Чтение онлайн

— Хватит спать, Лохмач, — твердо произнес Рябой. — После будешь спать, а сейчас не спать надо, а собираться. В разведку надо собираться, Лохмач. Понимаешь, о чем я тебе говорю?

— В разведку… — повторил Лохмач, нахмурясь и что-то соображая. — А… Это… А зачем, спрашивается, в разведку? Только это я, значит, уснул…

— Безлицый приходил, — продолжил Рябой серьезным тоном. Одноухий на нас напасть хочет, а мы его опередим. Торопиться надо, а то он нас опередит!

— Безлицый? — оживился Лохмач. — А он Сахар принес?

— Ты только о Сахаре и думаешь! — буркнул Криворот.

— Как же о нем не думать, — заволновался Лохмач, поглядывая на поясной мешок Рябого. — Так принес он Сахар или не принес? Вы мне зубы-то разведкой не заговаривайте, а то заговорят зубы разведкой…

— Принес, принес, — торопливо сказал Рябой, закидывая мешок подальше назад. — Ты не о том думаешь, Лохмач, ты про дело должен думать, а ты все про Сахар думаешь.

— Ишь ты! — воскликнул Лохмач. — А как мне о нем не думать! Опять хитришь, Рябой! Как в разведку идти — так Лохмач, а как Сахар делить, так про Лохмача сразу и забывают!.. Ну-ка, Рябой, покажи, большой кусок-то? — Лохмач стал вытягивать шею, чтоб получше разглядеть мешок Рябого.

— Хороший кусок, Лохмач, хороший, — заговорил Рябой успокоительно. — Не бойся, я тебя не обделю, получишь ты свою долю, Лохмач, как разделаемся с Одноухим, так и получишь.

— Нет, Рябой, давай сейчас… почему бы не сейчас, какая разница, чего тянуть, спрашивается…

— Я сказал: после! Нечего меня уговаривать, я тебя сюда вызвал не для того, чтоб ты меня уговаривал! Я тебя дело позвал обсуждать, а ты меня уговариваешь!

— Ну ладно, — со вздохом сожаления сказал Лохмач. — Ты вожак — тебе виднее…

— Значит, так, — заговорил Рябой коротко. — Вот что я решил. Вчетвером пойдете. Лохмач — главный. Берешь Умника, Ворчуна, и еще кто-то нужен четвертый. Кого возьмешь?

— Может, Косого? — сказал Лохмач, почесав в затылке.

— Не надо, — размышляя, ответил Рябой. — Его не надо. Он мне здесь нужен будет. Кого бы вам взять?..

— Пусть Сухого берут, — подсказал Криворот. — Заодно в деле проверят.

— Сухого? — вскинул бровь Рябой. — А можно и Сухого. Отчего бы, спрашивается, и не Сухого? Мужик он, вроде, шустрый, хоть и странный. Больно много молчит, совсем как Умник.

— В разведку, между прочим, с болтливыми не ходят, — заметил Кандид. — На то она и разведка.

— А вот это точно! — немедленно согласился Рябой. — Это ты правильно сказал, Умник. В разведке вам болтать ни к чему. Ну, стало быть, берите Сухого. Так тому и быть. Все равно его проверить надо, ты, Лохмач, все ж присматривай одним глазом за Сухим, мало ли…

Лохмач послушно кивнул. Рябой почесал бороду, набрал в грудь воздуха и продолжил:

— Вот что вам надо сделать. В обход Синей чащи вы пробираетесь к Безымянному озеру, где можно наблюдать за стоянкой Одноухого, и незаметно наблюдаете. Если на стоянке все спокойно и Одноухий не готовится ее покинуть, вы посылаете крылатку, переплываете озеро, прячетесь в кустах или на деревьях на склоне Дурман-горы…

— А если Одноухого там уже нет? — вставил Лохмач.

— Тогда никуда не переплывайте, сразу посылайте крылатку и сами назад идите. Только ты, Лохмач, так не думай, как же это: нет там Одноухого? Этого не может быть, не мог он нас обмануть, и он должен быть там! Но ты не перебивай меня, а дальше слушай, я тебя не для того вызвал, чтоб ты меня перебивал… Значит, на склоне спрятались — и ждете, пока мы подойдем. Мы, как ваше сообщение получим, сразу выходим. Вот… А вы там сидите, на склоне, тихо и незаметно, пока наш отряд не появится. Мы к стоянке Одноухого с другой стороны зайдем, не с Безымянного озера, Лохмач, а со стороны Лысой поляны зайдем, понятно? И сигнал вам дадим. Ждите сигнала, Лохмач. Если кто в вашу сторону драпать начнет — вы их там встречайте как положено.

— Только я те места плохо знаю, — сказал Лохмач. — К восточным землям ходил, за Орешник ходил много, а к Безымянному озеру не ходил. Может, раньше я и бывал там, так столько времени прошло, там и лес-то изменился, наверное…

— Потому с вами Ворчун и идет, — сказал Рябой. — Он эти места очень хорошо знает, лучше него, наверное, никто не знает. С вами Ворчун пойдет — не заблудитесь, ты только этому Ворчуну много ворчать не давай, а то знаю я его, Ворчуна этого.

— Не люблю я эту Синюю чащу, пропади она к чертям, — сокрушенно сказал Лохмач. — Про нее такая молва ходит, жутко становится!

— Кто ж тебя в Синюю чащу-то просит лезть? — сказал Криворот. — Обойдете ее слева, это самая короткая дорога, нет другой такой дороги. Ежели вам через Орешник топать, то, сколько времени уйдет? Никак не успеть до рассвета, ясно дело. А так, слева Синюю чащу обогнете, а там уже и до озера недалеко, только не лезьте вы в чащу-то. Лохмач, не надо в нее лезть.

— Да хоть слева ее, хоть справа… — проворчал Лохмач. Все равно боязно, такого про нее наговорили…

— Значит так, — сказал Рябой. — Ты, Лохмач, разбуди Ворчуна с Сухим, и собирайтесь. Поешьте, чуток отдохните, все, что надо, возьмите и выходите. Потому как, если сейчас не выйти, можем опоздать, а это нам ни к чему. Умник, — обратился он к Кандиду, — ты крылатками займешься. Ступай к Кулаку, разбуди его, если этот старый пьяница дрыхнет. Пусть подберет тебе крылаток получше, потолковее. Ну и сам, разумеется, собирайся, а Лохмач за тобой зайдет, как все готовы будут… Все понятно?

— Понятно, — ответил Кандид и поднялся с бревна. — Я пойду, Рябой.

Какая-то непонятная тревога снова овладела им. Но ведь ни Рябому, ни Лохмачу не объяснишь, что такое дурные предчувствия.

Он уже было повернулся, как Рябой тронул его за плечо.

— Ты это, Умник… — замялся он, глядя куда-то в сторону. Как-то поосторожней там будь… Тебе поберечь себя надо, Умник, ты же понимаешь…

— Война есть война, Рябой, — проговорил Кандид. — Разве можно обещать?

— Да я понимаю… Если с тобой что случится — нам тяжело будет. Нам без твоей головы никак нельзя, Умник. Уж больно много ты всего знаешь. Вы бы хоть пацана завели, Умник, так же нельзя — без пацана… Сейчас не та война, давно бы уж завел. С дочки-то твоей много ли толку будет? А случится что с тобой, или пропадешь, как отец твой, — где мы такого умника возьмем? Кто все будет знать и советы советовать, если ты сына не успеешь завести, а?

— Ладно тебе, Рябой, — сказал Кандид. — Ничего со мной не случится. Все будет хорошо. Я пойду.

— Иди, — вслед ему сказал Рябой, — Удачи, Умник.

Кандид вышел на тропинку и зашагал к хижине Кулака. Какое-то время он еще слышал, как Рябой и Криворот о чем-то спорили, потом голоса их стихли. Возле водяных ям с приманкой что-то тенью метнулось в заросли травы, уронив прутяное заграждение. Кандид присел и стал втыкать колышки на место. Из кустов на него пялились два тускло-желтых глаза. Их обладатель, похоже, и не думал удирать. Это еще кто такой, подумал Кандид. Первый раз вижу… Он поднялся и пошел дальше. Возле самой хижины Кулака, уже взявшись за полог, он вдруг уловил боковым зрением, что рядом кто-то есть. Кандид замер и медленно повернул голову. В десятке метров, неподалеку от детских хижин, в траве стояла какая-то приземистая темная фигура. Неужели безлицый, удивился Кандид, зачем это он здесь? Несколько мгновений он всматривался в неподвижную фигуру, пока не понял, что это совсем не безлицый, а просто причудливо изогнутый побег ползуна, может, корня безлистника, успевшего вырасти за день. Он покачал головой, откинул полог и вошел в хижину.

В хижине неимоверно воняло: воняла закваска, несло из горшков с хмельными настойками разной степени готовности, воняли какие-то коренья, травы, семена, шкурки и еще черт-те что. Все пространство было забито огромным количеством горшков, кожаных мешков и всевозможных вязанок. Старик сидел на одном из тюков и держал в руках маленький горшок с настойкой. Над головой его на стенке хижины плотным комком мерцали светляки.

— Как ты тут дышишь? — удивился Кандид. — Тут же нечем дышать.

— А… это ты, Молчун, там топчешься… — хрипло сказал Кулак. — Я думаю, кто это там топчется, шерсть на носу? Один вот тоже так топтался, топтался, как дали ему коленом под зад, так он больше не топчется и другим топтаться не советует…