Чтение онлайн

«Жизнь – тлен», – весь последний год любил повторять Минсик, неизменно добавляя пару забористых ругательств. Эта фраза кнутом хлестала его истощенные тело и дух. Единственным утешением ему мало-мальски служило то, что теперь под откос идет не только его собственная жизнь, но и существование всего человечества: свирепствовал ковид.

Когда-то Минсик пытался начать все сначала, но его бросил в яму и даже подождал, пока он увязнет там, его закадычный друг. После того удара в спину Минсик сосредоточил все силы на своем последнем проекте – национальной сети доставки еды. Во время пандемии эта идея показалась ему как никогда перспективной, к тому же давала сэкономить на аренде. Минсик чувствовал невероятную уверенность в том, что сейчас такой проект обязательно выстрелит.

Он даже придумал название для своего амбициозного проекта – «Кухня на районе», девиз которого гласил, что покупатель останется на сто процентов удовлетворен качеством и доставкой еды. Минсик намеревался сотрудничать с франчайзинговыми компаниями и уже встретился с разработчиком приложений.

И хотя все его предыдущие проекты были подозрительными и грозили в случае чего отправить Минсика за решетку, на этот раз его переполняла уверенность и надежда на успех. Казалось, уж теперь-то мама обязательно поддержит его и продаст свой круглосуточный магазин, чтобы помочь с первичным капиталом. Богатство уже маячило перед его глазами. Минсик даже подумал, что пандемия не так уж и плоха, раз предоставила ему такую возможность.

Но все это было до того момента, пока он не заболел сам. Почти год назад Минсик ходил на встречу в Каннаме, где и подхватил коронавирус. Это случилось спустя неделю после майского массового заражения в Итхэвоне. Он самоизолировался и несколько дней провел в бреду с температурой за сорок: ему все казалось, что тело вот-вот загорится. После болезни его на протяжении месяца продолжали мучить побочные эффекты. Из-за всех этих сложностей он потерял слишком много времени, да и запал исчез.

Хорошо, что хотя бы мама жила не дома, иначе он заразил бы и ее. Ему не хотелось даже думать о том, что вместо сыновьей почтительности он мог собственноручно бросить старушку в лапы смертельного вируса. Вот сестра бы тогда высказала все, что о нем думает! Мама была его единственной поддержкой и союзником, который мог передать Минсику магазин и усмирить сестру.

Она страдала от хронических заболеваний и в марте, когда пандемия стала стремительно набирать обороты, решила уехать к своей сестре в Янсан. Минсик в очередной раз убедился в ее проницательности, хотя без нее домашнее заточение стало для него настоящей пыткой: он постоянно грустил и страдал. Именно тогда в его голове зародилась идея о том, что вся жизнь – тлен, именно тогда он отказался от новых амбиций.

Незаметно наступило лето. Минсик все дни проводил дома, сидя под старым кондиционером. У него совсем не было друзей, которые могли бы утешить его или позвать проветриться. Он питался от случая к случаю и выходил на улицу раз в несколько дней, только чтобы закупиться пивом. Правда, из-за этого ему каждый раз здорово доставалось от тети Сонсук. Когда она стала управляющей и взяла на себя все дела в магазине, в ее голосе появились командные нотки, как у старосты курса в университете. Женщину даже не останавливало, что Минсик приходился ей начальником.

– Завязывай с выпивкой! Посмотри, какой у тебя живот вырос! Подумай хотя бы о маме! Сколько еще это может продолжаться? – заявила она ему пару дней назад, когда он заглянул в магазин.

Раньше Минсик бы никогда не стал спорить с ней: как-никак тетя Сонсук была маминой подругой, да и ругаться сейчас совсем не хотелось. Единственным желанием было поскорее прийти домой, избавиться от сдавливающей маски и выпить холодного пива.

Напоследок тетя Сонсук сунула ему обеденный сет со словами:

– Не одним же пивом тебе питаться.

«Сытный обед». Минсик усмехнулся. Когда бизнес шел в гору, он действительно питался сытно: обедал в дорогих ресторанах, где собирались представители финансовых и политических кругов, наслаждался сезонной кухней и ужинал в отелях. Теперь же ему вручили какое-то месиво, красная часть которого напоминала закуски, а белая – рис. Вот так, даже обеденный сет выглядит как насмешка над ним.

В расстроенных чувствах вернувшись домой, словно побежденный в бою солдат, Минсик открыл банку с пивом. Раньше он не питал особой страсти к этому напитку, но благодаря Ки-Дрэгону подсел на эль и теперь только его и пил. Не хотелось даже напрягаться и наливать пиво в бокал – он просто начал пить прямо из банки, а затем принялся за следующую.

После нескольких опустошенных подряд банок у Минсика началась икота, и он осознал, что так и не съел ничего за целый день. От нечего делать пришлось открыть обеденный сет, который положила ему тетя Сонсук. Ковыряясь палочками в закусках и рисе, Минсик неожиданно для себя осознал, что сет довольно вкусный. Чувствуя себя бездомным, питающимся бесплатной едой, он доел все до последнего кусочка.

Внезапно вкус показался ему подозрительным, сразу вспомнились армейские времена. Минсик быстро взглянул на упаковку и… вдруг понял, что срок годности прошел два часа назад. Он съел просроченный обеденный сет!

Не выдержав, Минсик схватился за телефон и набрал номер тети Сонсук. На другом конце провода послышался ее недовольный голос.

– Что такое? Я занята.

– Тетя Сонсук! Это уже слишком!

– Хватит звать меня тетей. Я управляющая магазином. Мы на рынке, что ли?

– Тетя, дядя – какая, вообще, разница? Зачем вы скормили мне просроченный сет? Теперь меня тошнит и болит живот. Это уже перебор!

– А, ты об этом. Все нормально. Он просрочен всего на пару часов. Я съела такой же.

– И что же это значит? Только я не слезаю с унитаза теперь?

– Значит, есть чему выходить. С таким-то животом. Хи-хи!

– Издеваться надо мной вздумали? По-вашему, из-за мамы я вас уволить не могу?

– Что ты сказал? Уже забыл, как я тебе сопли вытирала когда-то? Тогда ты молчал! Ни один наш клиент не жалуется столько, сколько ты. И вообще, если ты не вылезаешь из туалета, откуда у тебя силы разглагольствовать? Хватит ныть! Ради процветания магазина можно съесть и просроченный обед, ничего страшного. Мы все в одной лодке. Сотрудники, значит, могут есть просроченную еду, а наш так называемый хозяин – нет?

– Ах так? Вот как вы управляете магазином, значит! Снимайте свой бейджик. С этого момента вы уволены!

– Ага, насмешил. Настоящий хозяин! И что с магазином станет без меня?

– Я уж разберусь.

– Минсик, ты меня уволить не можешь. Меня брала на работу твоя мама. Увольнять он собрался.

– Пф, опять вы заладили про маму. Думаете, я ничего не могу без нее?

– Именно так. Ты, кстати, давно ей звонил? А я тебе скажу – два месяца назад. Она вчера мне жаловалась: мол, я его растила, а он даже не беспокоится обо мне. И что, надеешься, что мама тебя после такого послушает? Да чтоб ты знал, я могу бросить эту работу, когда вздумается: у меня сын хорошо получает. Я хожу только ради твоей мамы. Уволишь меня, когда сам сможешь управлять магазином. И только тогда я уйду. Ясно тебе?

Прежде чем Минсик успел контратаковать, в трубке послышались гудки. Он даже обрадовался этому. Тетя Сонсук наносила удар беспощадно, раз за разом находила его слабые места и попадала точно в цель, не давая ему даже возможности постоять за себя. В этот раз ее пятишаговая комбинация началась с издевательств над его пищеварением, затем она подлила масла в огонь, вспомнив те времена, когда утирала ему сопли, и под конец подчеркнула его некомпетентность, неуважение к матери и беспомощность в качестве хозяина магазина. Напор тети Сонсук парализовал Минсика. Чтобы как-то утешить себя, он опрокинул в рот все оставшееся пиво и уснул.