Чтение онлайн

– Ты помнишь, - медленно начал он, - когда я почти... потерялся... в подвалах в Гее? Когда ты позвала меня назад с лестницы?

Джил беззвучно кивнула; это был первый день, как она помнила, когда она держала в руке меч. Темнота вернулась к ней, скрытое чувство затаившегося страха, старик, одиноко стоящий на ступенях далеко внизу под ней, вслушивающийся в звук, который она не могла уловить, белое излучение его посоха отбрасывало тени во все стороны. Это был последний день, когда она оставалась студенткой, чужестранкой, личностью, которой она когда-то была. От воспоминания о той далекой девушке, одинокой и вооруженной подобранным мечом и оплывающим факелом против всех армий Тьмы, у нее встал ком в горле.

Он продолжал.

– И тогда я понял, что не принц Тир - их первая цель. О, они разделаются с ним, если смогут добраться, но поставленные перед выбором а я дал им возможность выбирать прошлой ночью - они показали, что тот, кто им нужен, - вовсе не Тир. Это я, Джил.

– Вы?
– разинул рот Руди.

– Да, - колдун отхлебнул чай, потом отставил его в сторону. Из-за занавески донесся голос Гнифта, язвительно сообщавшего кому-то, что у него стойка хуже, чем у конькобежца с деревянными ногами.
– Очевидно, я представляю для них большую угрозу, чем Тир. Я подозревал это и раньше, а после вчерашней ночи других объяснений быть уже не может.

– Но как... я имею в виду... ваша магия не может поразить их, неловко сказал Руди.
– Для них вы просто еще один парень с мечом. Вы знаете про время Тьмы не больше, чем другие. В этом смысле Тир единственный, кто помнит.

– Я сам думал об этом, - спокойно сказал Ингольд.
– И я могу лишь заключить, что знаю что-то, что еще не осознаю сам, какой-то ключ, который еще не встал на свое место. Они-то знают, что это, и заинтересованы, чтобы я не вспомнил.

Руди искренне поежился:

– И что вы собираетесь делать?

Колдун пожал плечами.

– Что я могу? Принять элементарные меры предосторожности. Но для тебя неплохо будет пересмотреть заново свое предложение сопровождать меня в Кво.

– К дьяволу с этим, - пересмотрел Руди, - вы - тот, кто должен передумать.

– Кто еще может пойти?
– рассудил Ингольд.
– И если бы я боялся, что меня убьют, я бы никогда не поставил это занятие на первое место. Я бы остался в Геттлсанде, разводил бы розы и составлял гороскопы. Нет. Все, что я сейчас могу сделать, это стоять в нескольких шагах перед ними и надеяться, что я осознаю, в чем заключается ответ, раньше, чем они схватят меня.

– Вы сумасшедший, - прямо сказал Руди.

Ингольд улыбнулся.

– Честное слово, Руди, я думал, мы уже уладили вопрос о моей вменяемости.

– Вы все сумасшедшие!
– настаивал Руди.
– Вы, и Джил, и Альда, и стражники... Как, черт возьми, получается, что меня всегда окружают чокнутые?

Старик удобно устроился среди одеял и снова взял свой чай.

– Вопрос - это ответ, Руди.

Обдумав дело в таком свете, Руди не был наверняка уверен, что он этого хотел.

Альда ждала его в своей комнате. Стражники ушли. По ту сторону черной узкой арки двери, в следующем помещении, слышен был голос Януса, спорившего с теми же торговцами. В углу спал Ледяной Сокол.

– Альда...
– начал Руди, и она приложила палец к его губам.

– Я слышала, - тихо сказала она.

– Послушай...
– он пытался объяснить.

Она снова заставила его замолчать.

– Конечно, ты должен пойти с ним, - ее пальцы, холодные и легкие, сомкнулись вокруг его.
– Разве стоял вопрос о том, чтобы ты не пошел?

Он тихо засмеялся, вспоминая свои опасения.

– Но я действительно не думал, что ты поймешь, - они стояли рядом так близко друг к другу, как совсем недавно, когда в пути они обычно вместе закутывались в плащ ночью на посту. Ослабевшее желтое мерцание огня укрыло их тусклой пульсирующей тенью, и он чувствовал запах сладкой травы, вплетенной в ее волосы.
– Я не думал, что кто-нибудь поймет или сможет понять. Потому что я сам еще толком многого не понимаю.

Она тихо усмехнулась.

– Он твой наставник, Руди, - сказала она.
– И твоя потребность учиться. Даже если бы я хотела, я никогда бы не смогла отвратить тебя от этого.
– И она тут же подвинулась ближе к нему, противореча своим же собственным словам.

"Все мы имеем свои предпочтения, - подумал Руди и отодвинул в сторону черный шелк ее волос, чтобы поцеловать в губы.
– Если надо будет выбирать между мной и Тиром, я отлично знаю, кого выберет Альда".

У нее тоже был выбор между любимыми.

Угли в очаге потрещали и погасли, послав вспышку желтого пламени и почти немедленно погрузив их обоих в более глубокую тень. Снаружи постоянный гул голосов в зале доносился, как шум потока. Руди уже обнаружил, что привык к Убежищу, шумам, теням, запахам. Он мог чувствовать вес этой каменной горы, давящей на них, как она давила тысячи лет. Но когда он опять поцеловал Альду, крепко прижимая к себе ее хрупкое тело, он осознал, как это было здорово - покой, тишина и любовь без страха.

Ее дыхание шелестело у его губ, она шептала:

– Я понимаю, Руди, но я буду очень сильно скучать по тебе.

Его рука конвульсивно сжала ее плечи. Обрывки бесед проскакивали в памяти, то, что было сказано в Карсте и в ночных лагерях вдоль той опасной дороги. Она потеряла тот мир, который знала, и все, что любила в нем, кроме своего сына. И теперь он, Руди, тоже покидал ее.

Все же она не сказала: "Не уходи".

"Она действительно любит, - удивлялся он, - если поняла эту потребность и попыталась сделать расставание более легким, чем оно могло быть".

Ничего подобного он еще не встречал.

– Альда, ты такая женщина, что встречается один раз в жизни. Я не хочу, чтобы ты была королевой. Я хочу взять с собой тебя и Тира, когда вернусь.

Но вряд ли это было возможным.

Когда она выскользнула из его объятий, натягивая плащ на плечи, исчезая в темноте далекого дверного проема, ему пришло в голову, что она даже не спросила: "А ты-то будешь скучать по мне?"

На фоне неясного свечения за грязной дверной занавеской Джил различала тени - мужчины и женщины, обнявшихся, слившихся и разделившихся. В тишине комнаты она услышала вздох Ингольда.

– Бедное дитя, - тихо сказал он.
– Бедное дитя.

Она взглянула на него, невидимого, кроме блеска его глаз в темноте и забинтованных рук, скрещенных на груди.

– Ингольд?

– Да, дорогая?

– Вы действительно верите, что совпадений не существует?

Вопрос, казалось, не удивил его, но было что-то... Джил знала людей свою мать, например - которые бы ответили: "Что за вопрос в такое время!" Но это был вопрос, который мог быть задан только в такое время, когда все дневные мелочи отступили прочь и было только взаимопонимание людей, хорошо знавших друг друга.