Чтение онлайн

Его надежды оправдались. Сейчас Елена Борисовна легко согласилась вести уроки в девятых-десятых классах.

И вот эта хорошенькая брюнетка, с великолепной фигурой и ямочками на щеках, появилась на пороге Петиного класса. Отказавшись от директорского вступительного слова, она представилась сама.

Тишина в классе, с которой встретили нового учителя, напоминала шок. Никто не ожидал такого явления, к тому же внешний вид исторички разил наповал. Девчонок – прической, костюмом и замшевыми туфлями на скрытой платформе, парней – безупречной фигурой и стройностью ног. Они привыкли видеть ее в толстенном свитере, брюках и меховых сапогах, – ведь пристройка, где располагалась библиотека, почти не отапливалась.

– Здравствуйте! Я ваш новый учитель истории, – просто сказала красавица и улыбнулась.

– Здрасте, – удивленно протянул Петя и переглянулся со своим другом Дмитрием.

– Интересно, а Веру Ильиничну вы встречали стоя или так же, как сейчас, развалясь на стульях? – поинтересовалась Елена Борисовна.

– Естественно, мы вставали, – ответил за всех Дмитрий.

– Почему «естественно»?

– Ну-у… Возраст и все такое…

– Значит, мой возраст вас не устраивает?

– Ну, почему? – весело отозвался Петя. – Очень даже устраивает.

Класс загудел, довольный удачной шуткой.

– А вы временно или насовсем? – звонко выкрикнула Эля Киселева.

– Надеюсь, что насовсем, – без тени кокетства ответила учительница.

– Клево, – одобрил Дмитрий и толкнул своего друга локтем.

– Вас я хорошо знаю, поэтому официальную часть закончим и приступим к уроку.

Все зашевелились, зашуршали тетрадями.

– Предлагаю написать эссе на свободную тему: «Исторические личности. Гений и злодей». Работа рассчитана до конца урока. На следующем занятии мы обсудим ваше творчество, и каждый сам оценит его по пятибалльной системе. Договорились?

– А какое время брать? Наше? – морща лоб, спросил Петя.

– Любое. От древности до наших дней.

Класс погрузился в раздумье. Те, к кому приходило озарение, начинали увлеченно писать, время от времени делая паузы, чтобы собраться с мыслями.

Елене Борисовне доставляло огромное удовольствие наблюдать за учениками. Каждый – индивидуальность. Взять, к примеру, Петю Столбова. Этого любознательного начитанного юношу учительница знала давно. Его конек – историческая литература. Уж за него-то она не переживает – напишет лучше всех. А вот Дима Воробьев, его сосед, вряд ли справится с заданием. Он по натуре технарь – физика, математика. Даже имеет дипломы областных олимпиад.

Взгляд учительницы остановился на Эле Киселевой. Красивая девочка. Даже очень красивая. В библиотеке бывает редко, лишь перед сочинением, чтобы выписать цитаты. Зато ее подруга Даша, с некрасивым, но одухотворенным лицом, читает много и все подряд: классику, современные романы, приключения. А недавно, заглянув в библиотеку, попросила книгу о Наполеоне. Странный выбор.

Бросив взгляд на последнюю парту среднего ряда, Елена Борисовна заметила, что юноша в черном пуловере откинулся на спинку стула и обводит класс безразличным взглядом. Она решила понаблюдать, а уж потом поинтересоваться, в чем там дело.

Но прошло еще пять минут, а парень в черном по-прежнему бездельничал. Скрестив на груди руки, он равнодушно смотрел в окно.

– Молодой человек, – вполголоса обратилась к нему Елена Борисовна, – к сожалению, не знаю вашего имени…

– Антон Шпултаков, – надменно представился он и смерил учителя холодным взглядом.

– Задание касается всех, почему не пишете?

– Не хочу.

– А причина?

– Не интересно.

– Но предмет «история» обязателен для всех, вам придется выполнять задания…

– Это вы называете заданием?

Его слова и тон, какими они были произнесены, – ледяной, презрительный – потрясли бедную Елену Борисовну. Она вдруг вспомнила события двухгодичной давности, когда ее буквально травила кучка отморозков из десятого класса.

Значит, ничего не изменилось. Но она-то уже давно не робкая выпускница универа, теряющая дар речи от хамства. Она встанет на тропу войны, чего бы ей это ни стоило!

– Я попрошу вас выйти из класса, – приказала она.

– Еще чего! – фыркнул юный нахал.

– Вон из класса! – рявкнула бывшая библиотекарша и жестко добавила: – Я отказываюсь преподавать вам историю. Ищите другого учителя.

– Что-что? – театрально сморщился Шпултаков. – Вы не имеете права…

Неизвестно, чем бы закончилось это противостояние, но к Антону с двух сторон подскочили Дмитрий и Петр, схватили под руки, вытащили из-за стола и молча вывели за дверь.

Класс затаив дыхание смотрел на героев, невозмутимо вернувшихся на свое место и как ни в чем ни бывало продолживших писать эссе.

– Ни фига се! – в полной тишине присвистнул Леха. – Столб, слушай, а что, если ты у меня будешь гением, а Шпуля – злодеем?

– Не возражаю, – не отрываясь от своей тетради, глухо произнес Петя.

Елена Борисовна подошла к парням, наказавшим наглеца, и прошептала:

– Спасибо, ребята. Я бы не справилась.

Петя посмотрел ей в глаза и вдруг почувствовал что-то вроде легкого головокружения.

Они целовались в подъезде. Терпения, чтобы сначала добраться до пятнадцатого этажа и войти в квартиру, не хватило. Евгений так крепко притиснул к себе Лиду, что у нее перехватило дыхание.

– Сумасшедший! – выдохнула она, едва он ослабил объятия.

– Лидка, молчи, не надо ничего говорить, – бормотал он, осыпая поцелуями ее лицо.

Стук чьей-то двери заставил их вздрогнуть, оторваться друг от друга.

– Жень, – взмолилась Лида, – может, остановимся? Мне все кажется, что это не с нами происходит, что это сон. Так не бывает. Слишком пожилые Ромео и Джульетта.

– Перестань. Нам и сорока нет, какие мы пожилые?

– Но давно не шестнадцать.

– Да что понимают в любви сосунки шестнадцати лет! Вот хлебнут лиха, узнают, как с нелюбимой жить…

– Неправда. Ты любил ее.

– Когда это было! И было ли вообще? Как с тобой – точно не было.

– Было – не было… Кто теперь рассудит. Мы поддались страсти, плывем по течению. Наверное, так нельзя. Жить одним днем, одним мгновением.

– Если это счастье, то можно. И даже нужно. Иначе не стоит жить.

– Вот, значит, твое кредо?

– Лид, ну перестань философствовать. Пойдем в лифт. Если честно, я голоден, как стая волков. Я уже и на тебя смотрю как-то гастрономически.