Чтение онлайн

Глаза Якуни расширились.

– Умри! – потрясенно проговорил он, поднимая пистолет.

Дентон, почти беспомощный в невидимых объятиях бога, позеленел, услышав собственный голос, хриплый и громкий, изрыгнувший поток невероятно мерзких ругательств. Ругательства были на японском, но их происхождение не было связано с каким-то определенным временем или народом. Они уходили во времена дольменов, когда волосатые дикари впервые научились произносить односложные проклятия, и обрели цвет в далекие века варваров. Кру не был цивилизованным богом, и потому его ругательства были из обихода солдат и крестьян.

Дентон благодарил судьбу, что Дебора не понимает по-японски.

Но Якуни и его солдаты понимали. Впервые Дентон увидел, как японский офицер теряет свое напускное хладнокровие. Деваться было некуда.

В то же самое мгновение, когда Якуни, кипя от ярости, нажал на спусковой крючок, Дентон и Дебора исчезли. Кру поступил вполне разумно.

В мгновение ока Дебора Хэдли и Дентон перенеслись из бирманского храма в здание электростанции. Девушка заморгала, глядя на громадные генераторы и трансформаторы.

– Прямо как молитвенные колеса! – воскликнула она. – Как мы сюда попали?

– Кру, – пробормотал Дентон. – Это он. Видишь? Яка он тоже притащил.

Ошибиться было невозможно. Як выглядел явно неуместно на электростанции, но, с другой стороны, он выглядел бы неуместно повсюду, не считая разве что критского лабиринта. Кроме священного животного Кру и двух белых человек, на электростанции больше никого не было.

– Узри же обитель Кру, – продолжил Дентон неожиданно изменившимся голосом. – Тех, кто мешал ему, больше нет. Отныне это место священно. Лишь жрец Кру может войти сюда.

– Кажется, я поняла намек, – обиделась Дебора.

– Дебби! Не уходи… нет! Раз уж ты здесь, ты останешься. Ты была первой, кто принес жертву Кру. В награду ты станешь его жрицей.

– Только если он не будет заставлять меня говорить подобным образом, – мрачно сказала она. – Ден, как мне понять, когда говоришь ты, а не… не… этот Кру?

– У меня другой голос, – ответил Дентон. – Когда говорит Кру, я рычу. Смотри. Вот опять… Подготовь храм и все необходимое для жертвоприношения! Кру уходит, но он вернется!

Наступила тишина. Як неспешно сделал несколько шагов, тупо уставившись в каменный пол. Снаружи донеслись приглушенные крики.

– Ну вот, он ушел, – облегченно вздохнул Дентон. – Я… я это чувствую. Уф!

– Да я только за. Черт побери, Ден, с каким дьяволом ты связался?

– Он не дьявол. Он бог. Тибетский, или вроде того. Что он собирается теперь делать – одному небу известно. Уж точно не мне.

– Тогда стоит соображать быстрее, – рассудительно заметила Дебора. – Если Якуни обнаружит нас здесь, нам крышка. Здесь действительно священное место, но не для Кру.

– Интересно, что случилось с людьми? – задумчиво сказал Дентон. – Кру говорил, что их… больше нет.

– Не спрашивай меня. Но, как ты заметил, я стараюсь не наступать на все эти разбросанные вокруг кучки пепла. Что это?

С верхушки одного из молчащих генераторов неуклюже свисала целая корова с перерезанным горлом.

– Надо полагать, жертва. Кру думает, это алтарь.

– Для него, возможно, и так, но для Якуни это Кааба. Ден, ты понимаешь, что здесь со вчерашнего дня работали люди, ремонтировали генератор? Что-то пошло не так, и производство бомб вынужденно приостановили, пока все не починят. Якуни угрожал расстрелять всех, если они не начнут трудиться втрое быстрее.

Дентон подошел и потрогал мертвые рубильники.

– Не работают. Но я не могу починить их, я не техник.

– У Якуни есть техники, и расстрельная команда у него тоже есть.

– И что нам теперь делать? – беспомощно пожал плечами Дентон. – Уйти в джунгли?

– Я подумала – не оказал ли Кру нам услугу? Если мы сумеем сломать эти генераторы…

– Да, об этом я как раз забыл. Что нам нужно, так это бомба. Здесь найдется?

– Они не держат здесь бомбы, придурок, – поморщилась Дебора. – Генераторы для них слишком ценны. Вот кувалда, попробуй. Посмотрим, что получится.

Дентон взвесил в руке увесистый молот.

– Может быть. Если Якуни меня поймает – значит я совершил самоубийство.

Он замахнулся изо всех сил.

Вспышка сверкающего пламени вырвала из его руки кувалду, и та, отлетев в сторону, тяжело врезалась в яка, который удивленно замычал. Чувствуя боль в обожженных ладонях, Дентон сполз на пол, ловя ртом воздух и издавая бессвязные звуки, понимая, что Кру пытается воспользоваться его языком. Но из-за нехватки воздуха это было бесполезно, и потому вместо него заговорил як:

– Вероломный жрец, ты пытался разбить алтарь Кру?

– Я… э… э…

– Лживые жрец и жрица! Приготовьтесь к смерти!

Дебора поспешно шагнула вперед и, упав на колени рядом с ошеломленным Дентоном, обратилась к яку:

– Кру! Подожди. Ты ошибаешься. Это была всего лишь часть обряда. Мы не собирались ломать твой алтарь.

– Не лги, – предупредил як. – Кру знает все.

– Тогда… э… тогда Кру знает, что в этой стране алтари – из металла. Они звенят от удара, как гонг в храме. Так всегда делается.

– Это правда, – слабым голосом подтвердил Дентон. – Мы просто начали обряд.

– Что ж, хорошо. Вы согрешили из невежества, а не намеренно. Но помните на будущее, что к алтарям Кру надлежит относиться с должным почтением. Лишь мои жрец и жрица могут приближаться к ним, и их никогда не должны касаться человеческие руки.

– Мы больше не будем, – пробормотала Дебора. – Я имею в виду, мы запомним.

– Это хорошо. А если вы забудете – если мне станет известно, что вы нарушили мой закон, то вы познаете гнев Кру. Нет, вы не можете касаться моих алтарей. Я наложу заклятие на вас обоих. Вам запрещено вершить подобное святотатство как намеренно, так и случайно. Я так сказал.

Дентон с трудом кивнул.

– Что ты хочешь от нас?

– Вы – уста Кру. Мой народ приближается к храму. Никто из них не может войти, но вам надлежит стоять у дверей и принимать их подношения. Скажите им, что Кру объявил этот день праздничным. Пусть устроят торжества в мою честь, как в древние времена. Все должны возносить хвалу Кру. Позднее я научу мой народ, как жить. Мужчины должны охотиться, а женщины – возделывать землю. Самый сильный должен стать вождем. Так лучше всего.

– Послушай, – в отчаянии воскликнул Дентон, – я рад бы выйти и сказать японцам то, что ты хочешь, но они не станут слушать. Они просто застрелят меня.