Чтение онлайн

Итак, Перлемиан в этом месте представлял из себя три главных гиперлейна, и еще пять «побочных» коридоров — все шли параллельно, причем, четыре из пяти боковых коридоров систему Абина обходили стороной. Вот из Сепаратисты закрыли наглухо: просто поставили на маршрутах несколько десятков кораблей с генераторами гравитационной тени, и расстреливали «выдернутые» ими в реальное пространство корабли Республики. В условиях, когда их эскадры заняли позиции и развернули боевые порядки заранее, а через коридоры, имевшие малую пропускную способность, приходилось буквально продавливать дестроер за дестроером — ничего удивительного! Интересно тут было другое: у одного из главных гиперлейнов, и у пятого бокового коридора корабли с гравиколодцами тоже стояли, не давая их флоту свободно маневрировать и попросту обойти систему Абина стороной. Обойти систему Абина стороной… может, как раз в этом и было все дело? — С этой точки зрения стратегия тионцев была правильной: все заранее перекрытые пути обходили Абин — одни на более дальнем расстоянии, другие — почти пересекая саму звездную систему. Так, а если посмотреть со стороны Тионского кластера? — к системе Абина подходит на два гиперлейна больше! — Один, от Белдерона, идет параллельно основной линии Перлемианского Пути, а второй, имеющий меньшую пропускную способность, идет от Сай Мирта. Зиндж почуял себя как ворнскр, взявший след добычи: выходило, что тионцы сознательно загоняли огромный флот вторжения во что-то вроде «бутылки»? — и узким бутылочным горлышком, мимо которого жидкость никак не протечет, был выбран именно Абин…

Нет! Все равно не сходилось! — Ну, вытеснили сепы их армады на основные гиперлейны, заставив их сосредоточить силы в одной единственной звездной системе, а дальше? Численное преимущество республиканского флота никуда не делось, даже, несмотря на то, что тионцы откуда-то получили сильные подкрепления, наличие которых прохлопала, в очередной раз, разведка Республики. Пусть все эти бесконечные перестроения и переброски, с гиперлейна на гиперлейн, нарушили походный ордер флота и заставили его вступить в сражение беспорядочной массой: при имеющемся неравенстве сил, сепам это все равно не поможет. Их просто задавят массой, особенно сейчас, когда все соединения флота Республики установили, наконец-то, надежную связь между собой! Исход схватки «строй против строя» сомнений не вызывает. Собственно, если им удастся быстро завершить перестроения, то в системе Абина навсегда останется три четверти сеповскго флота — а если не повезет, то удрать успеет половина. Слишком растянутая, и тактически не очень удачная по конфигурации боевая линия тионского флота, ничего хорошего сепам не сулила. Нет, пока их построение сковывает развертывание флота Республики, в нем как раз есть определенная выгода. Сковывает? — мысль пронзила мозг как бластерный болт. Вывод, который из этой мысли следовал, поверг коммодора в шок: сейчас к сепам должны подойти еще подкрепления! Откуда? — а вот это вопрос: теоретически, летать ведь можно и через «дикое» пространство. Просто… путь, который по хорошему гиперлейну одолеешь за час, там придется преодолевать за сутки, недели, а то и месяцы времени. Ну, так ведь дроидам все равно, они скучать не умеют — не так ли?

Зиндж лихорадочно начал поворачивать изображение разными сторонами, пытаясь прикинуть: откуда ждать сеповской атаки. Теперь было понятно и отключение «глушилок» — транспондеры тионских кораблей будут играть роль приводных маяков, для своих соратников! Это не республиканский флот, где было достаточно джедаев, чтобы координировать работу эскадр даже сквозь помехи, положившись на Силу — дроидам нужно четко задать маршруты движения: интенсивные помехи теперь повредят больше самим сепам, чем республиканцам! Коммодор немедленно хлопнул по сенсору экстренного вызова, прося у всех участников совещания внимания.

— Господин Высший Генерал, господа офицеры! — прошу немедленно отдать приказ привести в действие все наши флотские системы РЭБ! В самое ближайшее время нам угрожает контратака Сепаратистов!

Дальше Зиндж вывел на общее обозрение свою схему, прямо с собственного терминала расставляя в ней маркеры, на возможных путях выхода из гиперпространства подкреплений, которые вот-вот должны были подойти к тионцам. Другая мысль отвлекла внимание коммодора, заставила его обратиться напрямую к вахтенным навигаторам «Батальона».

— Господа, не могли бы вы выделить корабли-заградители сепов, что держат сейчас свои генераторы гравитационной тени включенными, и привязать их местоположение к моей схеме?

Первым мысль Зинджа понял Ки Ади Мунди.

— Коммодор эээ…

— Зиндж, магистр!

— Коммодор Зиндж, вы полагаете, что места, где наш противник держит включенными генераторы гравитационной тени — будущие точки выхода их дополнительных сил?

— Так точно! Судя по некоторым, непроверенным, докладам разведки — тиноцы раньше использовали такой прием: благодаря искажениям метрики пространства в таком месте, у них должен быть минимальный паразитный дрейф при выходе из гипера! Меньше времени на развертывание — их корабли выйдут из гипера уже в боевом строю. Разумеется, из зоны гравитационной тени невозможно сбежать, но им, я думаю, это и не нужно: тионцы явно настроены на бой…

Между тем, на схеме зажглась россыпь новых точек, помеченным отдельным цветом. Зиндж внутренне похолодел: у них в тылу, перекрывая те самые два больших гиперлейна, по которым флот прорвался в систему Абина, стояли вражеские корабли-заградители! Если это не заранее спланированная ловушка, то коммодор вообще ничего не видел в жизни. Он бросил взгляд на голограмму мастера Мунди. Цереанин, словно уловив чужой взгляд через пространство, кивнул ему в ответ. Потом магистр обратился к Сууну Бейтсу.

— Суун! Прикажи поставить помехи, как предложил коммодор Зиндж. И, думаю, что с перестроением нам уже не успеть: надо немедленно прорываться вперед, к Абину! — главное, прорвать их строй прежде, чем к Сепаратистам подойдет подкрепление…

Они опоздали, всего чуть-чуть. Правда, на войне ценой опоздания, чаще всего, является жизнь неудачника.

— Что значит: «совершенно бесполезно для нас»?

Адмирал Уилхуфф Таркин явно не понимал, в чем заключается суть проблемы. Феланил почувствовал себя так, словно проводит первую лекцию по основам работы с разными материалами с помощью Силы, для самых младших юнлингов. Впрочем, среди таких же «непонятливых» здесь оказались все, кто не умел чувствовать Силу сам.

— То и означает: ни один джедай, или, если взять шире — адепт Светлой Стороны Силы, это сооружение воспроизвести просто не сможет! Для того, чтобы его создать, форсъюзер должен пребывать на Темной Стороне. Во всяком случае, он должен будет ступить на Темную Сторону — хотя бы временно. Для тех, кто не в курсе, поясняю: оказаться на Темной Стороне бывает гораздо легче, чем вернуться потом обратно к Свету. Иметь потом дело с Падшим, а то и не одним…

Собравшиеся в этом зале, после просмотра голозаписей и демонстрации переданного им голокрона, ожидали межзвездного сеанса связи. Йода, Мэйс Винду, госпожа Канцлер, лидеры фракций Сената во главе со Спикером, Месом Амеддой, начальник Генерального Штаба адмирал Таркин, шеф Убиктората Арманд Айсард, еще несколько генералов и адмиралов. Обычных вояк, как понял Феланил, пригласили сюда с той же целью, что и его самого — в качестве консультантов. Намечались предварительные переговоры с руководством Конфедерации Независимых Систем. Кстати, как недавно узнал сам Феланил, к призыву начать переговоры, сделанному младшим Дуку частным порядком непосредственно Канцлеру Амидале, как раз и прилагались этот голокрон, и некие голозаписи. Голокрон, понятное дело, смогли внимательно изучить только джедаи, а вот голозаписи только что произвели настоящий фурор среди собравшихся здесь политиков и военных. По крайней мере, если не сами обстоятельства разгрома республиканского флота в системе Абин, то уж его причины, стали ясны совершенно точно. Двадцать тысяч боевых кораблей за пару месяцев! — не удивительно, что адмирал Таркин захотел иметь такую же игрушку. Феланилу было даже жалко обламывать желание адмирала: как будто конфетку у ребенка отбирал.

— В общем, господин адмирал, я с большим трудом могу себе представить ситуацию, когда Орден может пустить подобную штуку в дело: с этой банты шкура получается уж слишком плохая!

В зале, на миг, повисло молчание, которое прервал один из сенаторов — Органа, кажется?

— Не вижу смысла в данном поступке. Что господин граф вообще надеялся этим добиться?

Ответила ему сама госпожа Канцлер.

— Доверие, Бэйл, тонкая штука. А передав нам этот голокрон, Райден Дуку оказал нам доверие. Теперь только от нас самих зависит: оправдаем мы это доверие, или нет.

— Но, мастер… Баакс нам только что объяснил, что для нас голокрон бесполезен. Его попросту невозможно использовать, это крайне опасно! Где тут речь о доверии?

— Разумеется. Однако, теоретическая возможность этого все же остается, не правда ли, мастер Феланил?

Феланил Баакс утвердительно кивнул, прибавив на словах.

— Карточные игроки называют подобное: «зайти с козыря». То, что козырей на руках у нас нет сейчас, вовсе не значит, что их у нас никогда не будет. Господин Дуку показал, какие карты есть на руках у него самого, да, почти ничем не рискуя — этот голокрон все равно не покинет нашего специального хранилища, предназначенного для подобных артефактов. И, тем не менее, я могу вам официально заявить две вещи: Репликатор сделать можно! — а вторая вещь — это слишком рискованно. На такое можно решиться только в отчаянном положении, когда нет другого выхода.

— Очень опасна вещь эта. Соблазн для нетвердых умов несет она!

Гранд-мастер небрежно, с помощью телекинеза, притянул пирамидку голокрона к себе, и спрятал ее где-то в складках робы. Амидала спокойно проследила глазами полет артефакта и продолжила.

— Мастер Йода совершенно прав. В этом жесте Райдена Дуку я вижу желание закопать поглубже отравленный клинок, чтобы никогда его больше не доставать обратно.

— Угроза и пожелание мира в одном флаконе?

Угрюмый Спикер задумчиво покачал рогатой головой.