Чтение онлайн

Сегодня разными странами опробуются самые разные варианты проведения переписей.

Даже в рамках «традиционных» переписей давно уже начался отход от классического опросного метода, при котором переписной лист заполняется со слов опрашиваемых официально назначенным счетчиком. Альтернативой ему служит метод самоисчисления, «в странах, где грамотность является фактически всеобщей, а уровень образования сравнительно высок, самоисчисление зачастую может дать более достоверные результаты при гораздо более низких затратах, особенно если существует возможность рассылать и получать обратно переписные листы по почте» [332] .

Метод самоисчисления начал применяться в ряде стран еще во второй половине XIX в., он допускался (в городах) и при российских переписях 1897, 1920, 1926 и 1970 гг. Но в целом, несмотря на то что грамотность населения стремительно росла, российские – и советские, и постсоветские – переписи продолжали проводиться более трудоемким и дорогостоящим методом опроса, что всегда объяснялось неподготовленностью населения. «Для применения метода самоисчисления недостаточно общей грамотности населения, необходимы не только определенный уровень образования вообще, но и определенная статистическая грамотность, навыки по заполнению переписных листов и других форм первичной учетной документации. Поэтому переписные листы при переписи 1970 г., как правило, будут заполняться счетчиками путем опроса населения» [333] . В 1970 г. инструкция по переписи еще допускала исключения из правила, самостоятельное заполнение переписного листа, при последующих переписях не было и этого.

При этом остаются архаичными и сами методы опроса с занесением информации на бумажные носители, тогда как во многих странах внедряются современные безбумажные технологии. В этом смысле интересен опыт Бразилии – огромной страны с населением, большим по численности, но менее образованным, чем население России, существенно более бедной (ВВП на душу населения в долларах США по паритету покупательной способности в 2008 г. в Бразилии был примерно в 1,5 раза ниже, чем в России). Еще в 2007 г. при проведении сельскохозяйственной переписи в целях сокращения расходов, времени сбора информации и повышения ее качества, улучшения своевременности передачи и распространения данных традиционная анкета для сбора данных была заменена в Бразилии карманным компьютером для прямого ввода данных, что потребовало не просто приобретения многих десятков тысяч компьютеров, но и реорганизации всей системы сбора и передачи данных. Это было сделано, и через несколько лет этот опыт был использован при проведении всеобщей переписи населения 2010 г. У нас же подобные нововведения пока не обсуждаются даже применительно к будущей переписи раунда 2020 г.

Между тем нововведения, получившие распространение в последние десятилетия, идут намного дальше замены опросов самоисчислением или даже внед рения новейших технологий, они во многом порывают с традиционными подходами к проведению переписей (получение данных только прямым опросом, единство критической даты и т. п.). Обзор новых методов проведения переписей приведен в табл. 4, заимствованной из статьи М. А. Клупта и О. Н. Никифорова [334] .

Таблица 4. Методы проведения переписей в США в 2010 г. и странах ЕС в 2011 г.

Источники: Учет бездомных в ходе переписей 2010 года: непосредственная перепись и использование данных реестров // Экон. и Социальный совет ООН. Европ. экон. комиссия. Конференция европ. статистиков. Документ ECE/CES/GE .41/2009/7; Census 2011/Statistisches Bundesamt Deutchland. http://www.destatis.de/jetspeed/portal/cms/Sites/destatis//Internet/EN/Navigation/Census/Census.psml.

Как отмечают авторы статьи, «вопрос об использовании альтернативных методов проведения переписей в России созрел для широкого обсуждения и последующих практических действий. Развитие альтернативных методов проведения переписей может стать важной составной частью информатизации российского общества и создания в стране единого информационного пространства. В перспективе использование таких методов позволит также более равномерно распределять во времени бюджетные расходы по проведению переписи. Как показывает зарубежный опыт, переход к использованию альтернативных переписей занимает не менее одного десятилетия, поэтому первые шаги в данном направлении следует предпринять через короткое время после окончания Всероссийской переписи населения 2010 г.» [335] Можно согласиться с авторами статьи, обсуждающими, какой из представленных в таблице вариантов наиболее соответствует российским условиям, в том, что «более реалистичным является комбинированный метод проведения переписи, включающий как традиционный, так и новые подходы к ее проведению» [336] . Но то, что методы проведения переписи в России необходимо сдвинуть с мертвой точки, как и то, что мы уже сильно опаздываем с реформированием системы переписей, не вызывает сомнения.

Важно не только провести перепись, но и довести ее результаты до потребителей (исследователей, государственных чиновников), а также до широкой общественности. Здесь существует и обратная связь: чем больше общество знает о результатах переписей населения и их использовании, тем более заинтересованно оно относится к их проведению и тем более успешно проходят переписи. История переписей – это также и история публикации их итогов.

История отечественных переписей свидетельствует скорее о недооценке, а часто и прямом игнорировании этих соображений. Самой большой полнотой публикаций результатов отличалась перепись 1926 г. Она прошла в декабре 1926 г., а уже в 1927 г. было опубликовано несколько выпусков ее предварительных итогов. В течение 1928–1931 гг. было опубликовано 56 томов окончательных результатов. Результаты «вредительской» переписи 1937 г., естественно, не публиковались. После проведения переписи 1939 г. ограничились несколькими газетными публикациями (правда, в этом случае отсутствие публикаций объясняют начавшейся войной). После проведения переписи населения 1959 г. в течение четырех лет было опубликовано 17 томов. Перепись 1970 г. завершилась публикацией семи томов. Но самой «непубликабельной» стала перепись 1979 г., через пять (!) лет после которой был издан всего один куцый том, не содержавший даже возрастных распределений [337] . Результаты переписи населения 1989 г. должны были быть изданы с гораздо большей полнотой, и была проделана большая работа по подготовке многотомного издания, но она осталась незавершенной из-за распада СССР. И только результаты переписи 2002 г. были полноценно изданы в 14 томах, ожидается и подробная публикация результатов переписи 2010 г., причем в обоих случаях добавляется доступность результатов переписи не только в печатных изданиях, но и в Интернете.

Таким образом, недоступность или неполная доступность результатов переписи, тормозившие демографический анализ и демографические исследования в России на протяжении всего XX в., уходят в прошлое. Однако радоваться этому рано. Пока в России преодолевали, и то, как мы видели, не всегда успешно, нелепые ограничения на получение и использование стандартной статистической информации о населении, мировая практика работы со статистическими данными, получив мощный импульс от стремительного развития электронно-вычислительной техники, сделала новый шаг. Сейчас во всем мире при анализе социально-демографических процессов все чаще обращаются к информационным массивам нового типа, основанным на деперсонализированных индивидуальных данных о населении, совершенствуются методы создания и обработки таких массивов. Это необыкновенно расширяет возможности использования переписных данных, равно как и данных, получаемых из других источников, их комбинирования, создает как бы некое многомерное информационное пространство, внутри которого резко повышается возможность исследования самых разных сочетаний характеристик и признаков, а значит, и намного более углубленного анализа изучаемых процессов. При этом анонимность используемых данных надежно защищена, ее охране обычно уделяется особое внимание. Россия же пока занимает выжидательную позицию, что на деле оборачивается еще одним ее отставанием от мирового уровня.

Каждой стране хочется гордиться своей историей, и у каждой страны для этого бывают основания. Но если искать в истории только основания для гордости, то сама история начинает напоминать прогулку по паркету, чего как раз никогда не бывает, а достойная гордость превращается в банальную бахвалу.

История российских переписей населения – отнюдь не история непрерывных побед. В ней было слишком много запаздываний, срывов, неудач и недоделок, они нуждаются в очень серьезном осмыслении. В этом осмыслении должны, конечно, принять участие эксперты, специалисты – статистики, социологи, демографы, этнологи и т. д. Но их усилий недостаточно. Нужно, чтобы все общество почувствовало, осознало потребность в «зеркале» переписи, чтобы оно само позаботилось о надежности и беспристрастности этого «зеркала». Не берусь предсказывать будущее, но если говорить о крайних вариантах, то их, как мне представляется, может быть только два. Либо в обществе существует стремление, заинтересованность периодически взглянуть на свой коллективный портрет, подвести – с максимально возможной на данный момент точностью – промежуточные итоги своего развития и, осмыслив их, двинуться дальше. Либо такой заинтересованности нет – но в этом случае нет и самого общества.

В жизни редко реализуются крайние варианты, более вероятны промежуточные сценарии. Но важно, к какой из крайностей осуществившийся сценарий ближе.

<..> Михаил Вениаминович Курман прожил 75 лет, из них 18,5 – четверть жизни – с клеймом государственного преступника, «врага народа». По обычным человеческим меркам судьба автора воспоминаний необыкновенна – что-то вроде графа Монте-Кристо, чудом возвратившегося из небытия. По советским же меркам 30-50-х годов XX в. – обычная, рядовая судьба, которую разделили миллионы.

Даже если взять намного более узкий круг людей – профессиональную среду, к которой принадлежал Курман, демографов, – и здесь нет ничего необычного. Их почти всех уничтожили или «изолировали», а их и было не так-то много. Демография – не генетика, академическая отрасль со сложившимися традициями, институтами, блестящими, известными всему миру именами. Чтобы извести все это, понадобились крупные провокации, громкие спектакли, мощное идеологическое давление. Мастера политической интриги сталинской школы гордились своей работой, сами искали аудитории – тут и не захочешь, а узнаешь.