Чтение онлайн

Йола повернула голову и взглянула в лицо служанки. Та отложила в сторону гребень и принялась с удовольствием разглядывать дело рук своих.

— Разве может испугать красивую женщину красивый умный жених? — заявила она. — Он хороший человек, говорю я вам. Не злой, рассудительный, справедливый...

«Это я и сама знаю», — подумала Йола, а потом вдруг спросила:

— А ты замужем, Ксинга?

— Нет, — засмеялась служанка. — Но всегда мечтала иметь хорошего верного друга. Теперь у меня такой есть...

— А этот друг предлагал тебе руку и сердце?

— Предлагал. Выхватил нож и потребовал близости.

— И ты...

— Да, конечно. Достала пистолет и настояла на дружбе. Так с тех пор и дружим...

«Интересные у них отношения, — подумала Йола. — Романтика просто бьет через край.»

— Спасибо, Ксинга, — сказала она. — Ты свободна.

— Доброй ночи, сеньора.

Служанка сделала полупоклон, отворила дверь спальни, но тут же вернулась обратно.

— Сеньора, — сказала она. — Вас там дожидаются. Падре. Что сказать?

«Ах, как невовремя, — с досадой подумала Йола. — Выбрал, называется момент... Хотя, возможно, что-то серьезное?..»

Она критически оглядела себя в зеркало. Наряд, конечно, совершенно не приспособлен для посторонних глаз и уж тем более для того, чтобы принимать запоздалых визитеров. Полупрозрачные шелка нисколько не скрывали волнующие мужские сердца прелести роскошного женского тела. Йола поискала глазами, чем бы прикрыться, не нашла и лишь постаралась поплотнее запахнуть на редкость откровенный пеньюар.

«Надеюсь, мой вид не пошатнет устоев католической веры, — мелькнула озорная мысль. — Заодно и проверим стойкость ее адептов.»

— Зови, — сказала она.

Ксинга поклонилась и вышла, а вместо нее в дверь протиснулся здоровенный, почти двухметрового роста, молодой человек, чью принадлежность к лону церкви выдавал лишь застегнутый наглухо черный костюм да белый прямоугольничек воротничка. Больше всего гость напоминал не священника, а охранника либо телохранителя.

— Буэнос ночес, падре, — приветствовала его Йола. — Чем обязана?

— Доброй ночи, сестра моя. Лишь неотложные дела побудили меня нарушить ваши планы...

«Да что же это такое, в самом-то деле?! Кажется, и этот в курсе моих ночных похождений! И вообще, найдется ли здесь хоть кто-то, кому ничего не известно о наших с Витом отношениях?»

— Я слушаю.

Падре бросил равнодушный взгляд на полуприкрытую шелками хозяйку фазенды, чем вызвал немалое ее разочарование, и произнес, глядя в сторону:

— Положение серьезное и ухудшается с каждой минутой. В городе беспорядки, но судя по всему, это только начало. Латинос в очередной раз ополчились на белых, а заодно крушат магазины и вообще все, что попадает под руку. Из соседних городов сообщают то же самое. Боюсь, на этот раз погромами дело не ограничится.

Игривое настроение Йолы мгновенно улетучилось.

— Сотрудникам концерна что-нибудь угрожает? Ортега так и не снял оранжевый уровень безопасности. По вашему мнению, этого достаточно?

Падре отрицательно покачал головой.

— Скорее всего, нет. Я бы поднял до красного.

— Все настолько серьезно?

— Серьезней не бывает. Мое мнение: кто-то усердно подогревает ненависть местного населения к белым мигрантам. А значит, никакие меры безопасности не будут лишними. Аргентину подожгли буквально со всех сторон, да и соседние страны того и гляди вспыхнут как хворост. Полагаю, персонал концерна — одна из главных мишеней погромщиков, поскольку все сотрудники, как на подбор, именно белые.

— Что требуется от меня?

— Отсутствующего Ортегу сейчас замещает Виталий Петричев. Вы же намереваетесь нанести ему визит? Вот и постарайтесь при встрече донести до него серьезность ситуации.

— Прямо сейчас? — Йола поднялась, не задумываясь более о приличиях.

— Прямо сейчас, — подтвердил падре.

Теплый летний ветерок неожиданно ворвался в распахнутый настежь широкий оконный проем, поиграл занавеской и так же стремительно вылетел обратно в душную аргентинскую ночь. Вит оторвал голову от подушки и, приподнявшись, заглянул в лицо лежащей рядом подруги. Глаз в полумраке разглядеть было невозможно, однако он совершенно точно знал, что Йола смотрит в потолок напряженным остановившимся взглядом. Возможно, слишком близко к сердцу восприняла информацию о городских волнениях... а может быть, просто испугалась. Правда, представить Йолу испуганной отчего-то никак не получалось.

— Ты и впрямь доверяешь словам этого твоего... падре? — спросил он.

— Целиком и полностью.

— Настолько хорошо его знаешь?

— Достаточно.

Вит ощутил болезненный укол пробудившейся ревности. Прямо в сердце. Близкое знакомство Йолы с каким-то там... падре... совершенно определенно поднимало со дна души самые негативные эмоции. Он начинал тихо ненавидеть этого... хм... служителя культа, и ему абсолютно наплевать было на его духовный сан. Да будь он хоть трижды священник и трижды иезуит! Как он смеет постоянно находиться рядом с Йолой, в то время как Вит полностью лишен такой возможности! Приходится довольствоваться лишь редкими встречами в рабочей обстановке да тайными ночными свиданиями. Но хочется-то гораздо большего!

— Не переживай, я все уяснил, — сказал он. — Беспорядки... погромы... не первый раз и не последний. Все это так далеко от нас с тобой, что не хочется даже думать. Ну хорошо, хорошо... не сердись. Завтра прямо с утра как следует накручу Мигуэля. Что он в самом-то деле? Пусть обеспечивает охрану вместо того чтобы бегать за юбками...

— Лучше бы ты сделал это прямо сейчас.

— Сейчас ночь, — возразил он. — В это время все нормальные люди уже видят третий сон, а те, что не спят, заняты совсем другими делами...

Он осторожно тронул ее рассыпавшиеся по плечам волосы, наклонился и поцеловал в шею.

— Успокойся. Оранжевый уровень — это тоже серьезно... а завтра утром установим красный... Лучше ответь на один вопрос.

— Только на один?

— Начнем с малого. Ты замужем?

Она уколола его косым взглядом и чуть помедлила с ответом.

— И да и нет. Больше не спрашивай меня об этом. Пожалуйста.

— Не буду, — озадаченно произнес Вит. Он никак не мог взять в толк, как это возможно: быть замужем и одновременно нет. Впрочем, от Йолы можно ожидать и не такого, это он уже понял.

— А могу ли я спросить, — осторожно продолжил он, — чем ты занимаешься в этой жизни? Консультант Приземелья — понятие расплывчатое.

— В этой?.. — Он не видел ее глаз, однако почти физически ощутил полный иронии взгляд. — У меня жизнь одна. И в ней я физик.

— Вот как! — удивился он. — Так мы, оказывается, коллеги... Преподаешь? Где?

— Я физик по образованию и специальности.

— О-о-о!.. Наверное, работаешь в какой-нибудь фирме? А фирма, должно быть, работает на Внеземелье... Угадал?