Чтение онлайн

«П-прошло два часа…»… «Нет, три часа.»… «Разве не меньше?» — заговорили Амра.

«Чего-о-о-о-о?!» — возмутился хозяин горы.

Спор о том, сколько прошло времени, затянулся на некоторое время. Светлые и сами хотели выиграть время, дождавшись, когда очнётся госпожа Серафима, поэтому охотно подыграли человеку. Так Кёну удалось сойтись на компромиссе, что прошло 8 часов. Он действовал настолько убедительно, что тот сам в это поверил.

Наконец, Кён прогнал всех и продолжил приятное времяпрепровождение. Он наполнил сосуд тьмы до 75% во многом за счёт Амира. Какой ценой? Буквально никакой, так как Серафима всё равно ничего не вспомнит, наверное. В общем, оно того стоило. Но теперь пора бы наложить звукоизолирующий барьер. Не помешает.

Время страсти продолжилось. Прошло четыре часа… Восемь часов… Двенадцать часов!

Во время очередной разборки с хозяином горы удалось выиграть себе ещё больше времени обещаниями выплатить в три раза больше суспендия, дескать лидер группы сейчас не в себе, то есть ей нужно время, чтобы очнуться и принять решение.

Время шло… На шестидесятом часу Кён нутром почувствовал неладное. Это ощущение исходило от Серафимы. Её волосы и глаза давно стали ослепительно-золотыми, даже более яркими, чем раньше, но дело не в этом. Её движения менялись…

Кён понимал, что ему пора закругляться ради собственной безопасности, ведь он не мог предсказать поведение Серафимы. Действительно ли она заболеет хронической страстью? Захочет ли его убить? Но также он явственно ощущал, что в душе Серафимы ещё осталась одна шестая яда. Он обязан завершить начатое, иначе она взаправду начнёт кидаться на товарищей. Несмотря на все риски. Таков его долг. В конце концов, он уже пообещал взять за неё ответственность. Самое время подтвердить слова делом.

К этому моменту Кён занимался с Серафимой любовью предельно осторожно, постоянно держа её руки скованными за спиной и как можно дальше от своих шариков. Последние сутки она ни разу не получала власть над ситуацией, — всё время процесс находился в руках парня. Иначе она действительно может покалечить его.

Однако внутренняя ненависть и гнев Серафимы требовали выхода, пусть даже через сексуальное русло. Внезапно она разрушила оковы за спиной грубой силой и, повалив парня, оседлала его, превратившись в прекрасную наездницу…

Вскоре Кён перевернул ситуацию, но через полчаса красотка вновь вырвалась и села ему на лицо, при этом грубо ублажая его своим ртом. К счастью, удалось сместить её руки к своим ягодицам, которые она затем размяла до синяков.

Следующие часы казались настоящей борьбой…

Кён сглотнул, когда во взгляде Серафимы начал появляться разумный блеск… И нёс он в себе вовсе не радость, а леденящий душу холод, совсем как у Валиры.

Вновь заняв позицию сверху, Серафима в трусиках с дыркой уже почти приземлилась, чтобы заглотнуть достоинство злодея, но вдруг её бёдра напряглись и застыли. Во взгляде читался могильный холод, когда она приложила ребро ладони, покрытое вибрирующим бритвенно-острым слоем света, к шее человека.

«Назови… Хоть одну причину… Не делать этого…»

«Я назову целых три. Во-первых, ты забрызгаешь тут всё кровью…»

«Твоей кровью. Это мне будет только в радость.»

«Во-вторых, я знаю, как спасти нас от Гоба. Тебе будет в это сложно поверить…»

«Я и не поверю. Какая последняя причина?» — подрагивая, спросила Серафима.

«Ты ещё не излечилась! Ты же понимаешь, что будет, если мы сейчас оборвём процесс? Всё, через что ты прошла — будет сделано зря!» — когда лезвие оставило кровь на шее, Кён затарахтел. — «Я понимаю, что ты предпочла бы смерть, но уже поздно! Просто дай мне закончить начатое, а затем делай со мной, что пожелаешь…»

Серафима, стиснув зубы, заколебалась, пытаясь убедить себя в чём-то.

Кён не позволял себе ни мгновения промедления. Осторожно приподняв таз, он ощутил плотное, обволакивающее тепло, на что откликнулся тихий, ласковый стон красавицы. Силы мгновенно оставили её — она подалась вперёд, и её грудь мягко легла в ладони парня. Он начал бережно массировать её, играя с сосочками, и от этих прикосновений блондинка окончательно теряла рассудок.

Очередной раунд страсти начался.

Кён принял решение за Серафиму, не дав ей право выбора. Были ли его доводы логичными? Последний уж точно. Но он знал, что основная причина, почему блондинка ещё не убила его, заключается в том, что он сделал то, что должен — что обещал.

Чем меньше времени оставалось до полного исцеления, тем страннее становился секс, потому что Серафима действовала всё рассудительнее, а в такой ситуации думать нельзя, даже если очень захотелось привести ещё несколько убедительных аргументов.

К счастью, Кёну хватало навыков и смелости, чтобы не давать девушке собраться с мыслями. Брать её в попу парень уже не посмел. Наверное, она так и не поняла, что занималась анальным сексом, иначе бы точно его прикончила.

Серафима кончала раз за разом, но Кён так и не смог определить, есть ли в ней хроническая страсть или нет. Слишком уж легко её спутать с симптомами от афродизиака, да и в целом это чувство при должном развитии можно скрывать. Тем более, сейчас речь идёт о благородной светлой, которая уж точно не поддастся своей похоти.

Время шло. Третьи сутки подходили к концу.

Яда в душе Серафимы осталось меньше 1%… От этого количества она сможет избавиться самостоятельно, но в середине раунда не хотелось останавливаться. Вот только по ледяному блеску в глазах светлой Кён понял, что придётся. Однако, будто прочитав мысли, девушка нежной ручкой схватила кое-что ценное. Что-то парню подсказывало, что она не отпустит его мешочек, даже если он доведёт её до оргазма!

Конечно, он сможет попытаться сбежать, если отбросит свои драгоценные шары, как ящерица хвост, но такой прощальный символизм Кёна не устраивал. Если он сбежит, «оставив здесь своё достоинство», то как потом сможет смотреть ей в глаза?

С холодной решимостью Кён заставил Серафиму повернуться спиной, чтобы больше не видеть её ледяного взгляда, но она всё равно тянула свою руку между ног. Ситуация становилась опасной, и оттого ещё более захватывающей.

Парень использовал запретный метод, подключив «вибратор» к своему достоинству, из-за чего красавица застонала с новой силой. Её возбуждение нарастало… Сладкое, нежное нутро пошло судорогами, когда наступил блаженный оргазм.

{Сейчас или никогда!} — понял Кён и «зашёл с чёрного хода».

Визг в палатке встал такой, что даже звукоизоляционный барьер лопнул.

Кён пулей вылетел наружу, сохранив своё достоинство, как вдруг остановился…

«Мерзавец, неужели тебе хватит наглости сбежать после содеянного?! Неужели ты предпочтёшь умереть от рук демонов, нежели от моих?!» — прошипела Серафима, высунув голову из палатки. В таком виде она, разумеется, не могла кинуться в погоню. Ублюдок специально нарядил её в великое произведение пошлого искусства.

«Госпожа Серафима, вы пришли в себя?!»… «Госпожа, вас исцелили?!»… «Ах, госпожа Серафима, почему вы до сих пор не оторвали ублюдку голову?!» — закричали светлые.