Все, что мне нужно
Шрифт:
– Мне кажется, все прошло не так уж плохо, - промолвила Софи, - хотя твоя матушка с самого начала поставила меня на место.
– Всего-то?
– усмехнулся Истлин.
– Я думал, она собирается как следует надрать мне уши.
Софи улыбнулась.
– Мне очень понравилась леди Уинслоу. Она говорила то, что думает, и не пыталась смягчить свои слова. Мы больно задели ее, поспешив сочетаться браком, и не важно, что мы имели на это свои причины. Я рада, что она не стала притворяться.
– Порыв морозного ветра ворвался сквозь щель неплотно прикрытой двери кареты и обдал Софи холодом, заставив ее крепче прижаться к Истлину.
– Ты уверен, что мы не можем рассказать твоим родителям о моем дяде и кузене?
– Разве ты не слышала, что говорила моя матушка? Ей известно гораздо больше, чем следовало бы, о воре Джентльмене и Норте. Наверняка от матери Нортхема. А мать Саутертона поведала ей все подробности биографии мисс Парр. Я надеюсь, что отец сумеет удержать ее от излишней откровенности со своими подругами по поводу нашей женитьбы. Возможно, ему придется увезти ее за город, чтобы заставить молчать. Там ей не с кем будет обсуждать нашу тайну.
– Но ведь она вовсе не сплетница, Ист. Ей просто хочется поделиться с подругами тем, что ее волнует и беспокоит.
– Я знаю. Но что бы ею ни двигало, итог один. Ей придется ограничиться обществом моего отца, чтобы пережевывать все подробности случившегося.
– Бедный сэр Джеймс.
Софи одернула подол платья, защищаясь от очередного порыва ледяного ветра.
– На балу у французского посла действительно затевается какая-то интрига?
– спросила она, зябко кутаясь в плащ Истлина.
– Да, думаю, что так.
– И я буду в ней участвовать?
– Тебе там отведена одна маленькая роль.
– Что-то непременно должно произойти в библиотеке, насколько я поняла.
Истлин вздохнул.
– Да. Там будет ловушка, и мне отведена не слишком почетная роль следить за тем, чтобы там не появились те, кому не следует, и в первую очередь ты и мой отец.
– Ну теперь-то мы знаем, что нам не следует туда заходить. А в ловушку должен попасться вор Джентльмен? Тот случай, когда он непременно как-то о себе заявит, верно? Там будет такое количество драгоценностей, что ему придется долго ломать себе голову, что же выбрать.
Ист подумал, что Софи проявляет слишком много энтузиазма по поводу задуманной им и его друзьями интриги, и нахмурился.
– Тогда ты должна внимательно следить за тем, что на тебе надето.
– Ну мне-то нечего бояться. У меня не осталось никаких драгоценностей. Все они проданы или достались Абигайл, за исключением разве что кольца, которое отец подарил матери.
– Софи повернула голову, чтобы видеть профиль Истлина в тусклом свете лампы.
– Но не стоит винить во всем одного лишь Тремонта. Я сама продала многие ценности, когда папа лежал прикованным к постели. Все равно они ушли бы на опиум, а мне не хватало денег на зерно и на нужды арендаторов.
Ист нежно прижал девушку к себе.
– А кто такой полковник Блэквуд?
– спросила Софи. Твой отец спросил тебя, знает ли полковник Блэквуд о нашем ребенке, и ты ответил, что да. Мне стало интересно, кто этот человек.
– Он дает мне задания, - просто ответил Ист. Софи задумалась, что же осталось недосказанным в его ответе.
– Вы с друзьями играете более важную роль, чем хотите показать, - заявила она.
– Что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя в обратном?
– Не стоит, я думаю, бесполезная трата времени. Солдат, Моряк, Шпион и Мастер. Кажется, так сказала твоя мать?
– Она так много всего наговорила.
Софи подняла голову и поцеловала Истлина в щеку.
– Я вовсе не возражаю, что ты такой молчун. Я спрошу твою матушку, тем более что скоро мне представится такая возможность. Как я поняла, мы встретимся на приеме у французского посла.
Истлин возмущенно фыркнул.
Софи рассмеялась и поудобнее устроилась на плече маркиза.
– Думаю, мне удастся кое-что разузнать и у твоего отца. Кажется, он ко мне расположен и сможет немного успокоить твою матушку, если ей случится разбушеваться.
– Ты нравишься моему отцу, Софи. Я мог бы добавить, что он очень гордится собой, потому что вовремя проявил верное чутье и хороший вкус, купив твои романы. Когда вы принялись шептаться после обеда, матушка поняла, что любые попытки разлучить вас безнадежны. Признаться, я позавидовал, увидев, как непринужденно вы беседуете с сэром Джеймсом.
Софи была рада, что в полумраке кареты Ист не может видеть, как она покраснела.
– Нет, - ответила девушка.
– Большей частью мы говорили о тебе.
– Обо мне?
– Да. Я рассказала ему о нашем с тобой знакомстве.
– В самом деле? Ты выглядела гораздо более живой и веселой, когда рассказывала о нем отцу, чем во время самой нашей первой встречи.
– Наверное, тебе только показалось.
– Софи на мгновение затихла. С улицы почти не доносилось шума, лишь слышалось ритмичное цоканье конских копыт по мостовой.
– А Тремонт будет на приеме у посла?
– Его имя стоит в списке приглашенных, как и имя Дансмора. И оба выразили желание прийти.
Софи не стала спрашивать, откуда он знает. Леди София лишь утвердилась в мысли, что ее супруг играет более важную роль, чем хочет показать. Мастер. Он был честен с ней, когда сказал, что его работа заключается в том, чтобы исправлять зло и восстанавливать справедливость. Просто тогда она не поняла, что он имеет в виду.
– Тебя беспокоит, что они будут там?
– спросил Ист, когда Софи задумалась и ничего не ответила.
– Нет. Мне абсолютно безразлично.
– Внезапно Софи поняла, что вовсе не лжет, чтобы успокоить мужа, а говорит чистую правду.
– Наверное, потому, что там будешь ты. Даже если нам не удастся провести много времени вместе на балу, я буду знать, что ты наблюдаешь за мной краем глаза. Ты не возражаешь, что я рассчитываю на тебя?
– Нет. А ты собираешься танцевать с целой кучей молодых вертопрахов?
– О да. Надеюсь.
Софи сонно улыбнулась Истлину, затем сладко зевнула, прикрыв рот ладонью, и закрыла глаза. Вскоре она заснула, уютно свернувшись под тяжелым плащом Иста, укрытая плотным одеялом тумана.
Дом, который выбрал Истлин для Софи, вполне мог считаться респектабельным, но не роскошным. Если бы ее апартаменты отличались большим шиком, невольно стали бы возникать вопросы, из каких средств выплачивается их содержание и как они ей достались. Отдаленное родство Софи с лед Хэрриет Гилберт из Озерного края и готовность, с которой пожилая дама вызвалась сопровождать девушку в Лондон, со служили неплохую службу - приличия соблюдены и любопытство досужих сплетников удовлетворено. Леди Гилберт слыла женщиной благородной, но бедной, и при всем желании не могла обеспечить племянницу.