Чтение онлайн

Пресвятой Бог!

Передо мной – на краю просеки лежали несколько скелетов. Выложенных в ряд. То, что я воспринял как белые точки – на снимке большего разрешения оказались черепами.

– Судя по положению тел – это все не просто так. Их выложили рядком и бросили. Причем – когда на костях еще было мясо. Все кости лежат правильно, скелеты так не перенесешь.

– Расстреляли?

– Непонятно, сэр.

Могло быть и такое – теоретически. Самолет выполнил рейс с грузом, по прилету команду выстроили рядком у кромки полосы – и из автомата. Но – маловероятно, слетанная команда, имеющая опыт взлета и посадки в таких условиях – ценится куда больше, чем, к примеру, самолет. Самолет можно новый купить, у наркомафии денег полно. А вот команда…

Если только схлестнулись конкуренты. Иначе – никак.

– Еще что?

– Больше ничего, сэр.

– Второй эксплорер уже послали?

– Немедленно, сэр. Первый спешно подготавливаем к повторному вылету.

– Карту. Наложите.

Мы мрачно смотрели на карту – глухомань еще та. Сикорские – на пределе возможностей, на обратный полет топлива уже не хватит. И это – морские вертолеты, переделанные тральщики с их огромными баками! Сухопутным – и вовсе там делать нечего.

Я примерно прикинул – от Амазонки, точнее от одного из ее притоков – километров шестьдесят по джунглям. Никакой дороги туда нет, населенных пунктов – тем более.

– Какая то информация есть?

– Нет, сэр. Район считается ничейным, тут только индейцы.

– Степень агрессивности?

– Неизвестно, сэр.

– Экспедиции?

– Крайняя проходила вдоль русла притока, вглубь – не уходила.

– Что за экспедиция?

– Минуточку, сэр… Персидское этнографическое общество. Экспедиция восемьдесят девятого года.

О как!

– Э… а существует функция отбора? Мне важно знать обо всех экспедициях Персии на этом континенте.

– Да, сэр, минутку.

Пропустили! Дураки, пропустили! Еще тогда пропустили, в Персии. Этнографические экспедиции – отличное прикрытие для разведывательной деятельности. Одному Богу известно – когда шахиншах все это задумал и начал претворять план в реальность. С этнографическими экспедициями в глухие места надо было разобраться еще тогда! А мы – ничего кроме Афганистана не видели.

– Готово, сэр. Распечатать?

– Не нужно. Перегоните на диск, на досуге посмотрю.

– Есть.

– Досягаемость по вертолетам? Головин?

Головин, который у нас по судовой роли был старшим авиагруппы, скептически покачал головой

– Сомнительно, сэр. Мы не сможем действовать в этом районе, нужен какой-то промежуточный лагерь. Нужно завезти туда топливо…

– Джентльмены, мы что-то нашли?

Мы все обернулись – конгрессмен держал в руке большого тунца и смотрел на нас. Черт, еще и это…

– Я должен лететь.

Так и есть.

– Сэр, не думаю что это хорошая идея – заявил я, потому что функция удерживания конгрессмена от неприятностей на расстоянии была и за мной тоже – это чрезвычайно опасное место, поверьте. Там нечего делать.

– Господа, правительство Североамериканских соединенных штатов профинансировало эту экспедицию, и я хочу знать, как тратятся денежки. И точка.

– Сэр, правительство САСШ профинансировало экспедицию лишь наполовину и у меня такие же права, как и у вас, сэр. Если я не собираюсь лезть в эти проклятые джунгли – зачем это делать вам, сэр?

– Если вы трус, то это ваши проблемы!

Никак не могу привыкнуть к американской манере говорить все, что ты думаешь в лицо, не думая о последствиях. У нас – дуэли быстро научили следить за языком.

– Мистер конгрессмен, я вице-адмирал флота и участвовал лично в большем количестве боевых операций, чем вы профинансировали, сидя в своем Конгрессе. Подозреваю, что самая серьезная переделка, в которой вы участвовали лично – это сафари, на которое вы съездили по приглашению какой-нибудь фирмы, занимающейся лоббизмом. Там – тоже самое сафари, мистер конгрессмен, вот только непонятно кто есть кто – кто охотник, а кто дичь.

Вместо ответа – конгрессмен расстегнул рубашку. Несколько белых шрамов выделялись на загорелом теле.

– Как-то раз – я тогда еще не был конгрессменом – я шел по улице и увидел, как один ублюдок грабит женщину с ребенком. Как потом оказалось – это было уже не первое его дело и даже не десятое. У меня не было оружия, мистер вице-адмирал, потому что я не вижу в нем смысла – но я схватил этого ублюдка и держал его до тех, пока нас так не нашла полиция. Четырнадцать ножевых ранений и примерно три пинты крови на земле – но я его не отпустил. Вот так вот.

Я покачал головой. Вот упрямый ублюдок. Такие есть – они считают, что могут в одиночку переделать мир, и от этой болезни не излечивают даже четырнадцать ножевых ранений и три пинты крови на земле. И теперь, получается, придется лететь и мне, потому как присутствие североамериканца на месте требует присутствии и русского. Кроме того, мне брошен открытый вызов и обвинение в трусости.

– Нормального туалета там не будет. Душа по утрам тоже.

– Я родился в доме, где не было ни того, ни другого.

– Отношение к оружию вам придется пересмотреть. Невооруженный человек в джунглях – не более чем жертва.

– Пусть так.

– Мистер Ругид?

Полковник старался сохранять нейтральное выражение лица. Но это был его конгрессмен, а не мой.

– Я подберу вам обмундирование, сэр. И научу обращаться с оружием. Прошу вас следовать за мной.

Когда полковник с конгрессменом вышли – все мрачно посмотрели на меня. Гражданский в такой ситуации – не более чем обуза. Все хорошо поняли мою мотивацию не ехать, я тоже почти что гражданский теперь. Но теперь – деваться некуда.

– Все – пресек не относящиеся к делу мысли я – готовимся к вылету. Группе разведки – подберите нам хоть какую-то посадочную площадку в этом районе. Техникам – проверить вертолеты. Остальным – подготовить снаряжение, запас провизии как минимум на неделю. Выступаем ночью…

02 сентября 2005 года

Да, точно. Полный рок-н-ролл…

Система обеспечения пролетов в ночных условиях на Боинге была лучше, чем на Сикорском, потому что Боинг был машиной для поддержки специальных операций, а Сикорский – переделанным тяжелым гражданским транспортным вертолетом. Поэтому – первым шел неуклюжий, двухвинтовой "чемодан" Боинг, за ним, как привязанный – Сикорский. Нас, сидящих в темном десантном отсеке Сикорского изрядно мотало, я летал на этой модели десятки раз, но никогда не припомню такого неровного полета. Видимо, пилот старался держаться поближе к Боингу, и попадал под воздушную струю от его винтов.