Чтение онлайн

— Если б исправно сдавал, под бескозырку не загудел бы, да,— перебил Сашку Сталкер,— так что не очень-то... утрируй.

— Всё равно,— Сашка махнул рукой,— ходил ведь?.. И как из флота откинулся, прямиком в Ильи устремился, как и Пит! А Динамитрий с Удавом лишь по разику нарисовались, крутостью дембельской блеснули — и сгинули, “не понятые интеллигентной общественностью”... Тьфу! Почему пьянь всякая, которой по барабану, где пить, каждые выходные исправно в Журнале отмечается — а Коровин, к примеру,— хоть уж как его иной раз ждут! — времени выбрать не может?.. Жениться, чтоб дома сидеть? Чушь. На фиг такое щастье,— и ведь все знают, чем оно всё равно потом заканчивается... Ходить — так вдвоём, как мы с Ленкой. Или ещё вопрос: отчего Мамонт спился? Пещеры в этом виноваты? Лес? Снова чушь — в пещерах вина не продают. Никто не спивается, а Мамонт бедненький... И работа не повод, чтоб не ходить. Хмырь вкалывает на своей стройке два дня по 12 часов, на третий только отдыхает — и то условно: на телефоне висит, то с подрядчиками ругаясь, то по складам в поисках материалов колеся,— но ведь приезжает! Хомо, опять же, возьми: считай, не отлипает от баранки своей, едва из одного рейса возвращается – в новый гонят… Но эмблемы к слёту памяти Шагала он штамповал, а не Завхоз безработный, скажем. С другом своим Пифом на пару. Да и Пищер — конечно, отец-основатель,— привёл меня в Систему, сказал: «Ходи», сказал многозначительно так: «Это — Сказка, это — Поэзия, это — Чудо, береги это всё, чтобы и нам, и тем, кто после придёт, хватило»,— а сам... Почему такие, как Пальцев, Крицкий и Вятчин лазят по дырам — а такие, как Пещерный Житель, перестают? Что заставляет их бросать пещеры? Грязь?.. Так с ней бороться надо, с грязью. Ах, Крицкий с Вятчиным его, видете-ли, обидели, сорвали эксперимент. Ах, видите-ли, ГБ нам под землю ходить мешает, да дауны всякие, что пещеру засерают, волоки ставят да разоряют гроты наши... С таким трудом и любовью оборудованные. Ну и что? А кому они в этой стране не мешают??? Он же обиделся, как маленький — и в кусты. Правильно. «Запах чем хорош: не нравится — отойди...» Ну, давайте теперь всё уйдём. А они — останутся: пьянь, люмпены, ГБ да эти их сучки-прихлебатели — “спелеодельцы”...

: Он так и сказал последнее слово — без ударения, что получилось “дельцы”.

— Списатели,— уточнил Сталкер.

— Сашка отошёл к дровам, схватил топор, застучал по лесине.

— А зачем они ходят? Что им надо под землёй — ну, тем, кто волоки ставит, гадит, пьёт?.. — тихо спросил Пит.

— “Рыбари”,— хмыкнул Сталкер.

— Что-что?

— “Свечек” своих помнишь?

Пит кивнул.

— Рыбари. Из Стругацких. “Хищные тё... пардон, вещи века”. Были там такие — любители сверхострых наслаждений... В старое метро лазили — типа диггеров нонешних.

: Все замолчали. Лена потянулась к гитаре, отёрла с деки влагу, подстроила струну. Люба думала о Лёше: доехал-ли он до Москвы. Вспомнила, что кошелёк у него был в кармане рубашки под комбезом.

Сталкер думал о том, что Лёшка наверняка свяжется с “отрядом Пальцева”. Потому что НБС больше нет — ‘попрятались, суки’ — кто вскипел/уехал,— кто где?.. — и кроме Пальцева, кем бы он ни был, выезжать на спасы некому. А значит, завтра днём бравые пальцевские ребятушки из “спасотряда” будут здесь — и им, наверное, лучше уйти, потому что Сашка ведь не сдержится — вон как он некстати разъярился,— НО КАК ОБЪЯСНИТЬ ЭТО ЕМУ?..

— Костёр задымил; Сталкер нагнулся, перевернул дымящее бревно к огню другим боком. Подошёл Сашка с охапкой дров, с шумом сбросил их на угли, повесил на трос кан с чаем. Сверху снова заморосило — июнь был, как июнь, в Старице в июне погода всегда была мерзкая,— если вдуматься, в этом выходе им ещё повезло — а как, к примеру, поливало в прошлом году — да ещё ветер дул просто бешеный, ни костра было толком не разжечь, ни обогреться, ни обсушиться,— дуло прямо в обрыв с реки — но ведь привыкли каждый раз становиться над обрывами, такая красота — особенно в закат, когда, конечно, “его бывало видно”,— и поди, заставь себя изменить привычке,—

Сашка присел на корточки, достал сигарету, размял её; вытащил из костра головёшку и вдруг сказал:

— И где был тот же Пищер, когда они взрывали наши Ильи???

* * *

– из ранних стихов Гены Коровина:

Мне встретилось полярное сияние –

Хоть под землёю на сиянья табу,

Мне встретилось полярное сияние,

Когда я шёл с канистрой к водокапу.

Мне не поверят братья-спелеологи:

Такое даже выдумать навряд-ли!

А между тем его цветные сполохи

Дрожали, словно занавес в театре;

Струился свет в проходе узком лентами

И мимо проходил меня, бледнея,—

Но глаз моих касался он моментами

И я не знал Касания нежнее.

Я слышу ироничные вздыхания

Сторонников научной пустоты,

Что лишь у полюсов видны сияния –

НО ПОД ЗЕМЛЁЮ ПОЛЮС ТЕМНОТЫ!

Мне не поверят горе-спелеолухи,

Но под землёй

меня в моих скитаньях

С тех пор всегда сопровождают сполохи

ПОДЗЕМНОГО

ВОЛШЕБНОГО

СИЯНЬЯ...

* * *

—— Пробуждение было мгновенным.

: Никакого сна. Свод казался ощутимо зримым, будто подсвеченным изнутри. И даже не изнутри, а откуда-то извне. Сбоку. Едва воспринимаемый блеклый серо-зелёный свет. Карнизная плита над ногами, трещины — невнятно, но явно; сложный узор выступов и впадин — странно чужой, но тот же, это было ясно само собой — и дальше к краю грота, по потолку над входом, угол стены и плиты — россыпью маленьких сине-зелёных огоньков. Словно рассыпанные по потолку угольки-гнилушки или карта созвездий,—

— Рассыпанные по потолку???

: Осторожно открываем глаза...

..: Тоже самое. Третий раз — как и в первый. Он уже знал, что будет дальше.

— Пищер... — сбоку шёпот Сашки. Ясный, не сонный. Впрочем, и в прошлый раз, и на второй день, когда увидели это впервые, всё уже было переговорено, сказано, высказано... И споры дурацкие — Сашка с Завхозом и Ю.Д.А. опять схватились...

— Конечно, никто не спит. Все просыпались разом. Внезапное пробуждение — подобное шоку чувство бодрости: будто и не спал. И эти “пальцы”, “когти”, “глаза”, “узоры”, “звёздочки” — как их только ни называли!..

: Лёгкое электрическое потрескивание.

— Вижу,— хрипло отозвался Сталкер.

— Он высвободил руку, откинул с лица край спальника, прикрыл глаза рукой.

..: Как и в прошлый раз. Лёгкий неясный контур, грань меж неким телом — телом руки?! — и пространством мягкими чёрно-серыми линиями. Внутри контура — будто восковой каркас. Кости, скелет,—

«Интересно, видно это на самом деле — или мнимое изображение, от напряжения мышц руки?»

Стоило залезть сюда на две недели, чтобы увидеть это...

— Рисуй,— шёпотом справа. Это Завхоз.

— Чёрт его знает, где бумага,— явно Белкин.

— Дурак,— тихо, кратко, уверенно. Ю.Д.А.

: Первый раз свечение увидели на вторую ночь. Конечно, и до них видели многие. Ну и что? Одни легенды. Потом увидели ещё через неделю. И вот снова. Осталась ещё одна, и то не всем. Завтра они поднимутся на поверхность, уедут,— внизу останутся только он, База, Ю.Д.А. и КрАкодил.

— Персей... — это Коровин.

— Персей? Ковш! — Ю.Д.А.

: Они знают небо.

— Ковш слева,— голос Сталкера. Ну, этого-то в расчёт можно не принимать — “прикол ради прикола”, лишь бы стравить спорщиков — как он в самый разгар завхозовского спора с Ларкиным о личных геологических коллекциях — «А хладопирит у тебя есть?..» — «Есть! А амазонит у тебя есть???» — «Есть! Только сейчас нет, я его для одной выставки в музей одолжил!..» — вставил: «А амидопирин у тебя есть???»,— и Завхоз с Ларкиным попались, в унисон гаркнув: «Есть!..»

— Свод в гроте от хохота остальных чуть не рухнул... В этом — весь Сталкер,—