Чтение онлайн

– Слово сказано, – хрипло каркнул самый старший из присутствующих, насупленный старик с длинными седыми волосами. – Теперь очередь за делом.

– Я могу считать, что вы в игре, Лиолз? – быстро спросил Граух.

– Не так быстро. Все вы, молодые, вечно торопитесь… Такие дела необходимо сначала просчитать. С одной стороны, взносы должны быть достаточно низкими, чтобы создать массовость…

– Массовость будет, не волнуйтесь, – заметил лысый. – Местный народ дико боится потерять работу.

– …С другой стороны, нам необходимо отвадить сразу всю голытьбу, которая не работает, а мотается по кабакам…

– Какие проблемы? – усмехнулся Граух. – Введем дифференцированные взносы, и всего делов.

– Это значит, создавать базу данных, – просипел старик. – Снова расходы.

– Единовременные, – включился в разговор до этого молчавший интеллигентного вида молодой человек в черной рубашке. – Потом поддерживать ее – это не так сложно.

– Господа, господа, – снова послышался голос невидимого участника. – Все это частности, которые потом можно будет решить в рабочем порядке. Давайте договоримся о главном. Кто в деле? Вы, Граух, как инициатор, Труамн, Кхел, Саа?

Молодой, лысый и человек в черной рубашке согласно кивнули.

– Баарихт?

– Играю, – последний участник конференции согласно наклонил голову.

– Лиолз?

– Я пока воздержусь, – проворчал старик. – Может быть, присоединюсь попозже.

– Я тоже в деле, значит, нас шестеро. Как делим?

– Поровну, – сказал Граух. – И по три четверти пая для тех, кто присоединится до конца года.

– Полный пай, – предложил старик. – С условием равной доли расходов. Все равно, прибыли в ближайшие года два вы не увидите.

– Хорошо, – кивнул Граух. – Теперь управление. Предлагаю по одному директору от каждого из нас.

– Идет, – сказал лысый. – Ладно, руководишь ты, раз уж начал. Но вы согласитесь, ваше высочество, стать у нас почетным председателем? Для порядку.

– Я готов, – Кэноэ с интересом посмотрел на собеседников. – Но учтите, раз вы привлекаете меня к делу, я требую, чтобы меня по-настоящему держали в курсе. И хочу, чтобы вы не забывали: главная цель этого предприятия – не получение доходов, а улучшение условий жизни людей!

– Мы принимаем ваши условия, ваше высочество, – Граух с уважением наклонил голову. – Кстати, если наше предприятие завершится успехом, мы и в самом деле изменим жизнь в Старом Городе. У рабочих появится страховка, и они будут меньше зависеть от милости своих хозяев.

– Нужно прикинуть, кто еще может быть против, – проворчал лысый. – Однозначно – ростовщики…

– Это все – частности, – прервал его голос с погашенного экрана. – Я думаю, более предметный разговор можно будет повести, скажем, завтра, идет? Давайте дадим название нашему новому предприятию, чтобы символизировать его основание, и вернемся к своим текущим делам.

Около минуты стояла тишина.

– В нашей державе одна страховая компания уже есть, – вдруг сказал молодой. – Она так и называется – государственная. А мы назовем свою Императорской! "Императорская страховая компания". Вы не возражаете, ваше высочество?

Кэноэ, естественно, не возражал.

– А вы интересный человек, ваше высочество, – заметил Граух, когда экран связи погас и конференция завершилась. – С моими жильцами вы разговаривали на одном языке, с нами – совсем на другом. Вы умеете говорить с людьми именно так, чтобы к вам прислушивались. Наверное, вас этому учили?

– Учили? – удивленно переспросил Кэноэ. – Такому – определенно, нет. Мне кажется, все люди разные, и с каждым поэтому нужно говорить чуточку по-другому. Никогда об этом не задумывался…

Внезапно браслет на его руке издал несколько прерывистых писков.

– Увы, но мне надо возвращаться, – со вздохом сказал Кэноэ. – Скажу, мне было интересно общаться с вами и вашими… знакомыми. Раньше я редко встречал людей, подобных вам. В вас чувствуется уверенность в себе и совершенно не заметно страха. Интересно, вам придает силы ваша собственность?

– Скорее, привычка рассчитывать только на себя. А насчет собственности… Вы разрешите мне доставить вас на моем собственном гравикатере?

– Это будет весьма кстати. Кажется, мне надо здорово поторапливаться.

Еще бы не поторопиться, когда вызывает сам Император, пусть он и приходится родным дядей. Кэноэ шагал по коридорам Дворца, чувствуя нарастающий дискомфорт. Ему было жарко, церемониальный плащ так и норовил коварно обмотаться вокруг ног, парадная портупея была плохо подтянута и раздражающе звякала в такт его шагам. Однако хуже всего была неизвестность. Все семейные проблемы дядя решал, как правило, просто, по-родственному, и официальный вызов явно означал что-то необычное и, наверняка, неприятное. Очевидно, его вояж в 38-ю провинцию должен был повлечь за собой не простую нахлобучку, а нечто похуже.

Проклятый надзорник! Отомстил, все-таки! Кэноэ чувствовал, что боится неизбежного наказания. Ему было стыдно за этот страх, но он ничего не мог поделать с собой, что было особенно неприятно.

– Привет, Кэно!

Негромкий мелодичный голос – словно луч света в хмуром царстве пасмурных дум. Кээрт! Вернулась!?

– Привет, рад тебя видеть. Ты сегодня такая красивая.

Дежурный комплимент, но соответствующий истине. Как всегда.

– А ты – такой нарядный.

– Есть причина.

– О тебе так много говорят, – хитро прищурилась Кээрт. – Может, расскажешь? Или я тебя задерживаю?

– Пожалуй, нет.

Все равно, конкретного времени на аудиенцию ему не назначили, а ждать придется в любом случае.

– Итак, все случилось позавчера утром, – начал он, – увлекая Кээрт в боковой коридорчик, где их никто не должен был побеспокоить. – За завтраком моя мама заметила, что наша повариха Нриант сама не своя…

Вначале он старался говорить в юмористическом тоне, каким он обычно описывал Кээрт свои похождения, но у него ничего не выходило. Незаметно он перестал смеяться и острить, а излюбленные им длинные и детальные описания сменились скупыми точными фразами. Он сам удивлялся происшедшим с ним переменам и даже немного пугался их, зато все прочие страхи исчезли словно сами собой. Действительно, зачем ему бояться, если он не совершил ничего такого, чего можно было стыдиться?

– Спасибо, – тихо поблагодарила его Кээрт. – Ты молодец.

– И тебе спасибо, – сказал Кэноэ. – Знаешь, мне надо было рассказать кому-то, чтобы лучше понять…

– А ты изменился, Кэно, – произнесла вдруг Кээрт со странной интонацией. – Ты будто повзрослел.

– За два дня? – засомневался Кэноэ.

Ему не хотелось признаваться самому себе, что он и в самом деле изменился.

– А для этого не нужно много времени. Просто раньше для тебя все было каким-то не совсем настоящим, не взаправдашним. А теперь все по-иному. Ты начал жить по-настоящему, Кэно.