Чтение онлайн

– Сколько? Сколько я тебе теперь должна? – Замогильным голосом интересуюсь.

Он хитро разглядывает меня и усмехаясь теперь одним уголком рта, говорит:

– Нет, мне не нужны деньги. Это всё было бы слишком просто. У меня после вечеринки в квартире страшный беспорядок и всё руки не доходят прибрать его. Вот ты мне и поможешь!

– Что?

– Сегодня. Вечером. После твоей работы.

– Ты в своём уме?

– Абсолютно!

– Зачем тебе это нужно?

– Я хочу воспользоваться нахаляву твоим рабским трудом - что непонятного? Заплатить за испорченное имущество ты всё равно мне не сможешь.

Вот же сноб какой, – злюсь я про себя.

– Идёт! – Говорю в слух, – И ты больше не будешь иметь ко мне никаких претензий и перестанешь строить из себя доброго соседа для моей бабушки?

Он пару секунд, не моргая, смотрит мне в лицо, потом вскакивает со стула. Наклоняется поближе, нагло подмигивает и как-то, слишком волнительно для меня, шепчет:

– До вечера, карамелька.

И уходит прочь. Хватаюсь ладошками за щёки. Ууу, горят кипятком, представляю на кого я сейчас похожа…

Сижу в такой позе где-то с минуту и пытаюсь прийти в себя. В поле зрения попадают жёлтые часы на стене в форме чайничка и я бегу сломя голову одеваться. Не хватало, чтобы мне опять штраф впаяли из-за этого… соседа.

Сегодня мне удалось не опоздать и даже мой противный босс обошёлся без своих мерзких намёков и сальных взглядов в мою сторону, потому что очень спешил куда-то по делам.

А вот самочувствие моё оказалось ещё более отвратительным. Я вчера не потрудилась просушить мокрую обувь и влезла сегодня в сырые и холодные ботинки второпях. И погода сегодня, как по заказу к Новому году: ударил хороший минус, за ночь земля покрылась ледяной коркой и с неба щедро сыпятся пушистые, крупные снежинки.

К обеду почувствовала, что горит уже не только горло, но и лоб. И как назло не могу закрыться даже на десять минут, чтобы сбегать в аптеку за аспирином. Люди идут табуном в магазин. За мелкими сувенирами, открыточками и прочими безделушками, которые в "Незабудке" продают вагонами в качестве сопутствующих товаров.

Я еле дожила до конца рабочего дня, а завтра ещё почти целый надо как-то выдержать и обязательно забрать свою зарплату у карлика, то есть босса. Устало дотащила своё несчастное тельце домой, налила себе огромную кружку бабушкиного чая и уже собиралась запить ею таблетку жаропонижающего, чтобы поскорее уснуть и может быть завтра станет легче. Как вдруг послышался звонок в дверь.

– Откроешь, Сонечка? – Крикнула "ба" из зала и продолжила ворчать на старый телек, дёргая допотопную антенну.

– Иду!

А за дверью наш сосед. Стоит улыбается во все тридцать два и светится от счастья. Я совсем забыла о нашем утреннем разговоре… и о своём обещании.

– Ну что, карамелька, пошли порядок наводить? Уговор дороже денег.

– Кто там, солнышко? – И бабуля оторвалась от сериала, чтобы на улыбку этого… соседа полюбоваться, – Ой, Игорь, проходите!

– "Ба", Игорь попросил у меня помощи в одном деле, я отлучусь на пару часиков?

Бабушка хитро глянула сначала на него, потом на меня и выдала:

– Хорошо, Сонечка. Игорь, я же надеюсь на ваше благоразумие?

– Обижаете, Надежда Александровна! – Сделал невинные глазки этот гад.

– Игорёша, я вот тут вас ещё хотела попросить… – тут же замялась "ба", – Вы как мужчина, в технике наверняка больше разбираетесь? Не посмотрите, что с нашим телевизором? Бьюсь уже почти час с ним, ничего не хочет показывать…

– Конечно! – Тут же ответил он и с готовностью стал снимать обувь.

Вот подлиза!

Ему хватило две минуты, чтобы починить поломку.

– Всё готово! У вас тут просто штекер от антенны отходит, я зажал посильнее, но вообще гнездо надо менять.

– Да уж… – грустно вздохнула "ба", – Спасибо вам огромное! Как здорово, когда в доме мужчина есть.

Она говорила что-то ещё, но я ушла обуваться, чтобы не слушать хвалебные оды этому… соседу.

Как только за нами закрылась дверь моей квартиры он мне нагло заявил:

– За ремонт телека, ты мне теперь должна ужин, карамелька!

А потом, в который раз хитро подмигнул, распахивая передо мной дверь своего дома.

Он и правда не шутил, что не успел прибраться. И как так можно? Устроил тут вертеп, так потрудись ликвидировать последствия!

– Посуду мыть умеешь, карамелька?

Я лишь вымученно закатила глаза на этот вопрос.

– Тогда дуй на кухню! А я пока в зале начну разгребать.

Стою я значит, драю чужие тарелки, чашки, ложки, а он всё несёт и несёт грязную посуду и складывает вокруг меня горами.

– Неужели так трудно было сразу всё убрать? – Не выдержав, раздражённо спрашиваю я.

– Некогда было, карамелька, сутки на дежурстве, сегодня целый день отсыпался, – спокойненько поясняет он.

Моё раздражение, как рукой сняло в миг.

– Ты и правда работаешь врачом?

– Угу, в интернатуре пока, – говорит Гарик, открывает холодильник и сосредоточенно там роется, выуживает какие-то продукты и быстро сооружает два огромных бутерброда, – Голодная? Я по-моему не ел со вчерашнего дня…

Он вгрызается в свой бутерброд "Тресни рот", а второй протягивает мне.

– Спасибо!

Беру, но не ем. Потому что горло болит так, что уже с трудом выговариваю слова.

– А ты где работаешь, мелкая?

– В цветочном магазине.

– А почему учиться не идёшь? Как-то рановато ты начала свою трудовую деятельность, – говорит он, уже заканчивая с едой.

– Вообще, я начала её в шестнадцать. А не учусь, потому что денег мало. У бабушки пенсия маленькая, её хватает только на то, чтобы оплатить коммуналку за нашу огромную квартиру.

– А где твои родители?

Я замялась и потеряла дар речи на пару секунд. Не люблю делиться ни с кем этими подробностями, тем более вспоминать их вслух. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Но всё же выдавила из себя ответ:

– Они погибли три года назад… 31 декабря, – зачем-то добавила я и отвернулась к раковине.

– Прости за любопытство, – тихо сказал он и вышел из кухни.

Гарика не было минут пятнадцать, я даже уже начала волноваться и собралась идти его искать. Но, он сам явился.