Чтение онлайн

Ратибор внимательно выслушал дракона-мага и строго рыкнул:

— Всем грызть камни и сталь. Колдуны, заворожите их, чтобы были покрепче, а ты, Сережень, давай, признавайся, какой заговор у тебя есть, чтобы волки зубы могли оттачивать?

Почесав макушку, я пожал плечами и честно признался:

— Ну, если это можно считать заговором, то я сначала садился перед камнем и представлял себе, что это навий волк, а потом зверел не на шутку и, разинув пасть как можно шире, изо всей сила бросался вперёд сжимал челюсти так, словно это был мой последний шанс откусить ему голову. Поскольку навий волк нам не враг, братья, то лучше представить себе, что перед тобой сидит и скалится змеиный король. Макс, у тебя должно это получиться. Сынок, представь себе эту тварь, сосредоточься и передай мысленный образ ребятам. Думаю, что это вам всем поможет обрести зубы навьего волка.

Максим сделал это с такой мысленной силой, что я чуть было не обернулся и не бросился вперёд. Зато это сделали все волчата, и от яростного клацанья их зубов воздух наполнился резким и громким треском. Святополк удовлетворительно кивнул:

— Да, это очень мощный колдовской заговор на волчьи клыки, только очень уж экзотический, но ведь работает как хорошо.

Шагар остался, а я с дядьями отправился в свои трёхэтажные королевские покои, расположенные на самом верху серебряного паруса. Геша увязался за нами, и я не стал его прогонять прочь, хотя нам предстоял сугубо семейный разговор. Как маг-оружейник, он должен быть в курсе того, что нам предстояло сделать в ближайшем будущем. Мы поднялись на самый верх, в просторный зал, имеющий в плане форму не слишком узкого кошачьего зрачка. Там, посередине, стоял на подиуме белого мрамора большой круглый стол резного дерева с дюжиной кресел вокруг него. Омар установил в моём кабинете точно такое же магическое устройство, способное показать мне все четыре мира, как и в Золотом дворце, а Рожаница его немного модернизировала. Повинуясь моему мысленному приказу, стол уменьшился, и вокруг него осталось только четыре кресла, но он мог стать и впятеро больше. Сев лицом к востоку, я мысленно велел столу показать карту Азии и задал своим дядьям весьма непростой вопрос:

— Вы сможете во всех деталях вспомнить все свои походы?

Ратибор сосредоточенно кивнул:

— Разумеется, Сережень, ведь мы отправлялись туда уже опытными волками и потому всякий раз теряли не больше дюжины воинов. Что тебе хочется знать? Мы обо всём расскажем без утайки.

Вместе меня второй вопрос задал Геша:

— Парни, каким оружием вы с ними сражались?

Дядька Ратибор вздохнул и с усмешкой ответил:

— По большей части мы их рвали клыками, дракон. Не было у нас тогда надёжного оружия, а точнее нам никогда не хватало патронов для автоматов. Тебя, видно, интересует, возьмёт ли чёрного змея разрывная пуля, начинённая серебром и ртутью? Возьмёт, не сомневайся. Калаши нас всегда выручали, но только на первых порах и всё дело тут вот в чём, ребятушки. Вход в ту пещеру всего один, с севера, через ту расселину, в которую никогда солнечный свет не проходит, а вот выходов несколько десятков только тех, про которые мы знаем, вот только открываются они ровно через сутки после начала боя. Едва мы войдём в пещеру Проклятой горы через узкий проход длиной в полторы сотни саженей, то сразу попадём в огромный каменный зал с наклонными стенами, в котором чёрных змеев будет несколько тысяч. Мы называем его Змеебойней и вот почему. Пол в этом зале, а высота его будет под шесть сотен саженей, сплошь покрыт костями и черепами змеев. Лишь изредка среди них попадаются кости наших предков, да, их оружие, а зал огромен. В ширину он будет пятьсот саженей, а в длину версту с четвертью и чем ближе к Пяти Вратам, тем выше груды костей змеиных и тем чаще среди них попадаются человеческие черепа. Когда мы входили в Змеебойню в прежние времена, то выстраивались клином, ставя в голове и на флангах самых опытных воинов-волков. Пока не закончатся боеприпасы, стреляли, а потом оборачивались волками и двигались вперёд, построившись в каре, в центре которого всегда шли наши колдуны лекари, а в последние годы и колдуньи. В былые годы нас до двух тысяч в бой отправлялось, но со временем силы наши стали иссякать. В последнем бою против змеев сражалось всего четыреста тридцать воинов-волков, двенадцать колдунов и семь колдуний. Колдунов и колдуний нам всех удалось вывести, но двести девять волков сгинуло в Змеевой пещере. Хотя нас было мало, мы всё же истребили всех змеев в Змеебойне и вошли в Малые восточные врата, из которых есть самый короткий путь на склон Проклятой горы. На то, чтобы войти в Лютые врата, сил у нас давно уже не было, а ведь именно они ведут в Главное логово, туда, где свился в кольца змеиный король. За его тронным залом как раз и находится тот колдовской чан, из которого змеи вытаскивают сотнями яйца. Через Лютые врата можно выйти на Главную змеиную тропу, длинную и извилистую нору высотой в тридцать саженей и шириной в сорок. В ней полно змеиных келий, выдолбленных в камне, и длинных нор, и она тоже кишит ими, но если в Змеебойне против нас выступят молодые змеи, то там придётся биться с матёрым зверьём. Молодой змей имеет в длину максимум четыре сажени, но матёрый змей будет куда больше, все семь саженей, но в глубине, поближе к Главному логову, попадаются змеи длиной в девять саженей, но змеиный король их всех больше, в нём все двенадцать саженей. Все минувшие годы мы ведь только и могли сделать, что не дать змеиному отродью расплодиться. Наши предки долго искали Проклятую гору, больше тысячи лет, и нашли её в самой жуткой пустыне на Земле, в горах Гобийского Алтая. В древности чёрные змеи часто нападали на людей, живущих в Китае. Те даже построили против них свою Великую стену, но не она положила конец их набегам, а то, что наши предки начали с ними сражаться и вот тут мне не всё ясно, Сережень. В первые годы, в Змееву пещеру можно было входить каждый год, и выйти из неё также можно было через вход, отступив назад, но уже через семь лет всё изменилось. Кто-то навёл в Проклятой горе сильную магию, и после этого нашим предкам пришлось прорубаться к выходам иной раз по две недели кряду. Теперь-то мне стало ясно, кто за этим может стоять, но нашим предкам пришлось туго. Не знали они, что среди людей найдутся такие твари, которые предадут их и продадутся, да, кому, чёрному колдовскому отродью. Теперь, пожалуй, надо сказать, как сражаются чёрные змеи. Да, очень просто, наваливаются всем скопом, и пытаются вцепиться тебе в загривок, чтобы какой-то другой змей перегрыз волку глотку. Ещё они большие мастера лазать по стенам и потолку, чтобы вниз прыгнуть тебе на спину, но у нас немало таких волков, которые летают хотя и не так ловко, как Сдвоенный Клык, но всё же способны на лету откусывать им головы. Сколько сейчас под землёй чёрных змеев, я не знаю, но в древности наши колдуны говорили, что их не может вырасти больше десяти тысяч. Вот, уж, не знаю, правда, это или нет. Может быть, они так просто успокаивали наших предков-воинов. Ну, и, последнее, можно ли рубить змеев мечом. Можно, змеи колдовского булата пуще серебра с ртутью боятся, но риску вдвое больше. Сдаётся мне, что обернись тогда король Ратмир волком, то змеям было бы несдобровать, но он уже никогда не стал бы человеком. Поэтому ты правильно поступил, Сережень, что не стал надевать отцовскую корону. Умный волк и так в тебе короля признает, а тупому псу ты этим ничего не докажешь. Видно Световид-провидец всё наперёд знал и не задержись наша волчья сотня в степи хазарской, где нас халдейские маги привечали, победа была бы на нашей стороне. И то, что халдеи оказались там со своими дарами для короля Ратмира, тоже не было случайностью, как нас потом долго в этом убеждали. И ведь тех халдейских магов тоже было пятеро, а то, что они были древними старцами, ни о чём, кроме их хитрости и коварстве, не говорит. Всё остальное, Сережень, ты узнаешь из нашей «Хроники королевской волчьей сотни». В том, что пока будет на Руси всего сотня воинов-волков короля Ратмира ей не сгинуть, думаю, тебя убеждать не надо. Ты ведь и сам происходишь из нас, племянник.

Улыбнувшись, я только кивнул и спросил друга-дракона:

— Что скажешь, Геша?

Тот пожал плечами и со вздохом ответил:

— Серый, в зависимости от того, насколько велика дыра на входе, я так полагаю, что для десяти драконов там было бы всего на пять минут работы. Сунули в дыру головы, хорошенько надулись, дохнули внутрь пламенем и тогда всё, что находится внутри, сгорело бы за милую душу, но так делать нельзя. В той горе находятся кости твоих предков. Их надо вынести и со всеми воинскими почестями похоронить в Моховом, а ещё лучше в одном из древних городов Руси. Если так не сделать, то потом людям в глаза будет не посмотреть.

Дядька Ратибор, который было, напрягся, облегчённо вздохнул и широко заулыбался:

— Правильно говоришь, дракон. Без страха мы шли в Змееву пещеру потому, что знали, потомки закончат наш ратный труд и похоронят нас всех в одно великом кургане.

— Значит, это будет самая обычная ликвидация логова тварей, и ничего особенного нам выдумывать не придётся. — сказал я, но в то же время прекрасно понимал, что сложностей будет немало.

Святополк немедленно возмутился:

— Обычная, говоришь? Да, ты хоть знаешь, какой дикой силой обладает даже малый змеёныш? Нет, парень, ты такого врага ещё в жизни не видел. Это будет жестокая сеча и много воинов сложит в ней головы. Поверь моему слову, Сережень.

Геша посмотрел на дядьку Святополка с иронией и спросил:

— Свят, ты помнишь, какого размера был Чебурашка, которого вы завалили? Так вот, я не намного меньше. Когда я линял, то сделал так, чтобы ни один клочок моей старой шкуры не пропал. Поверь, Серый бывал в таких передрягах, что иной раз мне приходилось практически заново шить для него драконью броню, а потому кожи у меня почти не осталось, зато теперь есть с кого новую содрать.

— Это с кем же ты так люто воевал, Сережень? — удивился мой сородич — Ведь про драконью кожу говорят, что прочнее неё нет ничего на свете, будто она прочнее танковой брони, хотя лёгкая, словно пёрышко, и мягкая, как пух.

Махнув рукой, я ответил:

— Не бери в голову, Святополк. Хотя, знаешь, если архилярва заматерела и вошла в полную силу, то ей ничего не стоит превратиться в такое чудовище, что рядом с ним чёрные змеи червяками покажутся. Чёрная магия весьма неприятная штука даже для волчьих зубов, но ты знаешь, я таких штук тридцать завалил и ничего, как видишь жив. Чтобы ты понимал, о чём я говорю, давай я тебе покажу, во что такие твари предпочитают оборачиваться.

Повинуясь моему мысленному приказу, стол, который сотворила моя помощница, изобразил тираннозавра, а рядом с ним меня и даже показал короткий поединок, который Рожаница извлекла из моей памяти. Оба дядьки ахнули, а старший, кивая, подтвердил:

— Да, Свят, Сережень прав. Этот двуногий дракон будет пострашнее, чем даже самый здоровенный чёрный змей. Если, конечно, у него такая же прочная чешуя.

Геша поспешил сказать:

— Поверь, Ратик, броня у этих тварей очень прочная, кевларовая. Мне Серый все тридцать семь шкур сдал. Архилярва ведь после того, как он ей голову отгрызал, сгорала, зато её магическая броня целой оставалась и я потом пускал её на изготовление мотоциклов.

Мои дядья переглянулись, и дядька Ратибор спросил:

— И много на Земле таких тварей, Сережень? Или ты их всех истребил? Это ведь архилярвы во все времена давали чёрным змеям силу. Чем больше в мире зла творилось, тем сильнее те становились.

Понять интерес дядьёв было не трудно. Если я умудрялся сначала изрешетить архилярву-переростка, а затем, обернувшись волком, отгрызть ей голову, то со змеями мы такой армией точно справимся, ну, и что делать волку-воину потом? Поэтому я так успокоил их:

— Не волнуйтесь, на наш век хватит. Правда, этих тварей очень трудно вычислить, но ещё труднее выманить из логова в какое-нибудь безлюдное место, но нам и это удавалось. Иной раз до десяти волков приходилось собирать вместе и, представьте себе, меня на такие дела всегда приглашали именно потому, что я умею очень быстро отгрызать этим чудовищам головы. Разделение труда. Пока остальные волки сражаются со слугами и выводком, я занимаюсь матёрой архилярвой. Поэтому я имею хороший боевой опыт и намерен передать его вам, чтобы наш бой превратился в самую обычную работу чистильщиков. Ну, а теперь покажите нам с Гешей Проклятую гору и Змееву пещеру. Рисовать ничего не надо, вы только вспоминайте её и всё, а этот стол изобразит и гору, и все подземелья, где вы бывали, в лучшем виде.

Уже через пару минут перед нами предстала на карте Проклятая гора, которая находилась в пустыне Гоби, в горах Гобийского Алтая. Это была большая и высокая гора, окруженная со всех сторон песками. Гобийские ветра отполировали её склоны, и вместе с тем превратили скалы на склонах горы и её вершину в гротескные фигуры диковинных зверей. В поперечнике гора имела больше восьми километров и, похоже, это был когда-то вулкан, так что не мудрено, что внутри имелись пещеры. В её северном склоне зияла трещина, в нижней части которой мы увидели пролом. В него разом могло войти три-четыре таких дракона, как Геша. Вскоре мы увидели не только те норы, по которым прошли мои дядья, но и те, которые были подробно описаны в Хрониках моих отважных сородичей.

Самое любопытное заключалось в том, что Проклятая гора была очень тщательно замаскирована мощнейшим магическим мороком и потому даже вездесущие големы воздуха, летавшие над всеми четырьмя мирами на высоте в полкилометра от поверхности земли или воды, её не видели. При этом големы в этом месте поднимались над ней, словно гора была им видна. Определить, чья это была магия, мы с Гешей так и не смогли, но она явно не имела никакого отношения к магам-драконам. У меня даже закралось в голову такое подозрение, что и чёрные змеи также не были творением магов-ренегатов, решивших бросить вызов самому Роду. Узнать обо всём подробнее мя могли только внутри Проклятой горы, в Змеевой пещере.