Чтение онлайн

– Ты что?! – возмутилась Лена. – А придатки?! Вдруг вода всё-таки холодная!

– Ну, руки суньте! – не сдавался Женя. – Какая вам разница?

– Нет, так мы ничего не почувствуем, – проявила настойчивость Надежда. – Руки к холоду привычные. Надо или целиком окунуться, или хотя бы по колено…

– Вы надо мной издеваетесь… – простонал Женя, бросая удочку. – Но весь окунаться не буду – даже и не уговаривайте…

Женя снял кеды и носки, подвернул спортивные штаны и осторожно вошёл в воду. Надя и Лена восторженно закричали и принялись прыгать по берегу. Женя удалялся от берега, щупая дно.

– Да вроде нормально, – пробормотал он. – Даже приятно, я бы сказал. Не скользко, не противно…

Словно случайно Надежда поддела ногой кеды Жени – и те вместе с носками оказались в воде.

– Ой… – сказала Надежда. – Я не хотела…

Женя, который отошёл уже довольно далеко от берега, оглянулся и увидел, что Надежда и Лена палками пытаются достать из воды его обувь. Женя с угрожающим видом двинулся обратно, и подруги с визгом помчались к лесу.

Женя схватил свои кеды, зачерпнул ими воду и бросился вдогонку. Надежда и Лена с хохотом попытались увернуться, но Женя, сам уже весь мокрый, окатил и девчонок тоже. Взъерошенные, весёлые и счастливые, они вернулись к костру – гречневая каша недовольно пыхтела, подгорая, в котелке…

– Ну что ж, гости дорогие, прошу всех к столу! – сделала приглашающий жест Надежда. – Как говорится, чем богаты, тому и рады…

– Дай нам пять минут, пожалуйста… – попросила Лена. – Надо себя в порядок привести…

– Да без проблем! – махнула рукой Надежда. – Мне, кстати, тоже надо утеплиться…

– Без проблем – хорошее выражение… – заулыбалась Лена. – За тобой, Надь, хоть записывай…

Вскоре Надежда и Лена уже сидели на покрывале в тёплых кофтах, а Женя – в длинном вытянутом свитере, открывающем голые волосатые ноги. У костра на воткнутых в землю палках сушились его спортивные штаны, кеды и носки. Подруги захихикали, глядя на Женю, и тот погрозил им кулаком.

– Так чему мы сегодня рады? – спросил Женя и достал из своего необъятного рюкзака пятилитровую плетёную бутыль с вином, которую торжественно водрузил в центр импровизированного стола. – Вот, Надюха! Кусочек Крыма! «Белый мускат черного камня»! Или «Черный мускат белого камня»?.. Ну, неважно! Везли специально на твой день рождения!

– Ух ты – всплеснула руками Надежда. – Это нереально круто!

– Круто? – переспросила Лена. – Да ещё и нереально? Ещё одно новое выражение… Нереально круто…

Надежда, бросив быстрый взгляд на подругу, прикусила язык и постаралась поскорее поставить рядом с мускатом бутылку водки. Женя одобрительно хмыкнул. Лена засмеялась, полезла в свой рюкзак и выудила оттуда шампанское.

– А это для полного комплекта…

– Ха! – сказала Надежда. – Тогда ещё и вот!

Она ещё порылась в рюкзаке – и появилась ещё одна бутылка шампанского.

– Родители припасли… – с лёгкой грустью сказала Надежда. – Хотели со мной день рождения отметить, но… В общем, уже неважно…

– Так… – Женя довольно потёр руки. – В школу мы завтра точно не пойдём… Тогда начнём, как и положено, с шампанского!

Женя неумело открыл бутылку, попав пробкой прямо в котелок с кашей. Тёплое шампанское хлынуло на покрывало, и девушки со смехом подставили свои кружки.

«Вечер явно не обещает быть томным…», – подумала Надежда, не решившись произнести ещё одно новое для Лены выражение вслух, но это как раз и входило в её планы…

В лесу стемнело – только озеро сквозь опустившийся туман слегка отсвечивало состаренным серебром. У разорённого стола остались Надежда и Женя. Лена спала в палатке – оттуда виднелись её ноги.

Женя совершенно не вязал лыка – он еле удерживал в обеих руках по кружке. Пустая бутыль из-под муската валялась рядом. Надежда вылила Жене сразу в обе кружки остатки водки из бутылки. Сама она при этом была абсолютно трезвой.

– Женечка, и ещё по одной – за дружбу! – Надежда подтолкнула руку Жени, чтобы тот выпил. – Потому что нет ничего важнее дружбы… Разве что любовь…. Хотя нет – это разные вещи… В общем, за дружбу, Жень… Давай-давай, до дна… С двух рук.

– Никольская… – пробормотал заплетающимся языком Женя. – Зачем ты меня хочешь споить? Учти – я Ленку люблю… И никогда – слышишь, никогда… Ни в одном глазу… Я тебя, конечно, тоже люблю, но с тобой – только за дружбу… А вот с Ленкой… С Ленкой – за любовь….

Женя выпил водку из одной кружки, поморщился, икнул и запил водкой из второй. Надежда быстро налила в опустевшую тару шампанское – в бутылке ещё оставалось.

Женя очумелым взглядом уставился на Надежду. Та ободряюще ему кивнула:

– На посошок… Перед сном… По последней…

– Не-не-не… – протестующее замотал головой Женя. – Я не могу пить один… Это же твой день рождения…

Женя, покачиваясь, протянул Надежде одну из кружек. Девушка помедлила, затем взяла.

– Ты прав, – сказала она. – Мне тоже не помешает…

Молодые люди залпом выпили шампанское – и Женя тут же рухнул навзничь на одеяло, отключившись ещё «в полёте».

Надежда подползла к Жене, вытащила кружку у него из-под руки и принялась тормошить.

– Женя, ты спишь? – громким шёпотом спросила она. – Ты точно спишь? Крепко?

Женя спал не то что крепко – он, казалось, вообще умер: глаза закатились, голова безвольно повисла, тело стало тяжёлым.

– Ну ладно… – вздохнула Надежда. – Другого случая всё равно не будет… Прости, Женька… Вряд ли ты меня поймешь… Но по-другому я не могу…

Надежда поднесла руку с часами ближе к огню, посмотрела на время – было два часа ночи.

– Ещё рано… – прошептала она. – Усни покрепче, дружочек… А я пока тут приберусь… Потом не до этого будет…

Надежда прикрыла Женю краем одеяла так, что его длинные худые конечности остались на траве, а сама стала наводить порядок у костра. Через какое-то время Женя заворочался, попытался повернуться на бок и поджать под себя ноги.

– Э, нет… – бросилась к нему Надежда. – Так не пойдет…

Она уселась на ноги парня и прижала их к земле – мертвецки пьяный Женя прекратил попытки изменить позу и захрапел. Девушка встала, немного послушала рулады, которые выдавал Женя, потом перетащила кучу сухого хвороста для костра поближе к его ногам. Осторожно осмотревшись, достала из рюкзака замотанный в газету топорик, развернула – остро наточенное лезвие блеснуло, отразив слабый свет почти погасшего костра.

Между тем, понемногу начинало светать, и Надежда тревожно посмотрела на палатку, где спала Лена, – та могла проснуться в самое неподходящее время. «Чуток и тревожен сон алкоголика», – любила пошутить Савельева, перебрав лишнего, но обычно так и было: сначала она крепко засыпала, а через пару часов резко открывала глаза и потом колобродила до утра, не в силах уснуть. Сейчас этого допустить было нельзя – на кону стояло слишком много, чтобы из-за особенностей организма подруги сорвался тщательно подготовленный план.