Чтение онлайн

Впрочем, вот она, тетя Вэниэлт, стоит в шеренге офицеров корабля, отчего на душе становится как-то спокойнее. В детстве с полетов на "Звезде" начинались самые запоминающиеся приключения, и этот корабль всегда означал в его представлении нечто интересное и немного загадочное. Так было раньше, так будет и сейчас.

Ответив на приветствие последнего в ряду офицера, Кэноэ вступил на трап и начал подниматься по нему, сопровождаемый Кээрт, командиром и офицерами корабля, телохранителями и неожиданно появившимися вдруг охранниками и провожаемый десятками взглядов. Среди них, наверняка, были и враждебные, Кэноэ ясно чувствовал это, но сейчас это было не важно. "Тэй-й-и-и-н-нн, – манила, звала его в дорогу неслышная музыка, – тэй-и-и-нн"…

В пути будет время во всем разобраться.

Конечно, это был только обзорный экран, но иллюзия была полная. Планета за толстым выпуклым стеклом иллюминатора быстро уходила вдаль, а затем и вовсе скрылась в мутной пелене пробиваемой насквозь атмосферы. Голубизна неба сменилась космической чернотой, корабль слегка вздрогнул от нескомпенсированной перегрузки, по экрану проплыло и исчезло яростное косматое солнце, а затем на нем снова появилась планета – огромный сине-лиловый шар с белой рябью облаков. Шар медленно поворачивался над ними, вернее, это поворачивался сам корабль, ложась на курс.

Звукоизоляция в Императорских апартаментах была полная, однако динамики для пущей достоверности передавали в каюту обычные взлетные шумы, и Кэноэ своим опытным ухом уловил, как отдаленный вой взлетных двигателей сменяется глубоким гулом маршевых. Корабль отправлялся в путь.

В ту же секунду у них над головой ожил селектор.

– Ваше высочество, блистательная, – вкрадчиво прошелестело из динамика. – Командир счастлив сообщить, что корабль успешно завершил взлетные процедуры и благополучно лег на курс к планете Таангураи. Длительность разгона – десять стандартных суток. Счастливого вам полета! Командир корабля приглашает его высочество принца Кэноэ и его супругу принцессу Кээрт на торжественный обед, который состоится в 17.00 по корабельному времени в зале собраний. Нижайше благодарим за внимание.

Динамик с легким щелчком отключился, и Кэноэ, отстегивая ремни, встал с противоперегрузочного ложемента и помог подняться Кээрт.

– Вот мы и летим, – Кэноэ с улыбкой приобнял ее за плечи. – Домой?

– Домой, – счастливо вздохнула Кээрт. На секунду она крепко прижалась к нему, но затем вдруг выскользнула из его объятий. – Подожди, Кэно, я хочу посмотреть.

– Нашу планету из космоса? – Кэноэ подошел вслед за ней к фальшивому иллюминатору. – Разве ты ее раньше не видела?

– Видела, но только на экране.

– Ну, вообще-то, это тоже экран, – усмехнулся Кэно.

– Ну и что? – Кээрт, не оборачиваясь, пожала плечами. – Зато посмотри, как красиво!

Подойдя ближе, Кэноэ не мог не признать, что Кээрт целиком права. Планета медленно уплывала вдаль, сияя своими насыщенными цветами в бархатной черноте космоса. Она была так прекрасна, что Кэноэ вдруг ощутил мимолетную тоску. Увидит ли он ее еще раз? Что ждет его в этом полете? Кто на этом корабле его друзья, а кто – враги? И как же это, наверное, будет тяжело – подозревать всех и каждого, искать во всех поступках двойное дно и постоянно ждать нападения…

– Ты грустишь, – Кээрт, оторвавшись от экрана, ласково и встревоженно взглянула ему в глаза. – Пойдем лучше, покажешь мне, где здесь что и как. Ты ведь раньше летал на "Звезде"?

– Летал, – подтвердил Кэноэ, ощущая, как рядом с надежной теплотой Кээрт снова тают его страхи и тревоги. – Но не в Императорских же апартаментах! Так что, смотреть будем вместе.

Осмотр занял у них не меньше получаса. Конструкторы и дизайнеры, создававшие Императорские покои на корабле, хорошо понимали, что в космическом полете главные проблемы – это скука и однообразие. В распоряжении Кэноэ и Кээрт был целый маленький мирок, состоящий из небольших отсеков, соединенных между собой причудливо изогнутыми коридорчиками. По нему можно было бродить часами и всякий раз находить для себя что-то новое. Каждое помещение отличалось от остальных оригинальным, разностилевым дизайном. Проходя по всем этим коридорчикам и отсекам, наверняка, всегда можно было найти место, лучше всего соответствующее любому сиюминутному настроению. Больше всего поразило Кэноэ то, что в Императорских апартаментах на космической яхте не было и следа тяжеловатой и немного давящей роскоши, типичной для дворцовой архитектуры. Те, кто проектировал эти помещения, предназначали их для того, чтобы в них жить – приятно и со вкусом.

Особенно поразил Кэноэ огромный спальный помост, занимавший большую часть очередного отсека. Не понятно, как это удалось дизайнерам, но на том обширном ложе хотелось только предаваться любви, и, притом, немедленно.

– До семнадцати еще почти два часа, – прошептал Кэноэ на ухо Кэрт, показав на часы, висящие на стене рядом со схемой апартаментов. – Может, мы немножко здесь задержимся?

– Нет, Кэно, не сейчас, – Кээрт строго покачала головой. – Я хочу еще привести себя в порядок, а тебе, наверное, нужно получить ответы на кое-какие вопросы. Я ведь чувствую, что ты тревожишься, потому что чего-то не знаешь.

– Ваше высочество, – послышался из ожившего вдруг динамика деликатный голос камердинера Фруамса. – У вас просит аудиенцию старший честедержатель Меркуукх. Прикажете принять?

Кэноэ переглянулся с Кээрт. Ну что же, значит, все ясно.

– Просите, – сказал он. – Проведите его (он сверился со схемой) в ореховый кабинет. Я сейчас иду.

Войдя в отсек (точная копия Императорского рабочего кабинета во дворце в Метрополии), Кэноэ застал Меркуукха за странным занятием. Старший честедержатель стоял посредине помещения и сосредоточенно водил из стороны в сторону маленькой черной коробочкой с торчащей из нее короткой толстой антенной.

– Что это вы делаете? – поинтересовался Кэноэ вместо приветствия.

– О, прошу прощения, ваше высочество, – Меркуукх согнулся в глубоком церемониальном поклоне. – В ваше отсутствие я позволил себе провести в вашем кабинете поиск и нейтрализацию подслушивающих устройств.

– И с какими результатами? – Кэноэ сел за небольшой столик посреди кабинета и жестом пригласил садиться Меркуукха.

– Никак не могу найти один датчик, ваше высочество… Ах, вот оно… Ах, шалуны! – Меркуукх двумя пальцами осторожно снял со своего мундира какой-то крошечный предмет, похожий на соринку, и старательно втоптал его каблуком в ковер. – Еще раз прошу прощения, ваше высочество. Но мне подумалось, что вы бы не хотели иметь рядом с собой чужие уши.

– Вам правильно подумалось, – миролюбиво кивнул Кэноэ. – Садитесь, Меркуукх. Итак, что еще – кроме этих подслушивающих устройств – побудило вас просить об аудиенции в первый же час полета?

– Ваше высочество, – Меркуукх привстал с кресла и наклонил голову. – Я посмел нарушить ваш отдых, движимый целью сообщить вам, что в этом полете, наряду с моими обычными обязанностями, на меня возложена дополнительная ответственная миссия…

– Я полностью осведомлен о вашей миссии, – нетерпеливо оборвал его Кэноэ. – Я уже знаю, что вы будете обеспечивать вашу безопасность, а в определенных ситуациях я должен беспрекословно подчиняться вам. И давайте без титулов, Меркуукх. Поведем нормальный деловой разговор. Мне известно, что здесь, на корабле, есть и наши друзья, и наши враги, но я не знаю, кто они. Я не хочу и не могу подозревать всех и каждого и шарахаться от каждой тени. Внесите мне ясность, Меркуукх. Кому в своем окружении я могу доверять?

– В первую очередь, Таутингу, – решительно сказал Меркуукх.

– Потому что он уже летал с нами в 38-ю провинцию?

– Не только, – Меркуукх сделал небольшую паузу. – Начальник вашей личной канцелярии заслуживает вашего доверия и по той причине, что несмотря на свою молодость он занимает некий весьма важный пост в Союзе Борьбы. И ему тоже поручено заботиться о вашей безопасности.

– Понятно, – умный, старательный и ответственный Таутинг, и в самом деле, вполне естественно смотрелся в роли подчиненного Суорда. – А Наарит