Чтение онлайн

– Сколько раз прыгала, столько и боялась.

– Люба, что ты выдумываешь? Разве можно со страхом выполнять акробатические фигуры и показывать на соревнованиях результаты лучше мужских?

– А ты помнишь, как я в Днепре в 1950 обошла всех, даже

Банникова, занявшего первое место?

– Помню, Любочка, помню. Помню как ты плакала, когда тебе за это дали приз – электробритву.

– Ну разве можно было так изощрённо оскорбить женщину?

– Люба, призы-то покупали из расчёта, что большее количество очков наберёт мужчина.

– Так я же замужем тогда не была. Мне её и подарить некому было.

– Папе.

– Папе на работе подхалимы легавые надарили их штук сто.

– Люба, я узнал о трагедии со Славой через несколько дней после случившегося..

Томарович Слава погиб при прыжке на пик Ленина, когда хотели установить рекорд, непонятно какой. Тогда по причине спешки и нашей вечной расхлябанности погибли четыре человека из десяти прыгающих.

Я присмотрелся к Любе. Я знал, что она перенесла трепанацию черепа не то по поводу опухоли, не то по поводу инсульта, и увидел, что из-под причёски чуть виднеется шрам и чуть косит глаз.

Но я не подал и вида и перевёл разговор.

– Люба в каком-то номере "Знание – сила" я видел женщину очень похожую на тебя, в самолёте при тренировках космонавтов.

– Никакого отношения к космонавтам и космонавтике я не имела. И чего меня все об этом спрашивают? А от Славки у меня уже взрослая дочь. Сейчас уже поздно, а то бы я тебя, Мотоциклизма, с ней познакомила. Мне пора. Завтра на работу.

– Я тебя провожу.

Я взял такси и отвёз её домой. Жила она рядом с Дворцом

Бракосочетаний где-то в районе Брест – Литовского шоссе.

Это была моя последняя встреча со всеобщей любимицей. Через несколько лет Люба ушла.

Люба-Любушка, Любушка-голубушка!

Я тебя не в силах позабыть!

Не так давно я в интернете обнаружил статьи с её фамилией.

Привожу выдержки из них.

40 лет назад

Мы обнялись. Поцеловав его в небритую щеку, я спросил о полете, он коротко ответил, что все отлично. Через 20 минут, раздав первые автографы, космонавты Комаров, Феоктистов и Егоров улетели на вертолете Кобзаря. ОТГ спешно готовила объект к эвакуации. А поодаль, укладывая свою амуницию, "незаметно" смахивала слезу врач-парашютистка Любовь Мазниченко – ей разрешили прыжок только после ухода вертолета, чтоб не попасть под винты, и космонавтов она не застала.

Алексей ЛОБНЕВ

В ближайшие дни готовится запуск двух космических кораблей.

Командир одного из них – Валерий Быковский, второго – женщина – ярославская комсомолка Валентина Терешкова. Ее в районе приземления будет встречать Любовь Мазниченко – мастер парашютного спорта.

Состав нашей группы

Посадка кораблей "Восток-5" и "Восток-6" прошла в районе

Джезказгана в Казахстане. В район посадки В.В.Терешковой приземлилась наша сотрудница – врач, мировая рекордсменка по парашютному спорту Любовь Мазниченко. Она заявила протест Валентине

Терешковой в связи с нарушением установленного режима космонавта в районе места посадки космического корабля. Валентина Терешкова все бортовые запасы пищевых продуктов из рациона космонавта раздала местным жителям, окружившим ее. Сама она пила кумыс и ела пищу, переданную ей казахами. Бортовой журнал космонавта был ею экстренно дописан на месте посадки, а не в полете. В корабле был наведен некоторый гигиенический порядок уже после приземления. Этими действиями была искажена истинная картина на месте посадки. Ученые были лишены возможности объективно оценить состояние В.В. Терешковой и состояние внутри корабля.

Начальник 8-го отдела НИИИАМ

подполковник медицинской службы

Яздовский В.И.

Я и по сей день не могу понять, почему Люба не сказала правду?

Если боялась, что раскроет государственную тайну, то в то время уже завеса над тайнами подобного рода была приподнята.

Наверное, она не хотела говорить только кусочки из того, что она могла сказать.

Вернее всего, что она не хотела греться в лучах чужой славы, тем более, что слава Валентины Терешковой была слишком приукрашена, а рассказывать правду Люба не хотела, чтобы никто не подумал, что она это делает из зависти.

Так или не так можно узнать, наверное, у её дочери. Но где я смогу её увидеть?

Прыжки на соревнованиях начались 21 июля. На этих соревнования в зачёте не было групповых прыжков на точность приземления, а только одиночные. Первый прыжок совершался с самолёта АН-2 с высоты 600метров.

Прыжки на точность приземления в ту пору были очень зрелищными.

Разброс в результатах был очень большой, от нескольких метров у мастеров и до нескольких сот метров у неудачников и новичков, чего на соревнованиях нет сейчас. Результат больше метра уже плохой, и зрителям не видно заранее ожидаемого результата, а только слышно, когда по радио объявят сколько сантиметров кто "дал".

Прыжки на точность всегда начинаются с пристрелки. Группа парашютистов (пишу как было раньше) поднималась в воздух. Сначала из самолёта выбрасывался пристрелочный небольшой парашют "Ванька", а по тому где он приземлится, лётчик делал поправку и выбрасывал парашютиста на парашюте с круглым куполом. Обычно это были новички, они выпрыгивали из самолёта и разводили в стороны руки что бы с земли могли убедиться, что он не управляет куполом.

Согласно жребию наша команда прыгала первой. Расчёт и команду на выброску производил Курылёв, я прыгал первым. Пилотом самолёта был

Григорий Кузьмич Мартыненко. Он издалека зашёл на курс, и Курылёв стал командовать:

– Левее, ещё левее! – пилот чуть-чуть отклонялся от намеченного курса, считая, что он верный, но Курылёв продолжал:

– Ещё леве-е-е!

Кузьмичу это надоело, и он значительно изменил курс и дал звуковой сигнал – сирену -"приготовиться.

– Пошёл, -сказал Курылёв и легонько толкнул меня в плечо.

Я выпрыгнул, парашют раскрылся очень быстро, я почувствовал сильный толчок и увидел над собой круглый шёлковый разноцветный купол своего парашюта. Посмотрел на землю, чтобы сориентироваться, куда меня сносит ветром, и убедился, что в круг диаметром 150 метров я не попадаю. Тем не менее я попытался, подтягивая стропы, управлять куполом, но всё бесполезно. Я был вк – вне круга. Та же участь постигла нашу команду.

Конечно, от меня чего-то большего ожидать было трудно, но я не расстраивался. Я стоял и смотрел, как работают в воздухе другие, прислушивался, что говорят мастера, спрашивал у других и со мной охотно делились.

В тот же день состоялись прыжки на задержку в свободном падении на 30 секунд. Нужно стабильно пропадать и вовремя открыть парашют.

За точное время раскрытия и стабильное падение давалось по 100 очков.

Я уже говорил, что начальник аэроклуба запретил мне прыгать с секундомером, но выдержать за 39 секунд точное время очень трудно, ошибка доходит до одной секунды, и я решил прыгать с секундомером.