Время перемен
Шрифт:
Через час Барбара уже выходила из дома. Пройдя подъездную аллею и свернув направо, на проселочную дорогу, она оказалась у кромки леса.
Женщина не знала, на чьей земле он находился, потому что изгороди, отделявшей его от дороги, не было. Она прошла немного вглубь и увидела узкую тропинку. Барбара двинулась по ней через лес. Иногда ей встречались места, поросшие кустарником и остролистом, она обходила эти заросли и, наконец, вышла к опушке, к которой вплотную примыкало вспаханное поле, пути через него не было. Барбара выбрала еще одну извилистую тропу, ей казалось, что она выведет ее к дороге, однако в результате женщина оказалась в дальнем конце леса, в миле от дома.
Барбара возвращалась домой, отчетливо сознавая, зачем ей понадобилась эта прогулка.
Глава 3
Все утро лил дождь. Это и послужило темой для беседы Ады Хаулитт с кухаркой. Вымокшая до нитки Ада предполагала, что дождь, начавшийся рано, к одиннадцати должен прекратиться. Но прогноз не оправдал себя, напротив, к полудню дождь перешел в ливень.
Барбара находилась в состоянии крайнего волнения. День близился к полудню. Она стояла у окна в одной из комнат для гостей в дальней части дома и смотрела на дорогу, пытаясь внушить себе, что не должна выходить, и даже молилась, чтобы ей что-то помешало это сделать. Но в глубине души знала, что, не взирая на последствия, должна это сделать.
К часу у нее появилась резь в глазах и устали ноги, но женщина не хотела садиться, иначе за кустами, высаженными вдоль подъездной аллеи, она не видела бы дорогу.
Барбара не двигалась с места, пока не услышала на лестнице голос Ады:
— Ты не встречала хозяйку? — спрашивала та у Рут Фоггети. — Она никуда не выходила, и обед ее ждет.
Только тогда Барбара отошла от окна и покинула комнату.
— А, вот и вы, миссис, — обрадовалась Ада, делая реверанс. — Я хотела сказать, что ваш обе… еда на столе. — Она никак не могла определить, как ей называть одним словом блюда, которые подавала хозяйке в середине дня.
— Спасибо, я сейчас спущусь.
Барбара направилась к себе в комнату, за ней последовала Рут.
— Извините, мадам, но лучше мне вам это сказать. Я уложила Джонатана в постель, потому что у него круп.
— Круп?
— Ну, он кашляет, а из этого может получиться круп… И я сказала себе, что лучше ему полежать в постели, чтобы потом не стало хуже.
— Ты… ты правильно сделала, Рут. Я сейчас зайду к нему. — Она вошла в свою комнату. Постояв некоторое время перед зеркалом, закрыла глаза и отвернулась. И затем из спальни поднялась в детскую.
Как всегда первым ей навстречу выбежал Бенджамин.
— Мама, а у Тиннена круп, — звонко объявил он.
— Сколько раз я говорила тебе, Бенджамин, — строго произнесла Барбара, глядя на сына сверху вниз. — Ты же можешь выговорить имя Джонатан, если захочешь… скажи: «Джонатан».
Бен вскинул голову, улыбка сошла с его лица.
— Тиннен, — упрямо повторил он, не отводя глаз.
Барбара знала, что его не переупрямить, и не стала настаивать, тем более в присутствии Рут.
— У Джонатана не круп, а простуда. — Она обошла Бена и прошла в детскую спальню, взяв за руку появившегося на пороге Гарри.
Джонатан лежал в своей маленькой кроватке. Увидев мать, он стал усердно кашлять.
— Не нужно делать это нарочно.
— Но у меня кашель, правда. Рути говорит, что это круп.
— У тебя не круп, а обычная простуда. Будь послушным мальчиком и полежи в постели. Скоро я зайду к тебе снова. — Она подоткнула одеяло и потрогала лоб сына: он был горячий, но не сильно. — Веди себя хорошо, — бросила напоследок Барбара и вышла вместе с Гарри.
В соседней комнате Бенджамин стоял на том месте, где она его оставила. Он смотрел на нее и молчал. Барбара взглянула на Рут, раскладывающую выстиранное и выглаженное детское белье. Она не стала подзывать девушку к себе, а сама подошла к ней.
— Ты должна следить, чтобы они выговаривали слова правильно, мы с тобой на днях обсуждали это, помнишь? — произнесла Барбара, понизив голос.
— Да, мадам, хорошо, мадам. — Маленькая Рут смотрела на хозяйку снизу вверх, но в ее манере не было и намека на угодливую покорность.
Барбаре это не понравилось. «До чего же дерзкая девчонка», — подумала она. Барбара спустилась в столовую, но едва притронулась к стоявшей на подносе еде. Вернувшись в комнату для гостей, она снова устремилась к окну. Ее возбуждение подогревалось беспокойством: он мог проехать, когда она отлучалась. Часы показывали уже половину первого. Что же ей делать? Но к чему задавать себе этот вопрос? Она прекрасно знала, что должна делать. Зачем же ей тогда понадобилось ходить в лес? Но до чего ужасная погода. Она ведь вымокнет до нитки. И решится ли он приехать в такую погоду? Да, да, несомненно. Того, кто написал такое письмо, не остановит ни снег, ни ветер, ни град.
Круто развернувшись, Барбара торопливо вышла из комнаты, почти бегом пересекла коридор и оказалась в своей комнате, где сразу же направилась к шкафу. Она решила надеть пальто поплотнее, а сверху — висевший в шкафу в холле непромокаемый плащ.
Барбара едва успела сдернуть с плечиков пальто, как дверь спальни распахнулась. Ей пришлось ухватиться за дверцу гардероба, чтобы не упасть.
— Что с тобой, тебе плохо? — Дэн обнял жену и довел до стула. — Что случилось? — Он сел перед ней на корточки и бережно взял за руки. — На тебе лица нет, ты побледнела, как полотно. Скажи, что произошло?
Она пыталась что-то произнести, но только судорожно открывала рот, как рыба, которую вытащили из воды.
Вдруг он сильнее стиснул ее руки.
— А ты не?.. — шепнул Дэн.
— Нет, нет, — чересчур поспешно ответила Барбара.
— Нет, — в голосе Дэна звучали нотки разочарования.
Конечно, он знал, что она так ответит. Если бы ее силы воли было достаточно, чтобы предотвратить беременность, она бы больше не стала рожать ему детей.
— Но в чем же тогда дело? Ты заболела? — На этот раз в его тоне сквозило легкое раздражение.
— У меня закружилась голова.
— А пальто тебе зачем? — спросил муж, переводя взгляд на лежавшее на полу пальто.
— Я хотела перебрать шкаф, повесить туда летнюю одежду.
— Перебрать? Это просто смешно и странно. Тебе надо отдохнуть, это точно. А еще мне кажется, не мешало бы развеяться. Почему бы тебе не съездить на несколько дней к Бриджи?
— К Бриджи? — Барбара отстранила мужа от себя и встала. — Что ты такое говоришь? Ты же знаешь, я ненавижу этот дом.