Время Рыцарей
Шрифт:
– А толку? Он ведь бабник. Не пройдет и пары лет, как начнет ей изменять, и семейная жизнь превратится для нее в череду предательств. Она хорошая девушка, но совсем молодая и наивная. У нее есть шанс встретить кого-то достойного в будущем.
Джек выпрямился.
– И что с ней теперь?
– Я взял ее на службу. Она обзавелась подругами и пользуется успехом у мужчин. Весела и счастлива.
– О, история с хорошим концом, – обрадовался Джек, – люблю такие. А он что?
– Наказан. Но теперь мы не дружим. Не люблю безответственных людей.
Джек хотел было спросить что-то еще, но его прервали. Пробегающий мимо мальчишка неожиданно остановился и, ткнув в них пальцем, громко заорал:
– Вороны! Смотрите все, тут Вороны среди бела дня сидят, козни строят!
Джек фыркнул.
– Я уже начинаю привыкать к этому.
– Молодой человек, вы ведете себя неприлично, – строго сказал Льюис, вспоминая отца. Тот всегда мог осадить хамов, не опускаясь на их уровень. – Где ваши родители? Мы сейчас пойдем к ним и расскажем о вашем дурном поведении.
Мальчишка показал ему язык.
– Трусливый Принц Великому Ворону голову срубит, а потом и вас убьет!
Он убежал, оставив их в недоумении.
– Какие жестокие в этом городе дети, – заметил Джек.
– А ты слышал, что он сказал «Трусливый Принц», а не «Прекрасный Принц»?
– Да. Подразнить решил.
– Кого? Принца-то тут нет, – Льюис озадаченно покачал головой, – странно все это.
Ему точно нужно было собрать больше слухов, бродящих среди горожан.
Джек молчал, думая о чем-то своем. Затем спросил:
– А что ты думаешь о Прекрасном Принце?
– Ничего. Его же никто не видел. Он пока ничего еще не сделал. Глупо создавать впечатление о человеке, с которым незнаком. Слишком велик шанс ошибиться.
– Интересная мысль, – задумчиво произнес Джек, – а о Великом Вороне ты что думаешь? Он-то тут давно и много чего натворил.
Льюис не ответил. Говорить о себе как о ком-то другом было до жути неловко. Лгать не хотелось. Правду выдавать было нельзя. Но тут его не иначе чем сам город подтолкнул в нужном направлении:
– А ты составь о нем впечатление сам, Джек. Мало ли, чего я тебе наболтаю? Не стоит бездумно повторять чужие слова. Считай это упражнением по развитию мышления. В философии задавать вопросы необходимо. Так задай их достаточно, чтобы понять, что за человек – Великий Ворон этого города.
***
На обсуждение идеи с кабаком Льюис пригласил Рейвена, Шарлотту, Агату, Сольвейна и, конечно же, самого Бломфилда.
Тот поначалу воспротивился:
– Повелитель, я рассчитывал на место вашего советника, а вы отправляете меня поить городских пьянчуг? Пастора Брауна вы не посылали красить заборы и мыть ноги нищим! Напротив, он постоянно находится в вашем обществе и наслаждается вашей милостью!
– С кем я пью чай, это мое дело, – возразил Льюис, – нищим же пастор помогает без моих указаний. Господин Бломфилд, мне нужен человек, который будет в курсе городских слухов и настроений. Где еще люди будут открыто выражать свое мнение, если не в кабаке? К тому же, кабак – прибыльное дело.
Бломфилд моментально сменил мнение. В его глазах зажегся алчный огонек.
– А знаете, вы правы. Я легко вытяну любые секреты, знай себе подливай вина. Некоторые слухи можно не только собирать, но и запускать. Опорочим Принца и его Рыцарей, и люди снова от них отвернутся, как во времена «Врагов Воронов».
Льюис поморщился.
– Для начала, меня интересует кличка «Трусливый Принц». Я услышал ее сегодня в городе. Хочу знать, что это такое и говорит ли так кто-то еще. Но, конечно, вначале нужно открыть кабак.
– У меня осталось одно здание в городе, которое мои вероломные родственники не успели продать. Используем его, – предложил Бломфилд, – но надо будет нанять обслугу: поломоек, подавальщиц, вышибалу и кого-нибудь мне на смену, чтобы я мог отдыхать. Закупить вина и дешевой снеди на закуску. Привести помещение в порядок, нарисовать вывеску и так далее. Это обойдется вам примерно в…
– Я хочу сходить посмотреть это здание, господин Льюис, – перебила его Агата, – мы с Сольвейном поспрашиваем в других кабаках, что сколько стоит. И, конечно же, вся выручка должна идти в вашу казну, а не оседать в его карманах.
Бломфилд бросил на нее гневный взгляд.
– Девочка, ты снова лезешь не в свое дело? Тебе бы лучше помолчать, пока повелитель к тебе не обратился.
– Сбавьте тон и вспомните о вежливости, господин Бломфилд, – строго сказал Льюис, – я позвал Агату не для того, чтобы она молчала. Она – моя помощница и сказала все верно. Агата, поручаю тебе проконтролировать этот вопрос. Сообщи мне все, что узнаешь.
Она просияла и бросила на Льюиса гордый взгляд.
– Спасибо! Я вас не подведу!
– Скажи, а подсчет денег в сокровищнице уже закончен?
– Еще нет. Там и правда много золота. Но я скоро завершу эту работу!
– Хорошо.
– Насчет работников: можно ведь привлечь наших Воронов и Воронесс? – предложила Шарлотта. – Кристина – дочь трактирщика, она знает это дело изнутри. Я могу подобрать парочку трудолюбивых человек, которые будут не прочь послужить тебе. А вышибалой можно поставить кого-то из бойцов.
– Я готов это сделать, – тут же вызвался Рейвен.
– Ни в коем случае, милый, – Шарлотта ласково подергала его за косу, – тебя только слепой не узнает. Нил Янг мигом сообразит, что мы там что-то затеваем, и начнет следить за кабаком.
– Согласен, – кивнул Льюис, – нужен кто-то менее заметный. Выбери кого-нибудь из наших бойцов, только не Курта. Он тоже примелькался. А идея с Воронами мне нравится. Молодец, Шарлотта.
– Давно ты меня не хвалил, – она улыбнулась.
– Ты давно не вела себя хорошо, – хмыкнул Льюис, – но пастор Браун сказал, что ты усвоила урок и больше не хулиганишь.
Шарлотта и Рейвен одинаково страдальчески закатили глаза, но ничего не сказали. Их наказание только завершилось, и они явно не желали получить новое.
– Льюис, у меня вопрос, – вмешался Сольвейн. Он все еще говорил отстраненно, но скорее деловито, чем холодно. – Ты предлагаешь открыть место, где каждый сотрудник будет черноволосым. Разве это не будет выглядеть странно? И еще: господина Бломфилда в городе многие знают. Думаешь, слухи о нем не дойдут до Рыцарей? Они могут заинтересоваться твоим кабаком.