Чтение онлайн

Значит — надо было отступать вверх и искать выход уже оттуда. В крайнем случае — держаться до последнего. Это чужая страна, десантники не могут штурмовать здание долго, их лимит времени ограничен запасом топлива в вертолетах. Рано или поздно — они будут вынуждены отступить, вне зависимости от выполнения боевой задачи. И если он к этому времени будет жив — значит, он спасен.

Выбравшись на второй этаж — он увидел длинный, прямой, простреливаемый на всем его протяжении коридор. В нем черти что творилось… дым, пыль, окна давно разбиты, пули крупнокалиберных пулеметов выламывают ценные куски стены, впереди что-то горит. Хорошо, что не бьют из гранатометов… видимо, им нужен труп Альварадо, который можно опознать. Или даже живой Альварадо, который может много чего интересного порассказать.

На карачках, не показываясь в оконных проемах, он пополз вперед. Внизу громыхнуло, глухо и сильно — скорее всего, штурмовая группа взрывает двери либо проделывает проходы в стенах, чтобы ворваться внутрь. Надо забиться в какую-нибудь щель, но…

Руками он наткнулся на труп, рядом с ним лежало странное, заваленное вываленной из оконного проема рамой оружие. Он освободил его, аж присвистнул от удивления. Барретт М82А2, противовертолетная версия винтовки, которая изготавливалась специально для министерства обороны Великобритании [24] , чрезвычайно эффективная вещь! Он подтянул ее к себе… как и любой САСовец он умел обращаться с подобным оружием, идеальным для небольшой группы диверсантов-саботажников в тылу врага. Рискнуть?

Он встал между двумя оконными проемами, прикрытый стеной, дождался — пока очередная пулеметная очередь пройдет по стене рядом с ним. И — на мгновение, показавшись в окне, выстрелил в зависший в пятидесяти метрах от здания вертолет…

Показалось или? Кажется, вспышка.

Капитан упал на пол, уходя от ответного огня, пополз по заваленному гильзами, обломками стены и человеческими телами полу.

В боеспособном состоянии — дверей достигли всего шесть человек. По правилам проведения операции — помощь разрешалось оказывать только по прохождении сигнала «пожар потушен». Их было слишком мало, чтобы отвлекаться на что-то, кроме боя.

— Черт! Кипер — давай!

Кипер штатный сапер их отряда — сноровисто начал крепить рамки с взрывчатым веществом на оконный проем. Проходиться через двери было слишком опасно. Было бы хорошо, если бы это был обычный для юга дом, с почти картонными стенами — но это настоящая крепость, стены из армированного бетона. Тот, для кого строился этот особняк — имел много врагов и много денег — потому строился с размахом. Здесь даже система отопления была — нужная в холодных горах.

— Бойся!

Спецназовцы пригнулись, наверху грохнуло, полетели осколки. Направленный взрыв пластиковой взрывчатки — выбил раму с бронестеклом.

— Пошли! Пошли!

Годак, как самый здоровый из оставшихся — встал спиной к стене, руки в замок на уровне пояса. Один за другим пять оставшихся боеспособными членов их группы перебрались в дом, последний — подал ему руку.

Комната. Большая, все в пыли, в дыму. Они на что-то наткнулись, оказалось — пианино…

Чертов ублюдок, наркотиками торгует и музицирует.

— Дверь!

Они выстраиваются в штурмовом порядке. У Годака — пулемет ПКМ с питанием из заплечного рюкзака, поэтому он — идет первым. Его задача — блокировать коридор огнем, подавлять противника, пока двое других — проверяют комнаты. Задача не из легких — каждый труп может оказаться трупом Злодея — так в переговорах значится Альварадо — и его надо будет забрать с собой.

В коридоре он дал длинную очередь, по стенам, по какой-то дряни, что стояла в коридоре. Ответного огня не последовало.

— Чисто!

— Первая группа к центральной лестнице! Вторая — проверяйте все комнаты! Все комнаты до единой!

Перед тем, как идти на это смертельно опасное задание — для них выстроили макет здания на базе Форт Хуачука. Чертежи взяли у международной строительной фирмы из Австро-Венгрии, которая строила это здание.

Лестница — широкая, парадная лестница, спускающаяся со второго этажа в большой зал — холл. Зал настолько большой, что в нем можно устраивать вечеринки и балы, а лестница для того, чтобы хозяин особняка спускался к гостям со всем возможным величием. Сейчас — с обеих сторон огневые точки, со второго этажа автоматный огонь, почти не прекращаясь. Бьют короткими очередями — но почти непрерывно простреливая все пространство зала.

Огонь со второго этажа заставляет спецназовцев затормозить продвижение.

— Я прикрою! — дышать нечем от пыли и дыма, не видно даже стрелков, видны только вспышки выстрелов — вы пробивайте из подствольников!

— Белые — всем группам, мы вошли, правое крыло, продвигаемся по коридору!

— Золотые, мы блокированы огнем в центральной части! Зачищаем левое крыло!

За спинами вспыхивает перестрелка, сразу же обрывается.

— Золотые, минус один, зачищаем левое крыло!

Видимо, кто-то пытался укрыться в одной из комнат.

— Ну!

Выйдя из-за укрытия — угла коридора — он открыл ураганный огонь по мерцающим вверху вспышкам. Выпустил семьдесят или восемьдесят пуль, одновременно с этим — открыли огонь из подствольников Бенсон и Хименес. Вспышки разрывов и в дыму — и вспышки погасли, огонь прекратился.

Они уже начинали понимать, что произошло. Потеряв часть людей, пытаясь задержать прорыв штурмовой группы к самому зданию, стреляя из окон — оставшиеся в живых стали умнее, теперь они будут удерживать ключевые точки самого здания, принимая бой в здании, где у штурмующих не будет самого главного преимущества — поддержки огнем бортовых пулеметов. Здесь они попытаются реализовать свое самое главное преимущество — им можно тянуть время, оно у них есть, а вот у американцев его нет, и они будут вынуждены идти напролом.

Чаще всего бой — это цепочка совпадений, играющих на руку той или другой стороне. Большинство планов операций, которые предусматривают нечто большее, чем несколько выстрелов по цели со статичной позиции и отход — не выдерживают столкновения с реальностью уже на первых минутах боя.

Вертолет Драгун-три был уже поврежден — в него попала и разорвалась граната подствольного гранатомета, критических повреждений это не причинило — но первый пилот был ранен, и управление был вынужден принять на себя второй пилот. А вот пуля калибра 12,7, пущенная капитаном Ритцем-Дэвисом — по невероятному стечению обстоятельств ударила в уже ослабленное остекление кабины, пробила его и убила на месте второго пилота. Неуправляемый вертолет, управление которым попытался перехватить уже раненый первый пилот — повело вправо и вниз, запаса высоты не было — и он рухнул в паре десятков метров от дома, перевернувшись на бок — хорошо, что только с высоты в десять метров.

— Господи! Драгун-три падает! Драгун-три выведен из строя! Драгун-три сбит! Драгун-три на земле, Драгун-три — на земле! — закричал пилот вертолета Драгун-один, отводя машину выше и левее, чтобы не стать жертвой ведущегося из дома огня самому.

— Драгун один, это Вышка-контроль, что там у вас происходит?!

— Вышка, Драгун-три сбит, Драгун-три небоеспособен! Он сбит! Бьем в металл, повторяю — бьем в металл!

— Драгун один, это Вышка, вопрос — видите пламя, повторяю — видите пламя?