Чтение онлайн

– Держись! – Млиско уже осторожно ложился на живот, разматывая веревку. – Хватай! Тяните его!

– Тяните же! – вдруг испуганно завопил Крагди. – Что-то коснулось моей ноги! Схватило за ногу!! А-а-а!!!

Ухватившись за веревку, несколько человек мощным рывком выдернули Крагди из западни, но вместе с ним из бурлящей воды появилось нечто вроде спутанного клубка щупалец, уцепившегося за его ноги. Щупальца были довольно тонкими, но длинными и с черными роговыми крючками на концах, а еще через секунду на поверхности появился их обладатель – белесый спрут с продолговатым туловищем около метра в поперечнике, на котором выделялись огромные выпуклые глаза. Из клубка щупалец высунулся длинный загнутый крючком клюв. Крагди, оглянувшийся назад, заорал совсем уже нестерпимо, зажмурив глаза и вцепившись в веревку.

Эргемар действовал, почти не рассуждая. Выпустив из рук веревку, он выхватил пистолет и открыл огонь, целясь прямо в отвратительные черно-серые буркала. Он, без сомнения, попал, из одного глаза спрута засочилась беловатая жидкость, но иглы, которыми был заряжен пистолет, очевидно, не причинили ему большого вреда. Несколько щупалец взметнулись высоко в воздух и, свиснув, словно плети, ухватили Крагди поперек туловища. Вода в проеме слова забурлила. Очевидно, подводный хищник был готов скрыться внизу со своей добычей.

Помешал ему Млиско. Оставив попытку перетянуть спрута, он схватился за свое штурмовое ружье и дал почти в упор очередь разрывными пулями. Тело чудовища разнесло буквально в клочья, во все стороны полетели серые ошметки, снова взметнулись в воздух и бессильно опали несколько щупалец, а тут уже подоспели на помощь Рантис и Даксель с плазменными резаками, и благодаря им Крагди удалось, наконец, освободить от смертельных объятий.

Лужа к тому времени превратилась во взбаламученный проем, где бултыхались куски оторванного мохового ковра, вырванные с корнем куски каких-то водных растений и останки разорванного в клочья спрута. Внезапно один из самых крупных кусков зашевелился и резко ушел под воду, очевидно, кто-то невидимый схватил его и утащил на глубину. Вода снова забурлила и пошла тяжелыми волнами, похоже, там намечалось новое пиршество. Несколько женщин вскрикнули.

Крагди оттащили подальше от воды, к одному из стволов-колонн. Это место казалось более безопасным; вблизи было видно, что от ствола отходят множество корешков, вплетенных в слой мха, словно металлическая сетка – в бетон. Однако теперь опасным казалось все: люди не решались подходить друг к другу, боясь, что моховой ковер не выдержит общей тяжести и порвется.

И все же, Млиско, Эрна Канну, Эргемар и еще несколько человек не побоялись собраться вокруг потерявшего сознания Крагди. Удивительно, но сапоги все еще были на нем, хотя штанины брюк и нижняя часть рубашки и куртки были разорваны в клочья. Щупальца спрута были покрыты несколькими рядами крючков с зазубренными концами, и даже отрубленные, они цепко держались за свою добычу. Ноги и ягодицы Крагди оказались покрытыми множеством мелких порезов и царапин.

Покрыв его раны заживляющим гелем и укутав одеялом, Крагди погрузили на гравитележку, и колонна немедленно продолжила путь. На этом страшном месте посреди опасной трясины никому не хотелось оставаться ни одной лишней минуты. Однако общая скорость теперь сильно упала. Все двигались с повышенной осторожностью, далеко обходя черные пятна проемов и, зачастую, пробуя на прочность моховой ковер, прежде чем сделать следующий шаг. Безоружные то и дело опасливо оглядывались по сторонам, вооруженные сжимали в руках пистолеты и иглометы, готовые открыть огонь при малейшем признаке опасности.

А еще через час такого пути опасное болото вдруг кончилось. По бокам сначала появились небольшие островки, опутанные корнями деревьев – на этот раз не тонких колонн, а огромных кривых стволов, моховой ковер стал, кажется, меньше пружинить, туман начал рассеиваться, а затем прямо впереди вырос невысокий песчаный склон с торчащими из него темно-серыми скалами. Вверху – это было уже хорошо видно – росла нормальная трава и тянули свои ветви знакомые синеватые "сосны".

Сил ни у кого уже не осталось, и все повалились прямо на песок, не позаботившись даже о том, чтобы снять узлы и рюкзаки. Многочасовой переход через болото вымотал людей до предела, оставалось надеяться только на то, что оно окажется таким же неудобным и для их преследователей, а может быть, даже заставит их потерять след.

С громким стоном Эргемар высвободил руки из лямок и принял сидячее положение. Долгий день подходил к концу, а это означало, что кому-то надо было позаботиться о месте для ночлега, сухих дровах, чистой воде и ужине. В данном случае, "кому-то" означало самого Эргемара и его отделение.

В первый же вечер, пошедший на решение организационных вопросов, вся группа беглецов была разделена на семь отделений по десять человек (Млиско, Даксель и Даугекованне не входили ни в одно из них, выполняя не совсем определенные, но явно руководящие функции). Два отделения занимались при этом только разведкой и охраной, третье, под командованием Лилсо, было хозяйственным, а остальные четыре по очереди брали на себя раскладку лагеря и поддержание порядка. Смена одного отделения другим происходила после обеда, и теперь дежурство на ближайшие сутки переходило именно к Эргемару и его подчиненным, одним из которых был, кстати, Крагди, так пока и не пришедший в себя, а другим – еще не оправившийся от раны Карвен.

Однако в отделении и без них хватало рабочих рук. Эргемар уже собирался поднять Рустема и Тухина, чтобы вместе с ними поискать поблизости ручей и более подходящее место для ночлега, чем голый песчаный склон, как вдруг заметил новую напасть. Со стороны болота со скоростью курьерского поезда прямо на них надвигалась огромная черная туча.

– Ребята, поднимайтесь! – выкрикнул Эргемар, показывая рукой назад и вверх. – Кажется, дождь собирается!

Однако они почти ничего не успели. Они еще упаковывали получше вещи и доставали непромокаемые накидки, сделанные из пластиковых чехлов, когда буря настигла их. Ее предвестником стал мощный порыв ветра, под напором которого громко застонали наверху деревья, слежавшийся песок на склоне закурился поземкой, а вырванная у кого-то из рук накидка взлетела, словно сорванный парус, и тут же исчезла из вида. А еще через несколько секунд на них обрушилась стена воды. Больше всего это было похоже на тропический ливень, под которые Эргемару уже приходилось попадать. С неба с грохотом лился настоящий водопад, мгновенно ослепивший, оглушивший их и промочивший до нитки. Видимость упала до пары десятков шагов, по песку потекли струйки, быстро сливаясь в потоки. Бросив случайный взгляд вниз, Эргемар увидел, что моховой ковер безмолвно и из-за этого жутковато на глазах ползет вверх, поднимаясь вместе с уровнем воды.

– Все наверх! – громко скомандовал Даксель, стараясь перекричать шум дождя. – Скорее! Здесь нас всех смоет!

Спотыкаясь, падая и помогая друг другу, они взобрались по склону, двигаясь против ревущих потоков воды, и оказались в редком лесу. Дождь немного поредел, и теперь впереди были видны множество курганов, поросших деревьями и кустарниками. Курганы были повсюду, сколько хватало взгляда – низкие и высокие, большие и совсем маленькие, пологие, словно оплывшие, и с крутыми обрывистыми склонами. Кое-где сквозь растительный покров проглядывал камень, с некоторых спускались языки осыпей, однако было очевидно, что все курганы представляют собой скалы, слегка присыпанные землей. Вода не задерживалась на них, скатываясь маленькими водопадами, а широкие и почти прямые проходы между курганами на глазах превращались в бурные реки.

– Вверх, вверх! Поднимаемся наверх! – кричал Даксель. – Не стойте на месте, выше, выше!

По неровному, каменистому скользкому склону они взобрались на плоскую вершину пологого холма и там сгрудились, прикрываясь пластиковыми полотнищами, которые постоянно рвало из рук сильными порывами ветра. Даугекованне опустил тележки на грунт, но оставил включенной систему обогрева водительских мест, и все по очереди медленно сдвигались по кругу, чтобы немножко погреться. Внизу вода лилась уже сплошными потоками, и лес начинал напоминать затопленный город с улицами-каналами. От болота волнами поднимался пар и доносились какие-то звуки, неясные за шумом дождя. Черная туча уже целиком закрыла небо. Наступила почти ночная темнота, хотя до заката оставалось еще больше часа.

Дождь не прекращался всю ночь, и это была, бесспорно, одна из самых неприятных ночей в жизни каждого из них. Под льющимися с неба потоками воды нельзя было ни развести огонь, ни обсушиться, ни согреться, ни толком поесть. На мокрой земле нельзя было даже лечь, и всю ночь они могли только дремать урывками, тесно прижавшись друг к другу. Неприкосновенный запас спиртного, взятый с базы, был израсходован почти полностью, но и он вряд ли мог решить все их проблемы. Эргемар постоянно с ужасом думал о том, сколько простуженных окажется завтра, и что делать с больными, которые не смогут идти.