Чтение онлайн

– Ой мамочки, – запричитать Светка, переводя взгляд с лежащей Ольги, на здоровенную женщину и мента – что это?

– Ты кто? – Егор повернул девушку к себе лицом.

– Я соседка, – немного успокоилась та, увидев перед собой милиционера, – а это что… Ольга мертва?

– Да жива твоя Ольга, она вон… мужика прирезала, тот хотел её изнасиловать, а она его того, – Валя подошла к Ольги и за волосы подняла голову. Ольга застонала.

– Я же говорю жива.

– Так… ты свидетелем будешь, – сказал майор Светке.

– Я ничего не видела, и вообще мне надо идти, – она попыталась было протиснутся к двери.

– Стоять, – заорал мент,– стоять… Будешь свидетелем или пойдешь как соучастница.

– Мне надо домой, – завизжала девушка.

Валя, кулаком уложила соседку рядом со своей подружкой.

– Ну ничего себе, – восхитился Егор, – где это ты так научилась?

– В молодости боксом увлекалась, даже разряд есть, – не без гордости поведала Валя.

– Ну ты поосторожней, а то ещё одного трупа нам не хватало. Ладно. Слушай как все было.... Этот мужик, кстати, как его?

– Матвей Юрьевич, – Валя с брезгливостью посмотрела на труп.

– Да, значит Матвей Юрьевич, пришел один, без тебя, чтобы… А что бы, что? Собственно,.

– Лишать эту мамашу, – Валя кивнула на, ещё не пришедшую в себя, Ольгу, – родительских прав.

– У нее есть дети? Мальчик, девочка? И где они?

– Девочка, 15 лет, в больнице.

– А что с ней?

– Что-то с головой, подозрения на рак.

– Диагноз подтвержден?

– Пока не знаю, там Анька над ней колдует. Скоро ясно будет.

Между тем Светка стала приходить в себя. Она привстала, сначала на четвереньки, а потом попробовала встать, но не смогла и упала на бок. Егор подошел к ней, и схватив за волосы потащил в другую комнату.

– Ты присмотри за хозяйкой, – он кивнул на Ольгу, – а я побеседую с этой. На наручники, если что, надень.

Он кинул железки Вали, а сам потащил упирающуюся и визжащую Светку…

Оставив её лежать посередине комнаты, Егор взял стул и сел напротив.

– Кто это тебя наградил, – ткнув ботинком в лицо, спросил майор.

– Не твое дело, – огрызнулась та, со злостью посмотрев на истязателя, – что, тоже убивать будешь?

– Да на кой ты мне сдалась. Расскажешь, как все было и иди домой.

– А что рассказывать, я только зашла, и увидела Ольгу в луже крови, как ты мне пистолет к голове приставил.

– Неееет, – майор пригнулся к девушке, – не так все было…

Он оттянул голову Светки, схватив ее за волосы, и приставил пистолет ко лбу.

– А теперь слушай как все было… Вы сидели с Ольгой и бухали. Ввалился пьяный Макар, нет, как его? Короче мужик. Стал угрожать Ольге, что отнимет ребенка, если она с ним не ляжет. Та в отказ. А.... вспомнил… Матвей… стал ее избивать. Ты спряталась в угол и видела как Ольга, случайно, повторяю слу-чай-но порешила насильника. Не бойся, это будет квалифицировано как самооборона и ей максимум дадут условно. А ты вообще пойдешь как свидетель. Поняла? – он вопросительно посмотрел на Светку, – Хотя… если хочешь, могу переиначить дело… Он вам пригрозил отобрать девочку, а вы его за это того… Тогда лет на десять потянет. Выбирай.

– А Ольга согласиться? – успокоилась Светка, и отодвинула свободной рукой пистолет.

– А что ей не соглашаться, ведь все так и было. Я верно говорю?

Светка с сомнением посмотрела на мента.

– А можно мне с ней поговорить?

– Вот напишешь, как все было и поговоришь. Садись пиши. А я пойду с Ольгой побеседую. Тебя привязывать надо? Не надо? Вот и хорошо. Давай пиши да поподробней.

Между тем Ольга, все ещё не пришла в себя.

– Здорово ты её. Слушай, а зачем тебе надо было Юрьевича кончать? Развлекаешься так?

– Я же говорила, он что-то пронюхал про наши дела, пытался долю урвать… Пришлось даже Дианку удалить. Он к ней с расспросами все лез. Потом какое-то видео грозился выложить…

– Дианка это? Которая с отцом алкашем жила, с родинкой на правой щеке? И куда ты ее дела?

– Она самая. Переправили в Беларусь. Там сам знаешь.

– Слушай, а тебе не жалко их?

Егор пристально посмотрел в глаза Вали. Та выдержала взгляд не моргнув.

– А тебе не жалко их, когда пользуешься? – огрызнулась опекунша.

– Одно дело пользоваться, другое… Хотя ладно, что об этом говорить.

– Вот именно, деньги хорошо получать, деньги не пахнут.

– Только к старости, кровавые девочки не снились бы, – прошептал майор..

– Ну наконец-то очухалась, – проворчал Егор.

Ольга сидела на полу и озиралась по сторонам, пытаясь вспомнить что произошло. Увидав Матвея, она испуганно закричала, и только тогда заметила окровавленный нож в руке. Она бросила его, словно это была ядовитая змея. И со страхом посмотрела… на стоящих рядом Егора и Валю.

– Что произошло? – прохрипела она.

– Что, что. Ты Матвея того, вот что произошло, – бодро отрапортовал Егор.

– Не правда, – заорала девушка и попыталась встать на ноги.

Егор схватил ее за шею и силой заставил сесть на место.

– Я не трогала его… Я не трогала его, – словно в забытье бормотала Ольга.

Хотя память еще не совсем восстановилась, но она начала обрывками вспоминать, что произошло. Вспомнила как Валя начала ее бить, как Матвей Юрьевич попытался заступиться за нее. Потом она потеряла сознание.

– Это она… – заорала Ольга ткнув пальцем в ухмыляющуюся женщину. На руках и одежде той, Ольга заметила кровь.

– Так, слушай меня внимательно, – Егор взял Ольгу за подбородок и с силой повернул к себе.

– Было так, – прошипел мент, – Он… начал приставать к тебе, шантажируя твоей девочкой, и предложил постель, в обмен на прекращение преследования тебя опекой. Ты не согласилась. Он попытался силой тебя взять, а ты сопротивляясь, случайно, ткнула ему в живот. Поняла?

Ольга дрожала всем телом. Перспектива тюремного срока замаячила перед больным воображением, не совсем пришедшей в себя женщины, с такой ясностью, что та не удержалась и заплакала.

– Я не трогала его, – сквозь слезы прошептала Ольга.

– Не бойся, это квалифицируется как самооборона, и максимум что тебе грозит, это условный срок. Тем более есть свидетели.

– Свидетели? – всхлипывая, удивилась Ольга.

– Да, твоя подруга, Светка кажется, – он посмотрел на Валю. Та кивнула, – она все видела и сейчас пишет в соседней комнате признательные показания. Как видишь, нам все известно. Так что не глупи, садись и пиши, что я тебе говорю. И не зли меня, а то лет на десять загремишь.