же? — не поверила своему счастью Айминь.

— Если в деревне расскажешь, что самого свирепого монстра я поразил в глаз!

Фенг нервничал. Для него, победившего множество чудовищ, сражавшегося в лесу, воде и на болоте, подобные чувства должны были казаться до смешного нелепыми. Но, даже используя все известные способы сохранять спокойствие, унять волнение никак не получалось.

И дело было даже не в том, что близился день летнего солнцестояния, а значит, ему, родившемуся предположительно весной или, может, зимой, уже наступила первая дюжина лет, так что пришла пора получить взрослое имя и перестать считаться ребёнком.

Пусть самого главного и желаемого получить и не удалось, но в этом плане он давно всё уладил. Пришлось потратить немало усилий, чтобы втереться в доверие к жрецу и завести с ним приятельские отношения — насколько вообще возможна дружба между ребёнком и глубоким стариком. Сделать несколько ценных даров, типа горшков лесного мёда и хорошо выделанной с помощью ци волчьей шкуры, «чтобы у вас, дедушка, не мёрзли колени». Со временем жрец осознал, что этот милый, приветливый и такой добрый парнишка Фенг — прекрасный пример для подрастающего поколения и, в отличие от всей этой современной молодёжи, праздной, ленивой и не почитающей старших, хорошего звучного имени более чем заслуживает.

И всё равно Фенг испытывал сожаления. Сколько бы он ни напрягал голову, какие бы способы пробуждения памяти не изобретал, вспомнить имя учителя он так и не смог. К сожалению, в тот злосчастный момент он просто никого не слушал, а выудить из памяти оказалось можно лишь то, что в ней когда-то было.

Самое обидное заключалось в уверенности, что вспомни Фенг, как зовут учителя, от решения взять его мерзкое проклятое имя он бы рано или поздно отказался. Рассмотрел бы идею с разных сторон, нашёл бы в ней кучу недостатков, придумал бы имя во много раз лучше.

Но именно загадочность и недосягаемость делали имя учителя столь желанным, населяли сердце множеством демонов, превращая желание «стать таким, как он» в какую-то одержимость. Фенг признавал эту одержимость, научился использовать её силу, чтобы ещё больше и тяжелее тренироваться. Но всё равно отделаться от лёгкого чувства поражения никак не получалось.

В их с учителем битве, о которой тот пока что не был в курсе, царило равенство. Фенг сильно выигрывал во внешности — по мере взросления его лицо обретало всё большую мужественность и волевую красоту, не оставляя отталкивающей физиономии учителя ни малейшего шанса. Вот только учитель с лихвой наверстал утраченное преимущество, украв у Фенга его будущее имя.