Чтение онлайн

Медленно перелистывая страницы, Билон постепенно проникался духом газеты. Очень толковые и умные комментарии о событиях в Гордане и за рубежом самым странным образом соседствовали в ней с мелкими и мельчайшими местными новостями, которые писались людьми, прекрасно знающими округу и людей, ее населявших.

– Честно говоря, я не представляю здесь места для себя, – признался Билон. – Я вижу, у вас весьма обширная сеть внештатных корреспондентов, в которую я совершенно не вписываюсь, а о том, что происходит в стране и в мире, вы осведомлены лучше меня.

– О, не все так трагично, – невозмутимо заметил Кримел. – Я же вам говорил, с приездом беженцев все должно измениться. Я хочу, чтобы вы взяли эту тему – целиком и полностью. Вы такой же новичок здесь, как и они, поэтому я рассчитываю, что вы будете хорошо понимать, что нужно им и о чем они бы хотели прочитать в нашей газете. Кроме того, я хочу, чтобы ваши материалы помогли навести мосты между ними и нами, старожилами. Здесь немало тех, кто приезжает и уезжает, и мы долго приглядываемся к каждому новичку, прежде чем допустить его в свое общество. Но когда сюда приедут сотни тысяч людей, мы сами окажемся в меньшинстве. И я надеюсь, что наш опыт и наши знания о здешней жизни помогут этим беднягам найти здесь новый дом…

– Мужчины! – послышался из-за двери голос Сторы. – Вы еще там не умерли с голоду? Прошу к столу!

В большой комнате, где был накрыт стол, покрытый белой вышитой скатертью, их ждали Стора и худенькая смуглокожая девушка с огромными темными глазами и вьющимися черными волосами до плеч. На ней было длинное светло-коричневое платье с золотыми и темно-оранжевыми узорами.

– Хетшу тшегуу, – машинально поздоровался Билон с девушкой. Своим видом она вдруг вызвала у него в памяти Зерманд, который за последние бурные полгода, казалось, совершенно забылся за новыми событиями и впечатлениями.

– Тшегу тевии, – ответила девушка и вдруг удивленно поднесла руки к губам. – А откуда вы знаете…

Билон выругался про себя. Вся его легенда горела синим пламенем.

– Майдер некоторое время прожил в Заморье, – пришел ему на помощь Кримел. – Не беспокойтесь, Майдер. Тагин – исключительно надежный человек. Без нее наша газета, скорее всего, перестала бы существовать. На ее хрупких плечах лежит все – хозяйство, сад, огород, наши обеды и ужины и еще миллион всяких вещей. Я даже не представляю, как она со всем этим справляется!

– Ой, вы преувеличиваете, – смущенно улыбнулась Тагин. – Я прошу прощения, Майдер. Просто я привыкла, что никто здесь не знает наш язык – мой дед приехал в Гордану из Кушуда…

– А я был севернее – в Зерманде! – обрадовался Билон. – Хотя во время вашего деда это, наверное, тоже был Кушуд.

– Да, вы садитесь за стол, – вспомнила о своих обязанностях хозяйки Стора. – Готова спорить, Майдер, что вы ничего подобного у себя на материке и не пробовали!…

– …Всего было очень много и очень вкусно, – Билон с удовлетворением откинулся на спинку тяжелого старинного стула. – Это было мясо бизона?

– Верно, – улыбнулась Стора. – Правда, к сожалению, мороженое. Бизонов добывают осенью, когда они нагуляли жир, а в конце зимы на них охотиться совершенно нет смысла. Вот если вы задержитесь у нас еще на полгода, я продемонстрирую вам, что такое настоящие бизоньи котлеты!

– Ой, не надо! – запротестовал Билон. – Мне кажется, что я лопну, если еще что-либо услышу о еде!

– Вам еще многому предстоит учиться, Майдер, – отеческим тоном заметил Кримел. – В наших краях едят помногу, особенно зимой. Кто сыт, тому холод не страшен. И когда я был так же молод, как сейчас вы, такой порции мне едва хватило бы, чтобы войти во вкус.

– Хари! – укоризненно заметила Стора. – Не все сразу. Помоги лучше молодому человеку устроиться…

– …Пока вы поживете у нас, – заявил Кримел, тащивший на плече одну из сумок Билона. – В той комнате на втором этаже жила наша младшая дочь… пока в позапрошлом году она не вышла замуж и не переехала в Авайри.

– У вас две дочери? – поинтересовался Билон.

– Да. Старшая на материке, учится на врача. Она заканчивает в будущем году. У нее есть жених, но она пишет, что уговорит его приехать сюда… Ну как, вам здесь нравится?

– Очень, – честно признался Билон.

Дом Кримелов изнутри казался как-то большим, чем снаружи. Он был весь заставлен потемневшей от времени старинной мебелью, но она здесь была полностью к месту, придавая комнатам некое очарование и ни с чем не сравнимый уют. В этом доме жили долго и счастливо, и эти светлые чувства словно пропитали старые стены.

– Через пару месяцев, когда вы освоитесь, мы подыщем для вас отдельный дом, – продолжал тем временем Кримел. – Впрочем, я думаю, с этим не стоит спешить.

– Да, не стоит, – словно во сне повторил Билон.

Только сейчас он внезапно осознал, что приехал в этой край надолго, а может быть, навсегда. Здесь все было таким новым, незнакомым, отличающимся от всего, с чем он сталкивался раньше, и Билон не был уверен, что ему, горожанину до мозга костей, понравится жить в продуваемой всеми ветрами морозной и жаркой открытой степи. В Зерманде он, по крайней мере, знал, что когда-нибудь вернется обратно, к привычной жизни. Здесь у него такой уверенности не было. Билон почувствовал, что теряет почву под ногами.

– Вы не сильно устали? – участливо спросил его Кримел.

– Что? Нет, не очень. Переноска тяжестей после обеда – это, пожалуй, самое то.

– Я бы не хотел оставлять сейчас вас одного, – жестко сказал Кримел. – Я понимаю, что вы были внезапно выдернуты из привычного вам мира и без предупреждения заброшены в совершенно иную жизнь, причем без права на возвращение – по крайней мере, пока. Мне кажется, в такой ситуации лучше всего – позволить незнакомому миру забрать вас в себя, дать вам влиться в него и почувствовать себя его частью.

– Да, наверно, это так, – слабо кивнул Билон. – И… вы не покажете мне ваш велокат? Я бы хотел понять, как с ним обращаться…

– …Конечно, за последние годы в нашем краю появилось больше дорог, а вскоре их будет еще больше, – рассказывал Кримел, поглаживая отполированное до блеска деревянное сиденье. – У многих из нас теперь есть автомобили, да и я сам часто еду по делам на грузовике или джипе. Но велокаты – это часть нашего образа жизни. Они возникли здесь, их придумали люди, которые нуждались в транспорте, чтобы передвигаться по открытой степи за стадами бизонов или овечьими отарами. Без них мы бы оставались бедными земледельцами, жмущимися к ручьям на дне балок.