Чтение онлайн

— Где моя таблетка от головной боли?

Но в эту самую минуту зазвенел звонок, и никто не услышал, что Лотта не знает, как ответить на этот вопрос, потому что все захлопали партами и затопали ногами, направляясь в школьный буфет. В классе, где учатся Лотта, и Сундик, и Горд, все ребята страшно торопятся в буфет на большой перемене.

Одна только Лотта на этот раз не спешила в буфет. Она поскакала домой. Скакала то на одной ноге, то на другой, потому что ей непременно надо было побывать дома и поглядеть на дверь ХАНСОЯ.

Однако сколько Лотта ни глядела на эту дверь, она все не открывалась, и пришлось в конце концов Лотте подниматься в свою квартиру.

Обычно в это время дома у Монссонов никого нет, поэтому Лотта страшно удивилась, когда ей открыли на звонок. Дома оказалась сестра Лотты, Малин. Она решила не ходить больше в школу, потому что не хотела встречаться с малым по имени Ниссе Сандгрен. Малин сказала Лотте, что решила заняться чем-нибудь другим. Нельзя всю жизнь делать одно и то же. И Малин надумала заняться кулинарией. Она приступила к делу с таким усердием, что вокруг нее клубилось облако муки. Со спины Малин выглядела довольно веселой, но волосы висели унылыми прядями, а там и спина вдруг поникла и стала совсем невеселой. Перестав месить и дубасить тесто, Малин обернулась, и Лотта увидела, что из ее глаз опять ручьем текут слезы.

— Ой, Лотта, Лотта! — сказала она. — Я совсем забыла купить миндаль!

Не такое уж это большое горе, подумала Лотта. Но все равно побежала в магазин за миндалем.

Правда же, это был самый счастливый день во все времена! Потому что как только Лотта заняла очередь в кассу, появился ХАНСОЙ! Лотта сперва подумала, что упадет в обморок. Но ХАНСОЙ на этот раз не таращился на Лотту, тогда и Лотта не стала таращиться на него. Они вообще сделали вид, что не заметили друг друга. Оба глядели в разные стороны, Лотта — на банки с морковью, а ХАНСОЙ искал что то на хлебной полке. Но тут Лотте тоже понадобилось взглянуть на хлебную полку, и в это же время ХАНСОЙ скосился на овощные консервы, так что взгляды их скрестились по пути. Тогда оба поспешили уставиться на молоко. Это было так жутко и увлекательно! Лотта готова была каждый день стоять здесь и смотреть на молоко вместе с ХАНСОЕМ! Однако в это время подошла ее очередь, она заплатила за миндаль и опрометью выскочила из магазина, продолжая думать о ХАНСОЕ. А когда она решила больше не думать о нем, вспомнить что-нибудь другое, место ХАНСОЯ в ее голове занял Т. Н….

Она увидела его сразу, как только вернулась в школу. Звонок, как обычно, уже прозвенел, так что ей надо было поторапливаться. Все остальные давно разошлись по классам, и Лотта была вынуждена бежать изо всех сил. Она бежала мимо гимнастического зала и раздевалок, потом мимо мастерских и географического кабинета. Но мимо географического кабинета ей проскочить не удалось, потому что именно здесь ее подстерегал ТАИНСТВЕННЫЙ НЕКТО. Он снял темные очки, чтобы его не узнали, и спрятал их в грудной кармашек. Но Лотта все равно сразу их заметила. Т. Н. стоял у двери в географический кабинет и делал вид, будто он слегка растерян. Лотта могла бы просто юркнуть между ним и дверью, но она немножко боялась, как бы он не посмотрел на нее лучевыми глазами. И вдруг ему снова вздумается спрашивать про директорский кабинет! Это будет ужасно! И Лотта сжалась в комочек, стараясь сделаться совсем маленькой и невидимой, чтобы ее не поразил лучевой взгляд. Он ее и не поразил, потому что Т. Н. только водил глазами взад-вперед по коридору, словно что-то искал, а потом громко спросил, ни на кого не глядя:

— Где тут третий «В» класс? Мне надо поговорить с учительницей!

Третий «В»! Тот самый, в котором учатся Лотта, и Сундик, и Торд, и остальные ребята! Услышав, что ТАИНСТВЕННЫЙ НЕКТО хочет поговорить с учительницей этого класса, Лотта здорово испугалась. Однако не так уж, чтобы совсем потерять голову. Она только еще сильнее сжалась в комок и прошептала чародейским голосом:

— Вон там третий «В»!

И показала на географический кабинет.

Т. Н. сказал «спасибо». Очень вежливо сказал. И вошел в географический кабинет. После чего оставалось только повернуть ключ в замке и бежать за Тордом, и Сундиком, и новой учительницей, чтобы они пришли и забрали этого Т. Н., потому что он и в самом деле внушал подозрение, пусть даже рассказам Горда не очень-то можно верить! Разве не подозрительно, например, что Т. Н. без конца допытывается, где директорский кабинет и третий «В» класс! Как тут не насторожиться!

Лотта вспомнила, что надо спешить, бросила ключ от географического кабинета в мусорную корзину, стремглав побежала вверх по лестнице и, как обычно, опоздала.

— Ты что-то больше бываешь вне класса, чем в классе! — сказала новая учительница, когда Лотта наконец опустилась на свой стул. — Чем ты на этот раз была так занята?

— Я заперла ТАИНСТВЕННОГО НЕКТО! — ответила Лотта.

— Ну, вот что, довольно об этом! — отрезала новая учительница.

Она хотела, чтобы они занялись арифметикой или что там у нее было намечено. Но Сундику, и Торду, и всем остальным было не до арифметики.

— Врешь ты все! — закричал Сундик.

Они не верили, что Лотта заперла Т. Н., и продолжали шуметь и спорить. Сколько новая учительница ни махала обломком указки, никто не обращал на нее внимания, такой шум поднялся опять в классе. В конце концов учительница принялась сама решать примеры на доске. Она писала быстро и неровно, поминутно ломая мел, и пришлось ребятам тоже браться за примеры, потому что они так боялись ее расстроить, что не смели больше думать про Т. Н. Про этого беднягу, который сидел взаперти в географическом кабинете и все ждал, когда же его выпустят!

Но потом, когда урок арифметики кончился и Лотта привела всех к географическому кабинету, новая учительница все равно чуть не расплакалась. Лотта хотела только показать, что она сказала правду, что там на самом деле сидит и ждет ТАИНСТВЕННЫЙ НЕКТО, которому нужно поговорить с учительницей. И понятно, что, когда она наконец отыскала в корзине ключ и отперла дверь, ее могли заподозрить в обмане, потому что в географическом кабинете никого не оказалось! Лотта была огорошена, а учительница достала из сумочки свой носовой платочек и долго сморкалась. Лотта ничего не могла понять. Неужели Т. Н. и впрямь обладал какими-то таинственными способностями? Но потом она увидела открытое окно.

— Ну, конечно! — сказала она новой учительнице. — Вот он куда удрал! И ничего-то в нем таинственного нет, вот увидите!

Но учительница только нервно заморгала и поспешила снова достать из сумочки свой аккуратный носовой платочек, который только что перед тем убрала. Было видно, что она сердита и расстроена. Но Лотта сказала ей:

— Да вы не злитесь! Он скоро вернется, никуда не денется!

Тут новая учительница защелкнула свою сумочку и сказала, что лучше не надо, потому что она мечтает, чтобы следующий урок прошел тихо и спокойно. Сказала и побежала в учительскую.

Она такая симпатичная, эта новая учительница, ребята от нее без ума. Только плачет почти все время.

Потом ребята опять собрались на опушке и глядели на свои объявления.

читали они. И еще:

Это было на перемене, когда человеку естественно вспомнить о том, что вот-вот настанет пора играть в шарики. И в это самое время, когда они стояли на опушке, Лотта заметила под одним деревом что-то крохотное и круглое. Шарик! Голубой шарик, как раз такой, какой нужен, когда приходит весна! Словно кусочек неба упал на землю, совсем маленький кусочек, во всяком случае, точно такого цвета. Лотта заметила шарик одновременно с Тордом, даже чуть раньше его! И бросилась за ним одновременно с Тордом, пожалуй, даже чуть раньше, потому что она первой схватила шарик. И не захотела отдавать Торду, сколько он ни кричал и ни дрался, потому что у нее было задумано отдать этот шарик другому человеку. И Торд надулся. Надолго надулся.

С этой перемены Лотта, к счастью, вовремя поспела на урок. И вообще никто не опоздал, так что новая учительница наконец-то была довольна и счастлива. Все были довольны и счастливы. Кроме Торда.

Посреди урока арифметики он закукарекал петухом, и у него совсем неплохо получилось, однако никто не обратил на него внимания. Тогда он принялся хлопать крышкой парты — бамм! Бамм! Бамм! До того разошелся, что опять прищемил большой палец, и, наверно, ему было жутко больно, потому что он спрятал голову под крышку, чтобы не было видно, что он плачет. Но так как парта заходила ходуном, все уставились на него, и новая учительница опять всполошилась. Швырнула куда-то обломок указки и бросилась со всех ног к Торду. Села на корточки у его парты и сунула руку под крышку, чтобы погладить его по голове. Да только зря она это затеяла, потому что Торд издал такой вопль, что она живо отдернула руку. Пришлось ей гладить его по плечу.