Чтение онлайн

А ещё мы с Деей строим планы, как уговорить её отца взять дочь с собой на Зарю. Я даже подумываю о том, чтобы попросить Дейна на него повлиять.

Вот только совсем скоро всё моё внимание переключают на себя совсем другие вещи. Я не то, что не ожидала такого, но даже и представить себе не могла.

Выхожу из дома моих родителей и спешу быстрым шагом на нашу улицу, прижимая к себе сына.

— Ну почему? — горько вопрошаю я, а перед моими глазами опять встают те мерзкие сцены.

Я толкаю дверь дома, вхожу внутрь и прислоняюсь к стене. Силы окончательно покидают меня. Марку надоедает сидеть у меня на руках и он подаёт голос, начиная хныкать.

— Что с тобой? — ужасается подошедшая Нея. — На тебе просто лица нет!

Она забирает у меня сына и слегка подбрасывает его кверху, так, что он начинает смеяться.

— Ты чего, Тэми? Что-то случилось?

Я мотаю головой. Нея уходит в сторону кухни. Через несколько мгновений оттуда появляется Кейн. Подходит ко мне, берёт за руки и заглядывает в глаза. Понимаю, что мне всё-таки придётся объясниться.

— Моя сестра, Сейни… Ты знаешь, у нас всегда были сложные отношения. Но сейчас… Мы разругались в пух и прах, как в детстве!

— И это всё? — удивляется Кейн.

Я киваю.

— Как же ты меня напугала! Я думал, беда какая-то случилась.

— Беда? Я не знаю, может, это действительно беда? Я не понимаю, что происходит! Мы ведь взрослые люди.

— Из-за чего это вышло?

— Если бы я сама это понимала! Хотя, может, я действительно виновата? Не надо было рассказывать про Старый Айрин? Но ведь Сейни сама спросила меня про тен Заро и их бегство оттуда!

У меня перехватывает дыхание.

— Она назвала меня… убийцей! Но так уже было… давно… и не раз. А ещё она сказала, что я — предательница, и даже в своём доме развела целое гнездо врагов! Мне страшно, Кейн! Неужели кто-то действительно так воспринимает то, что в нашей семье люди со Старого Айрина?

— Кто-то недалёкий, может, и воспринимает. Не обращай внимания! Смотри, Геда Марн тебя в академию отправляет. А Эрви Даро тебе всё время привет передаёт. Просто думай о хорошем!

— Я знаю, мне не надо было рассказывать ей такие вещи! Она жила в своём светлом и радостном мире, а я…

— Если бы она жила в светлом и радостном мире, она бы такого не сказала! — уверенно произносит Кейн.

— Да нет, она всегда подчёркнуто дистанцировалась от войны. Не хотела знать ни о чём злом и страшном. И профессию выбрала самую мирную — производство одежды и аксессуаров. Она великолепный дизайнер! Создаёт модели. Да у неё со всего Айрина платья заказывают, прямо в очередь записываются!

Перевожу дыхание и добавляю:

— Люди же все разные, правильно? Каждый имеет право быть самим собой.

Кейн увлекает меня на кухню, где он и Нея, с неловкой пока помощью Миры, занимаются обработкой фруктов из нашего сада, чтобы потом сделать из них вкусные сладости. Сын сидит на полу, увлечённый игрой с небьющейся посудой. Вскоре к нему присоединяется и старшая сестра.

Остаток дня проходит совершенно спокойно, можно даже сказать, идиллически. Мы ужинаем, потом укладываем детей спать и идём гулять с Кейном. Даже в озере купаемся при свете звёзд.

Но произошедшее между мной и моей сестрой, словно глубоко засевшая заноза, не даёт мне покоя. В голову лезут обрывки воспоминаний из той, такой далёкой, жизни.

Я — неблагодарная тварь? Треплю нервы родителям, лишила их покоя.

Чувство обиды захлёстывает душу. Зачем она так?

Это началось… Когда это началось-то? Кажется, тогда, когда я поступила в лицей кшатри.

До этого у нас не было конфликтов. Вообще. Как в абсолютном большинстве семей на Светлом Айрине.

Почему мы вдруг начали ссориться?

Да, разногласия с родителями. Они были против моего выбора. Я тогда не знала, что за этим стоит. Выяснила уже после. Когда вернулась со Старого Айрина.

Мама никогда не рассказывала нам о своём детстве. Мы просто знали, что наш дедушка, её отец, погиб в результате вторжения.

И я не могу её за это осуждать. Наверное, так было даже лучше. Слишком страшное и преждевременное знание может надломить психику.

Тогда мне было очень больно. Я гадала, за что и почему на меня всё это свалилось. Искала причину в себе. Иногда даже казалось, что находила.

Сейни твердила, что у меня ничего не получится. Я не справлюсь и плохо кончу.

Мама не останавливала её. Разве что когда она начинала меня оскорблять или повышать голос.

Она стала делать это, когда никто не видит.

Иногда я ощущала самую настоящую ненависть. К родной сестре!

Потом, на Старом Айрине, я узнала, что это довольно типичная ситуация для духовно неразвитого мира. Там так многие живут. И даже считают нормальным. Там вообще многие полагают, что конфликты и даже войны — естественное и неотъемлемое свойство человеческой природы.

Для Светлого же Айрина это было чем-то непредставимо шокирующим.

Я боролась с собой. Не соглашалась с теми чувствами, что испытывала к Сэйни. Иногда даже себя начинала ненавидеть. Если бы не церковь и не исповедь, не знаю, выдержала бы я вообще.

Как передать словами то жуткое ощущение разрушающегося вокруг тебя мира? Крушение той сладостной идиллии любящей семьи и самого счастливого на свете детства? Да и зачем?

Я это пережила. Наверное, это сделало меня сильнее. Рано утром, когда все ещё спят, внезапно чувствую вызов на своём инте. Это Сейни!

Тихонько выскальзываю из постели и выхожу из спальни. Она спрашивает, можно ли прийти ко мне, чтобы поговорить. Прямо сейчас.

В такое время? — мысленно недоумеваю я. — Ещё только-только солнце всходит.

Меня охватывает тревога. Надеюсь, у неё ничего не случилось.

— Да, конечно, приходи! — отвечаю я.

Ничего не понимаю. Что происходит?

Пока она идёт, я беспорядочно метаюсь по дому, пытаясь собраться с мыслями. Пробую даже молиться, но и это толком не получается.