Чтение онлайн

Старик впереди меня просит продавщицу, молодую толстошеею женщину:

– Будьте любезны, мне три помидора покраснее. Пожалуйста...

– Что? Покраснее? Да у тебя пупок развяжется, старый хрыч.

Очередь покорно молчит.

– Молчите, молчите, - дёргает меня сзади за рукав женщина. Я не знаю её...

По словам одного из бывших руководителей внешней разведки России в 1998 году, сказанным по телевидению, Польше не повезло со своими руководителями. Данные внешней разведки России свидетельствуют о том, что премьер-министр польского правительства в эмиграции пан Миколайчик являлся не просто агентом английской разведки, но агентом платным. В свою очередь, министр иностранных дел Польши накануне второй мировой войны пан Бек числился агентом германской разведки*.

* Станислав Миколайчик родился в 1901 году. В 1930-1935 годах - депутат сейма (парламента). В 1939 году эмигрировал в Англию, где англичане продвинули его на пост вице-премьера правительства Польши в эмиграции, в 1943-1945 годах - премьер министр этого правительства (по мнению Сталина, высказанному Миловану Джиласу, английская разведка для сего убрала под видом авиационной катастрофы премьер-министра генерала Сикорского). С 1945-го по 1947-е годы входил в состав народного правительства Польской республики, являясь вторым заместителем премьер-министра и министром земледелия. В 1947 году англичане устроили ему тайный побег к себе на остров. Вскоре Миколайчик перебрался в США. "Патриот" Польши на английские и американские деньги.

Юзеф Бек (1894-1944) - пилсудчик, полковник; служил в польской дефензиве (разведке); с 1932-го по 1939-е годы - министр иностранных дел Польши. Как министр иностранных дел, он проводил проберлинскую политику, отличаясь, как, впрочем, почти вся Польша поголовно, выраженным неприятием всего русского. При разгроме Польши в сентябре 1939-го сбежал в Румынию, где и опочил через 5 лет. И обратите внимание: немцы его не тронули.

Но и нам, русским, нечего предаваться благодушию. В каком государстве на земном шаре двое его руководителей, один за другим, оказались бы отборными предателями, а один к тому же и пропойца, да ещё забубённый.

Доголосовалась Русь...

1917-й...

Вглядываюсь в то время, вглядываюсь, пока не растворяюсь в той улице, иду с людьми, вливаюсь в толпу. Слышу её движение, покашливания, смешки, отзыв на каждое слово оратора. Кроют матеркам, не стесняются. Горло перехватывает дым от самосада, натужливо, въедливо звучат голоса ораторов. Все распинаются в любви и верности России. В ответ - свист, шарканье сапог, выкрики, негодующий или одобрительный гул и напор толпы ближе к трибуне, коли оратор нравится, коли не говорит, а режет по живому.

Заморосит октябрьский дождь. Зябко подует ветер. Толпа разбредается, пропадая в первых сумерках.

И я бреду по той чёрной улице. Один...

Пока один...

В глубокой ночи вижу свет...

Иду на этот свет...

Жить и верить - одно невозможно без другого, ибо свет этот горит в моей душе.

Представитель нашего патриотического движения встретился с потомком старинного русского рода - графом N, - ныне удачливым банкиром. Граф подытожил обмен мнениями: "Вам я помогать не буду. Я мечтаю войти в мировую элиту, мечтаю оказаться там, где бывает Генри Киссинджер..."

Генри Альфред Киссинджер - государственный секретарь США при президенте Ричарде Никсоне (годы президентства Никсона: 1969-1974-е; вскоре после избрания на второй срок Никсон из-за жульничества на выборах оказался вынужден покинуть Белый Дом). В 1999 году 76-летний Киссинджер - по-прежнему глава влиятельной, поистине всемогущей чисто еврейской масонской организации "Бнай Брит", перед которой гнут спину американские президенты.

Чему удивляться? Не Милюков и не Керенский предали последнего русского самодержца. Они всегда были его врагами и присяге изменили без внутренних терзаний, с охотой и весёлым перемигиванием. Первыми же предали те, кто стоял у трона, кто пользовался всеми привилегиями и милостями своего сюзерена*, всё это именитое дворянство: раззолоченные бароны, графы, князья...
– в своём подавляющем большинстве сугубо космополитическая, наднациональная верхушка России ("вы, жадною толпой стоящие у трона..."), хотя и не вся она была такая. Взять, к примеру, графа Игнатьева...

* Сюзерен - в феодальные времена первый держатель богатств земли, раздававший вассалам поземельную собственность.

Сердце моё принадлежит русскому народу - его обыкновенным, простым людям,, на деле вовсе не простым и вовсе не обыкновенным. Они мне свои, родные...

Жизнь хаотична и глупа, если человек лишён воли. Воля защищает человека в хаосе случайностей, выводит из-под гнёта болезней и не даёт потерять смысл, делая стойким, даже неуязвимым перед врагом.

В общем-то демократия из-за своей идеологии - космополитизма - всегда является выражением международного интереса в национальном пространстве. Она всегда двоедушна по отношению к народу. Всегда готова к сговору с чужим, иностранным миром, сговору в ущерб народу и своей национальной экономике. Она вращается в кругу космополитических интересов, преданно обслуживает их: собственно, для сего она и вызвана к жизни капитализмом (не о народе же печётся строй, в котором за божество стоит прибыль и только прибыль; значит, народ - мордой в землю).

Демократия в современном виде - порождение капитализма, его дитя. Где демократия, там в национальное пространство вторгаются иностранные интересы интересы самых властных и денежных монополий и банков, обычно это или американские, или японские, или израильские банки и монополии (что американские, что еврейские - чаще всего сие одно и то же).

А что значит прислуживать капитализму?

Обратимся вновь к словам Данинга из марксова "Капитала". Нам, пожившим при капитализме, даже очень понятна их логика:

"Капитал боится отсутствия прибыли. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10% - и капитал согласится на любое применение (даже противозаконное.
– Ю.В.). При 20% - становится оживленным. При 50% - положительно готов сломать себе шею. При 100% - он попирает все законы. При 300% - нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти..."

Вот это демократия и призвана обеспечивать, не щадя людей. Для сего она и рождена историей. Свобода, равенство, братство!
– дабы умирать за прибыли капиталистов.

В словах Данинга выражена вся мораль капиталистического общества, во всяком случае, российского, - вся его лживость и лицемерие, прикрытые рассуждениями о правах человека. Свободы при этом строе, действительно, сколько угодно, но вся она сводится к одному: труду во имя барышей хозяев капиталов. Иначе бедность и гибель. Ничто, кроме прибыли, этот строй не интересует. Этот строй всё опошляет и уродует: любовь, веру, искусство, семью, национальную природу народов и государств.

Низменные цели, низменная природа строя определяют и сущность его идеологической надстройки. Она гнусна и обманна.

Не моя власть, не мой порядок, не для меня эти дни.

Нельзя забывать, что в буржуазном государстве правят владельцы капиталов, но никогда - народ. В этом заключена ещё одна великая ложь демократии. Когда читаешь или слышишь слова "всенародно избранный", то чувствуешь, в какой великий обман играют с народом и что за ложь - демократическая избирательная система.

Итак, сионизированный капитализм к исходу XX столетия предельно обострил борьбу за бренное существование. Каждый воюет против всех.